Чтение онлайн

Я удивленно вскинул брови. Никогда о таком не слышал. Но…вполне в духе высшей знати. И наверняка история эта, раз о ней заговорил в таком ключе Рок Аран, очень дурно пахнет.

— Это время, — продолжил Рок Аран, — еще известно как эпоха корпораций. Слышали ведь?

— Да, о таком слышал, — кивнул я, — корпорации получили небывалую власть и пытались диктовать свои правила…

— Все так, но кто это все позволил? — спросил Рок Аран. — Тот самый Ихман. Но речь сейчас не о нем, а о корпорациях. Многим хорошо известно о том, как корпорации обходятся с наемным персоналом, насколько им плевать на все, кроме денег. Так вот, одна из планет на периферии, тот самый Фенрир, была отдана некой корпорации. Название, уж простите, ваша милость, я запамятовал. Корпорация славно потрудилась — выкачала все драгоценные ресурсы с планеты и начала сворачиваться. Хоть у них имелся договор на аренду планеты еще на двадцать лет, они поставили империю в известность, что отказываются от права владения. Иначе говоря, планета вновь должна была перейти под управление империей. Но зачем она, если ничего ценного там нет? И Ихман либо кто-то из его приближенных советников отмахнулись, приказав корпоратам вывезти людей с планеты.

— Но корпораты этого, естественно, не сделали… — предположил я.

— Да, все так. Они бросили большую часть населения там. При этом все оборудование забрали. Не поленились и демонтировали вообще все, что представляло хоть какую-то ценность, в том числе и системы связи. Для внешнего мира Фенрир была объявлена заброшенной и пустой планетой. Там не было ни электричества, ни инфраструктуры. Ни-че-го. Лишь заброшенные города, шахты и производственные комплексы.

— Людей бросили там? — ужаснулся я.

— Именно, — кивнул Рок Аран. — По прогнозам аналитиков корпорации все оставшиеся должны были вымереть в течение ближайших пятидесяти лет. Те жалкие остатки, что выжили, совершенно одичали бы и их оставалось бы так мало, что… Короче говоря, через пять лет бойцы корпорации прибыли на Фенрир, чтобы замести следы, но вместо того, чтобы оставить корабль на орбите, высадится на челноке, они решили сесть. И это была их главная ошибка. Да, много людей погибло, но все же выживших оставалось достаточно много, дичать они не собирались. Более того, смогли сохранить некое подобие цивилизации. И когда прибыли корпораты, их попросту выбили, а корабль захватили. Поднявшись на орбиту, установив связь с имперским ретранслятором, фенрирцы поведали миру о том, что случилось…

— Это ужасно, — вздохнул я, — иногда империя меня просто ужасает. Как можно было так поступить? Как позволили корпорации…

— Всякое бывает, — пожал плечами Рок Аран, — и это, поверьте, не самое страшное происшествие. Но мы отошли от темы. Несмотря на то, что правда всплыла, империя не спешила принимать Фенрир в свои объятья. Корпоратов наказали, хотя это скорее было представление для публики, а Фенрир… Фенрир вдруг был объявлен планетой вне пределов империи…

— Но почему? — возмутился я.

— Потому что для восстановления планеты в нее нужно было вкладывать деньги, а Ихман тратиться не желал. Так Фенрир превратился в планету внешников, а все граждане империи, обитавшие на планете, стали изгоями. Естественно, это их очень обозлило. Далее все очень туманно и ничего достоверно неизвестно (всякие слухи я в расчет не беру), однако фенрирцы как-то смогли частично восстановить производство, начали производить мехов (до того, как корпорация их «ограбила», на планете делали не только боевых роботов, но и множество видов другой военной техники). Так вот, фенрирцы начали делать мехов, но не на продажу, а для себя. Имея всего один корабль и первый десяток мехов, фенрирцы отправили в космос свой первый отряд наемников, который и приносил деньги планете. Когда наемники, выполнив несколько заданий, купив еще пару старых лоханок, вернулись, были готовы еще несколько отрядов. Так Фенрир начал производить не просто военную технику, а полноценные боевые отряды. Фенрирцы были известны своей жестокостью и упрямством, их высоко ценили, так что деньги к ним текли рекой. Ровно до того момента, пока не вспыхнуло восстание. И тогда абсолютно все отряды присоединились к мятежному графу.

— Вот, значит, как… — хмыкнул я.

— Да. И я бы врагу не пожелал встретиться в бою с фенрирцами. Особенно со «Змееловами», — закончил свой рассказ Рок Аран. — И именно потому я опасаюсь, что весь разыгранный для нас спектакль имел одну лишь цель — спровоцировать графа на поединок чести. Герцог уверен в своей победе, он так пытается сохранить свой флот…

— Это я понял, — кивнул я, — но как переубедить графа отказаться от этой дурацкой идеи?

— Боюсь, что никак… — вздохнул Рок Аран. — Все, что мы можем, это подготовиться к его поражению…

В отличие от нас с Рок Араном граф был полон решимости. В последнее время он практически не появлялся на командном пункте, сутками пропадая в ремонтной мастерской, где техники готовили к бою его мех и мехи его группы.

Что ж, с одной стороны я даже почувствовал некоторое облегчение — присутствие графа было тяжким бременем и он так задолбал своими советами и ценными замечаниями, что я еле сдерживался, чтобы просто не врезать ему по морде, раз до поединка чести он снизойти не в состоянии.

О, представляю, как сейчас несладко приходится техникам — граф был неимоверно талантливым человеком в плане создать невыносимые условия жизни для других.

Ну, пусть немного техники теперь пострадают. А то граф как-то раньше обходил их своим вниманием…

А еще одним крайне раздражающим моментом для меня было то, что граф позвал журналистов, и теперь на главной базе шастала целая толпа гражданских.

Они вечно мешались под ногами и вместо того, чтобы верной свитой ходить за графом, лазали где надо и не надо, совали свой длинный нос туда, куда не следовало.

И это пришлось пресекать. Тем более что у многих бывали прямые эфиры и эти идиоты так и норовили во время своих репортажей стать на фоне чего-то, что могло сдать наши планы обороны, рассекретить раскладку минных полей или же безопасных маршрутов и так далее.

Короче, за этой братией нужен был глаз да глаз.

Впрочем, и что меня радовало, большую часть времени они все же проводили с графом, который давал одну пресс-конференцию за другой. В основном он хвастал, как побьет «выродков-мятежников» и тем самым спасет всю империю.

Что касается меня, то за все время лишь пару раз ко мне приставали особо настырные корреспонденты, пытаясь раскрутить на тему: «А почему вы не приняли вызов?».

Я принципиально отказывался от всяких комментариев. Связываться с журналистами мне очень не хотелось, так как это такие люди, что быстро смогут раскрутить меня и выведают, как на самом деле произошел вызов графа на поединок, что этому предшествовало и к чему привело. Уверен, если такая информация всплывет, граф будет в бешенстве. Ведь он вовсю рассказывает, что сам предложил противнику поединок и таким образом желает сохранить жизни тысячам бойцов, причем по обе стороны баррикад.

И это было забавно. Интересно, как бы отреагировала общественность, если бы узнала, что предстоящая битва была вызвана не политическими вопросами, не желанием графа защитить империю, а банальной обидой на то, как дерзко и точно его «подкалывал» посланник герцога.

Но я молчал. Пускай граф набирает очки, пускай затмит меня и займет мое место. Подозреваю, что в конце концов, когда кронпринц получит максимум от медийности своего адъютанта, графа быстро спустят на землю и угомонят. Пусть так. Мне это только на руку.