Чтение онлайн

— Там король! Король Стефан, миледи!

Лионесс сдержала язвительный ответ, уже готовый сорваться с языка. Вместо этого она посмотрела вверх.

Нет, король не отрастил крылья и не парил над Таньером. Но у Майкла действительно был повод заорать.

Такая роскошная охотничья птица могла принадлежать лишь королю.

На фоне безоблачного неба, то снижаясь, то взмывая, парил беркут [18] . Лионесс присвистнула, когда «птичка» опустилась пониже. Ей захотелось поближе рассмотреть его. Лионесс отправила Майкла за Ховардом, а сама забралась повыше на галерею.

Когда-то давно отец рассказывал ей о беркутах. Но видеть их Лионесс не приходилось. Теперь же она поняла, почему отцу так нравились эти орлы. Несмотря на то, что описание лорда Рионна позволило ей узнать хищную птицу, его дифирамбы ни в коей мере не отражали ее красоту.

Золотой орел. Неплохое название. Когда оперение играло в лучах солнца всеми оттенками коричневого, медного и белого, птица и в самом деле казалась золотой.

Беркут взмыл в небо, почти скрывшись из вида, а потом ринулся вниз, да так стремительно, что будь он поменьше, то неминуемо разбился бы о камни башни. Только невероятная сила и проворство этой птицы позволили ей избежать падения. Мгновение спустя, описывая в воздухе круг за кругом, беркут снова стал подыматься вверх.

Лионесс заворожено наблюдала, как он раз за разом исполняет свой грациозный танец, то взмывая вверх, то бросаясь вниз, пронзительно крича и кружа вокруг башни. Снова и снова.

Ей в голову пришла странная мысль.

Лионесс с трудом отвлеклась от беркута, сосредоточив внимание на башенной бойнице. И хотя с того места, где она стояла, девушка не могла заглянуть в темницу, она нисколько не сомневалась, что Фоко сейчас стоит у открытого окна.

Лоб Лионесс покрылся испариной. У нее перехватило дыхание, когда в ответ на громкий птичий крик раздался пронзительный свист. Словно повинуясь чьему-то приказу, орел взвился и скрылся в лесу. Восстановив дыхание, Лионесс посмотрела во внутренний двор замка. Все бросили работу, даже стража, и вместе с ней наблюдали за птицей.

— Я никогда не видел, чтобы орел охотился на человека, — вывел ее из оцепенения голос Ховарда. Погрузившись в размышления, Лионесс не слышала, как он подошел.

Лионесс подыскивала ответ, который бы успокоил не только людей, собравшихся внизу, но и ее собственные расшалившиеся нервы. Наконец она спросила:

— А может он болен или ранен и поэтому так непонятно ведет себя?

Она надеялась, что ее реплику услышали во внутреннем дворе. Довольно того, что она трясется со страху. Не след людям в Таньере беспокоиться вместе с ней.

Ховарда не нужно было учить, что делать.

Соглашаясь с ней, он повысил голос:

— Ага, миледи, больные всегда ведут себя странно. Должно быть, эта тварь удрала от королевского сокольничего.

Когда прислуга разошлась и вернулась к своей работе, Лионесс наклонилась поближе к Ховарду:

— Кто-нибудь слышал о том, что король Стефан поблизости?

Он покачал головой, почти не оставив ей надежды:

— Нет.

Лионесс не хотелось выдавать свои мысли, но и полностью скрыть их она не смогла бы, поэтому сказала:

— Тогда эту птицу послал кто-то из людей Фоко.

Ховард вышел на стену и застыл.

— Да-а, все еще хуже, миледи.

— Что… — ее вопрос замер у нее на устах, когда она проследила за его взглядом.

Расчищенное пространство между густым лесом и стенами Таньера представляло собой дополнительное рукотворное препятствие. На нем прекрасно просматривался любой зверь или человек, пытавшийся приблизиться к замку.

И в этот миг Лионесс смогла рассмотреть их обоих. Мужчина, облаченный во все черное, возвышался на таком же черном боевом коне и пристально всматривался вдаль.

Позади него, на чем-то, с виду похожем на хитроумный насест, примостился беркут.

Одежда этого человека и вкупе с орлом не оставили у девушки сомнений, что оба они ищут Фоко.

Проглотив комок в горле, Лионесс прошептала:

— О, Господь Всемогущий, спаси нас!

Выпрямившись, она прошествовала к въездной башне и стала дожидаться, пока вестник судьбы Фоко приблизится к стенам ее замка.

К ее ужасу и удивлению, человек развернул коня и поехал в сторону леса. Если даже возможное противостояние напугало ее, то этот его поступок и вовсе наполнил душу Лионесс ужасом.

Этот всадник обязательно вернется за человеком, который, как ему теперь известно, находится в ее замке.

Теперь это лишь вопрос времени. Интересно сколько же людей он приведет с собой?

Лионесс поклялась, что если ей удастся пережить этот день, она увеличит порции еды, оставляемой для бедных за воротами замка. Она втерла пахнущее розами масло в свои обветренные руки. «Неужели сегодня еще что-нибудь пойдет наперекосяк?»

Позже, помогая женщинам со стиркой, Лионесс отвлеклась от тревожных мыслей о человеке, которого держала в заложниках, и о неминуемом появлении его людей. Однако это не спасло ее от необходимости выслушивать нескончаемые упреки Хелен.

Лионесс наложила холодную примочку из бузины на переносицу и на щеки, обгоревшие на солнце. Когда служанка, в конце концов, перестала бубнить одно и то же насчет Фоко, она снова обратила внимание Лионесс на эту сумасшедшую птицу и ее хозяина. Ни на минуту не смолкая, Хелен забрюзжала о человеке Фоко. А когда и эти темы оказались полностью исчерпаны, горничная перешла к зловещим предостережениям насчет девчонок, что проводят так много времени на солнце.

Лионесс тоскливо вздохнула и ушла. Неплохо, если бы тревожиться ей приходилось лишь о веснушках.

Мужской смех вынудил девушку остановиться на полпути вниз по крутой, узкой лестнице.

Громкий хохот отражался от каменных стен и эхом отдавался в лестничном пролете. Столь заразительного смеха Лионесс не слышала с тех пор, как в прошлом году ее отец уехал, чтобы поддержать короля. Сердце Лионесс неровно забилось. Но отец не приехал бы в Таньер, не предупредив её.

Неизвестный мужчина расхохотался в ответ на непристойную шутку, рассказанную другим человеком. Лионесс вытянулась как струна, когда в голосе мужчины ясно прозвучали знакомые нотки. Беспокойство уступило место злобе. А злоба незамедлительно переросла в ярость.

Быстренько спустившись по оставшимся ступенькам, она увидела Фоко, стоящего рядом с Ховардом. Одно дело, что эти двое проводили время вместе, обсуждая что-то свое. И совершенно другое — терпеть его присутствие в собственном главном зале.

Разъяренная Лионесс рявкнула на единственного человека, который мог объяснить ей это нежелательное и ненужное появление Фоко поблизости от нее.

— Ховард!

Громкий крик Лионесс тотчас прервал оживленную беседу двух мужчин.

Она указала на человека, надменно стоявшего в центре, словно на чудище, и задала вопрос: