Чтение онлайн

Но все же интуиция мне подсказывала, что никакой поломки нет и происходящее — лишь тактика противника. Работает она или нет — другой вопрос. Если бы я понимал задумку, то мог бы сказать, а так…

Меж тем легкие мехи противника наоборот двинулись на отряд графа. Тяжело себе представляю, что они собирались сделать. Что могут легкие против тяжелых, еще и тогда, когда тяжелых количественно больше?

Однако противник во всю прыть несся на наших…

Что касается графа — я слушал, как он отдал приказ своим подчиненным преследовать удирающего ракетчика и игнорировать легкие мехи.

Как по мне — глупая затея. Нет, в плане преследования все логично, но всеми имеющимися мехами… Лично я в таком случае бы отрядил на преследование, скажем, двоих, а три оставшихся занимались бы легкими мехами. Это логично и правильно.

Вот только в бою сейчас не я, а граф. А он решил по-другому.

Что ж, посмотрим, к чему это приведет…

А привело это к тому, что на толпу тяжелых мехов налетели легкие вражеские, обстреляли и тут же отошли к укрытиям — благо всяких обломков скал, оврагов, здоровенных рытвин, в которых легкий мех мог скрыться полностью, было предостаточно.

Тяжелые мехи на атаку никак не отреагировали, продолжали идти вперед, пытаясь нагнать ракетчика.

Он, к слову, оказался быстрее, и дистанция между ними была гораздо больше, чем в начале боя.

Ну куда он бежит?

Я на всякий случай перепроверил карту планетоида. Может быть, это какая-то диверсия?

Нет…ничего по пути ракетчика важного не было. Фактически он уходил на пустырь, где ровным счетом никаких объектов не имелось.

Меж тем легкие мехи противника, сообразив, что им ничего не угрожает, что на них не обращают ровным счетом никакого внимания, предприняли еще одну атаку.

По сути ничего толком не изменилось — они обстреляли наших тяжей, тут же спрятались. Но в них никто и не пытался целиться, а что касается полученных тяжами повреждений — их можно было даже не брать в расчет, настолько они были незначительными…

Третья атака легких мехов была уже совершенно иной. Я так понял, предыдущие две были «проверочными», противник хотел поглядеть, как будут реагировать на легкие мехи граф и его подчиненные. Ну а убедившись, что до них нет никакого дела, воители легких мехов приступили к «настоящей» атаке.

Она была стремительной и эффективной. Не удивлюсь, если пилоты оттачивали этот маневр несколько дней.

А заключался он в следующем — легкие мехи атаковали исключительно одну цель и били только в левую ногу. Все их слабосильные и малокалиберные орудия были нацелены именно в эту точку.

И, вопреки ожиданиям, наплевательскому отношению графа к легким мехам, эта атака оказалась более чем результативной: им удалось повредить ногу тяжелого меха настолько, что едва только робот наступил на поврежденную конечность, его накренило, воитель не смог удержать равновесия и тяжелая машина медленно, будто на замедленной съемке, начала заваливаться.

Она рухнула на землю, подняв пыль и, что самое неприятное, воитель не пытался поднять своего робота. Это могло значить, что пилот либо без сознания, либо погиб во время падения, ну, или же что повреждения при падении были значительными и управление мехом невозможно.

Какова бы ни была причина, а выходит, что только что противник, которого никто не воспринимал всерьез, достиг своего первого успеха, а наша команда лишилась одного боевого юнита…

И это было очень неприятно, ведь шансы на победу резко снизились.

Похоже, что на графа такой поворот событий произвел эффект холодного душа. Во всяком случае, он остановил свой мех, а вместе с ним остановились и остальные бойцы.

Граф отдал команду и тяжелые мехи начали разворачиваться, пытаясь выцелить быстрых, юрких вражеских роботов, которые, едва увидев, что происходит, бросились врассыпную.

Вполне ожидаемо, ни сам граф Баргонт, ни кто-то из его «элитных гвардейцев» достать противника не смог. По большому счету единственное попадание по легкому меху приведет к его если не уничтожению, то как минимум к каким-то существенным повреждениям, которые скажутся на его маневренности, скорости или вооружении.

Но Баргонт и его бойцы не смогли зацепить легких мехов даже вскользь — те успели добраться до укрытий (кто до здоровенного валуна, кто до оврага) и спрятаться там.

Я же, наблюдавший за происходящим со стороны, не смог не провести параллелей. Воители герцога в миниатюре повторяли мою тактику против религиозных фанатиков. Прямо один в один — нападение легкими мехами на тяжелых, тактика уклонов и мгновенных отходов, концентрация огня на одной цели… По идее если уж герцог каким-то чудом получил записи моих боев, то он должен был понять, что нападение на тяжей — это лишь полдела. Моя цель заключалась совершенно в ином. А точнее легкими мехами я отвлекал внимание противника ну и при удаче надеялся противника потрепать. С этим у меня получилось более чем. Ну и дальнейшие обманные маневры удались.

А что же задумал герцог?

Пока внимание большинства зрителей было приковано к тяжам, пытающимся достать легкие мехи противника, совершенно безрезультатно расстреливая булыжники, за которыми те укрылись, я принялся искать ракетную платформу.

К сожалению, визуальный контакт с ней был давно утерян и, судя по всему, она вышла за пределы зоны действия сенсоров мех-кулака Баргонта.

Я чувствовал, что именно ракетная платформа должна была сделать следующий ход и, как мне казалось, я знал, какой…

Словно в подтверждение моих догадок сенсоры тяжей засекли приближающиеся множественные цели, но пока воители поняли, что происходит, отреагировали (а до этого, напомню, они с азартом пытались выкурить из укрытий противников), новые объекты на бешеной скорости приближались.

Я догадался, что это ракеты, даже до этого, как системы мехов смогли их определить. Будь я на месте Баргонта — уже бы как-то отреагировал, но тот замешкался — не догадался сам, а когда системы идентификации дали ему подсказку — было уже слишком поздно.

Огромная стая ракет одна за другой врезалась в тяжелого меха, как назло оказавшегося в «чистом поле».

Когда прогремел последний взрыв, мы все увидели, что мех все еще стоит на ногах, но наблюдатели не спешили восторженно кричать — даже с большой дистанции, откуда и снимала меха камера, было видно, как сильно ему досталось. Вокруг меха на земле валялись обломки, многие из них пылали, будто сделаны были из дерева или картона, сам мех был в плачевном состоянии. Уже понятно, что броня не смогла выдержать такого залпа и сдалась, а ракеты успели повредить корпус и внутреннюю структуру.