Чтение онлайн

Организаторы выделили нам время для репетиций. Нам нашли место, и предполагалось, что мы отрепетируем три песни. Вместо этого мы забылись в разговорах о былых деньках. Бы болтали о чем-то, затем немного играли, а потом останавливались, и кто-то начинал: “О, а помните то-то и то-то?”

На репетицию это не очень было было похоже, в самом деле.

Пришла какая-то девушка и встала на задворках, наблюдая. Я кому-то вскользь сказал: “Ей может кто-нибудь объяснить, что это закрытая сессия?”

Я понятия не имел, кто это. Она выкрасила волосы в тёмный цвет и совсем не была похожа на Мадонну, но это была она, и она была не рада тому, что её выставили.

Поле всего мы отправились в бар, отлично провели вместе время и капитально упились. На следующий день нас поставили часов на десять, что-то вроде этого. У меня было кошмарное похмелье, поэтому я надел тёмные очки, а потом мы сыграли “Children Of The Grave”, “Iron Man” и “Paranoid” на ярком солнце. Это было круто, и мы определённо осознавали важность момента, но всё закончилось очень быстро.

Тем временем Дон подал в суд на Оззи, так как решил, что мы намерены снова собраться вместе, а Шарон будет управлять нашими делами. Дон хотел прекратить любые телодвижения, так как вбил себе в голову, что он мой менеджер, и что мы ничего не можем делать без его участия. Дон и Шарон - оба параноики, и один другого стоит. Дон послал Оззи судебное предписание, парень, его представитель, появился прямо там, на Live Aid, и выглядел, как обычный фан, так что Оззи подумал, что тот хочет автограф, и подписал бумагу. Я собственно даже и не видел предписания, так как Шарон быстро его унесла.

Это в своем вроде погасило возможный эффект встречи.

Не знаю, был ли толк от Live Aid. Вы делаете своё дело, кто-то поднимает на этом деньги, а потом что? Они покупают еду или что там ещё необходимо, но ты не можешь быть уверен на все сто процентов, кому и что достаётся. Но я считаю, что это хорошее дело в любом случае.

Мы приехали в Филли, вечером поучаствовали в попойке, заработали похмелье, отыграли концерт и испарились. Вопрос о том, чтобы собраться вместе так и не встал. Я сел в самолёт, летящий домой, и не видел их опять много лет.

Я был единственным, кто остался в Black Sabbath. Без группы я решил заняться сольным альбомом с различными вокалистами. Я составил список людей, которых хотел пригласить, вроде Роберта Планта, Роба Халфорда (Rob Halford), Дэвида Кавердейла и Гленна Хьюза, но попытка заполучить кого-то, чтобы спеть, - это целая история с географией. Я бился о все эти контрактные препоны, звукозаписывающие компании просто не позволяли им этого, так что получалось так: “О, нет, мы альбом готовим, и я не могу петь у тебя.”

В конце концов я отбросил эту идею. А потом мы попробовали этого парня, Джеффа Фенхолта (Jeff Fenholt). Он был ещё одним исполнителем главной роли в “Jesus Christ Superstar”, в бродвейской версии этого произведения. Был у нас Йэн Гиллан, оригинальный Иисус Христос Суперзвезда, и вот появился бродвейский Иисус, желавший присоединиться к Black Sabbath. Мы послушали Джеффа, у него был отличный голос. Я нарезал парочку демо-треков с ним в Лос-Анджелесе. Одной из вещей была “Star Of India”, позже переделанная в “Seventh Star”. Другой была “Eye Of The Storm”, на альбоме оказавшаяся как “Turn To Stone”. И ещё у нас был номер, в конечном итоге ставший “Danger Zone”. Естественно, эти демо всплыли наружу и оказались на бутлегах. Называлось это всё “Eight Star” или как-то вроде этого.

Пока мы пытались опять встать на ноги с Рэем Гилленом, я оказался в полной жопе. Дон Арден больше не управлял моими делами. Его поймали на мошенничестве или махинациях с налогами, арестовали и на время посадили за решётку. Меня попросили помочь вытащить его, также, как и другую группу, которой он управлял, Air Supply. Его адвокат сказал мне: "Слушай, у Дона серьёзные неприятности. Мы должны помочь ему, иначе он помрёт в этой тюрьме, он не выдержит там. У нас есть триста штук от Air Supply. Можешь тоже подкинуть денег? Ты получишь их обратно. Мы составим бумаги и всё утрясём."

Я так и сделал. Я отдал примерно пятьдесят или шестьдесят штук. И никогда больше не видел их, естественно, как и Air Supply, насколько я знаю. Всё бумаги, которые мы подписывали, неожиданно пропали. Досадная случайность. Тем не менее кто-то должен был за всё отдуваться, и сына Дона, Дэвида, взяли под стражу заместо отца. Дэвид преимущественно прикрывал Дона и сел скоротать время.

В таких обстоятельствах было трудно найти кого-то, кто согласился бы стать нашим менеджером. Тогда на меня вышел Уилф Пайн. Он сказал: "Патрик Михан может помочь вам."

Опять за старое. Это было смехотворно и, я знаю, глупо - вернуться к Михану. Люди, окружавшие меня, всё равно обдирали меня, поэтому я подумал, что это должен быть человек, которого я знаю, который при этом сделает что-то для меня. Ну, знаете? из двух зол... Сейчас это звучит туманно, но в тот период я опять увлёкся коксом. В общем, я остановился на Михане.

Я связался с Миханом, и, конечно же, бабац!, это вылезло мне боком. Он снова оказался слишком вовлечен во все эти сомнительные делишки. Я сходил с ним в пару мест, и он представил меня каким-то типам с видом аферистов. Милые люди, но ненадежные. Я понял: ну вот, снова приехали.

Несколько раз я пытался вернуть Гизера. Тут было немного от бега по кругу, так как в какой-то момент он хотел это сделать, а в следующий уже нет. Он приехал в Лондон раз, когда мы записывали там альбом, и все выбрались в "Trader Vic's", ресторан ниже гостиницы Хилтон. Мы ничего не ели, только пили. Мы всё заказывали экзотические напитки с ромом, и, пока я пытался уговорить Гизера вернуться, мы упились до паралича. Жена Гизера, Глория, заехала за ним, и, когда мы выходили из "Trader Vic's", Гизер дал привратнику в качестве чаевых 50-фунтовую банкноту. Глория подлетела сзади и, ууух, выхватила пятидесятку из рук парня, погрузила Гизера в машину, и они уехали.

Он не хотел возвращаться. Одной из причин, почему Гизер сказал нет, определённо был менеджмент, он не хотел иметь дело с Миханом. И был чертовски прав, конечно.

Я был в низшей точке всей жизни, но смог выбраться оттуда. Как только Михан скрылся из виду, дела стали налаживаться. Последнее, что он для нас сделал - отправил крюком через Афины в Сан Сити, где мы пару недель играли за большущие деньги. Нам тогда такая возможность была как спасательный круг, так как из-за постоянных смен в составе мы совсем не выступали.