Чтение онлайн

А вот дальше наш маленький гастрономический тур принялся постепенно обрастать какими-то хлопотами. С каждой новой встреченной стаей монстров, они начали уделять мне всё больше внимания, а после ещё одной кормёжки Флюга — пытаться спасаться бегством.

Сперва я даже не придал этому значения. Ну, бегут и бегут. Инстинкт самосохранения должен был быть даже у местных тварей, возможно, просто не у всех. Но когда после ещё пары обедов бросаться наутёк начали даже те монстры, которые меня не интересовали и к которым я даже не приближался, происходящее стало вызывать настоящие вопросы.

Например, когда я пролетал мимо стада двухголовых ящеров, даже не глядя в их сторону, вся толпа, до этого лениво грызшая фосфоресцирующий мох, взорвалась паникой. Они неслись прочь, спотыкаясь, врезаясь друг в друга, обе их головы таращились на меня и вопили от ужаса в разной тональности, сливая вопли всего стада в жуткую какафонирующую сирену.

Я завис в воздухе, разглядывая вздымаемые ими густые клубы пыли, и борясь с желанием схватить кого-нибудь за хвост и спросить у задней головы, что происходит. Вот только ящерицы были недостаточно умны, чтобы «Полиглот» посчитал их вопли за речь.

Дальше всё стало ещё хуже и загадочней.

Нарезая круги по округе, мне повезло натолкнуться на ещё одно гнездовье телепортирующихся жуков и я сразу же рванул к нему. Деловито сновавшие туда-сюда улхары замерли и хором обернулись в мою сторону, шевеля усами и щупальцами. А потом, в едином порыве, просто прыснули в разные стороны прямо как застуканные на кухне тараканы, полностью оправдывая своё сходство.

— Э, жучилы, куда?! — завопил я.

Наспех создав заклинание, я хлопнул в ладоши, отправляя к земле широкую звуковую волну.

Ржаво-серая почва вздрогнула, принимая удар, и по ней медленно потекли густые фиолетовые ручьи жучиного сока из смятых туш. Скосив взгляд в сторону, я увидел, что некоторым особо ретивым жукам удалось выскочить за пределы эпицентра удара и теперь они вовсю упрыгивали телепортами как можно дальше отсюда. Гоняться за каждым беглецом было бессмысленно, так что я махнул на них рукой и вновь вытащил Флюга из инвентаря, отправляя его на трапезу.

Увы, но новая партия тараканов результат не улучшила. Некроголем вибрировал, мерцал, но никуда не перемещался. Видимо, затея была гиблая. Ну или Флюга надо было полностью превратить в одного огромного некротаракана, что меня не устраивало.

Впрочем, я не мог сказать, что жуки оставили нас совсем уж с пустыми руками. По крайней мере, Флюг теперь мог стать звездой любой дискотеки.

Разочарованно засунув некроголема обратно в Хранилище, я продолжил полёт.

А монстры продолжили разбегаться.

Но если на улхарах я ещё мог подумать, что случившееся просто оказалось проявлением их тараканьей сущности, то поведение других тварей, которые встречались мне после, я уже никак не мог списать на тараканье нутро. Словно взяв пример с улхаров, они тоже стали разбегаться врассыпную. Разбегаться отчаянно, во всю мочь. Иногда даже бросая мне на поживу какую-нибудь убогую, хромую и сирую особь, словно надеясь таким образом откупиться.

Но на кой Флюгу эти жалкие единичные подачки?

Я пытался бороться с этим, сначала оглушая и дезориентируя стаи монстров, атакуя их с очень большого расстояния, а после подлетая и окончательно обездвиживая… но это привело лишь к тому, что теперь твари бросались прочь, едва я показывался на горизонте.

…Серьёзно?

Как так вышло, что на этом гиблом континенте, где тебя пытаются убить даже воздух и трава, а монстры проводят всю жизнь в попытках растерзать друг друга в мелкие клочья, я стал воплощением хтонического невыразимого ужаса?

Это же Ильвар! Здесь принято сначала жрать, а потом задавать вопросы, если ты вообще способен на второе. Тут постоянно сходились в смертельной схватки две, а то и три-четыре стаи разных тварей. Они бились насмерть, безжалостно и исступлённо. А потом появлялся я и чудища мгновенно заключали перемирие, бросаясь прочь, не разбирая дороги, и удирая бок о бок с теми, кому секунду назад пытались самозабвенно вырвать кадык.

Твари больше не ждали, когда я приближусь. Они драпали заранее, словно вся округа объединилась в один коллективный разум, следивший за моими перемещениями, иначе я всё происходящее просто не мог объяснить.

И дело было вовсе не в ауре Мастерских дайсов. Даже если бы они сейчас болтались в кармане, а не лежали в инвентаре, аура кубиков не распространялась на целые километры.

Рассудком я понимал, что всё дело во Флюге. Местная живность настолько не хотела стать завтраком некроголема, что умудрилась в кратчайшие сроки совершить эволюционный и социальный скачок, и обзавестить каким-то всеобщим инстинктом самосохранения. Это тянуло на какую-то серьёзную исследовательскую работу. Например, «О влиянии экзистенциального ужаса: Как введение одного некротического потребителя в замкнутую экосистему способствует формированию коллективного разума и тактики социального умиротворения у примитивных видов». Или «Анализ лавинообразной поведенческой девиации и возникновения прото-социальной иерархии у ранее анархичных хищников при введении в экосистему доминантного некро-ассимилятора».

Все эти академические изыскания были, конечно, забавными, но никак бы не решили главной проблемы. Мой план по сбалансированному питанию Флюга полетел к чертям. Проводив взглядом очередных беглецов, я сбросил высоту и разражённо уселся на пепельно-серый валун.

Так дело не пойдет. Охота на стаи, очевидно, провалилась. Но кто бы мог подумать, что вся эта злобная агрессивная свора так быстро деградирует до трусливой биомассы? Конечно, на этом можно было бы и закончить, но я не мог отделаться от раздражённого неудовлетворения. Хотелось закончить гастрономический тур на более позитивной ноте.

Надо было найти кого-то, кто ещё не стал частью этого «социального договора» местных монстров. Но как далеко он распространялся? Что, если я улечу отсюда километров на пятьсот, а ситуация не изменится? Звучало бредово, но после увиденного сейчас, я бы уже не стал удивляться.

Хм…

Я поднял взгляд к чёрно-багровым тучам на юге, в которых всё чаще мелькали молнии. Погода там очевиднейше портилась, угрожая обрушиться на землю грозовым ливнем, но моё внимание привлекло не это.

Мне показалось или из этих туч выскочило что-то белое?

Я резко спрыгнул с валуна и, активировав магию полёта, рванул в ту сторону, надеясь отыскать там давно желаемую цель.

До сих пор я преследовал лишь стайных монстров. Но вообще-то тут имелся один обитатель, который, как мне кажется, мог бы сравниться по уровню тирании и доминирования с Флюгегехайменом. Обитатель, которого я хотел отыскать с самого начала охоты и который должен был расценить и меня, и Флюга лишь как очередную добычу, не боясь смерти или чего-либо ещё. Ведь страхи или инстинкт самосохранения давным-давно умерли в нём вместе с плотью.