Чтение онлайн

Впрочем, вмешалась… Анна, практически подплыв к старику, и нежным голосочком сказав:

— Ваше Величество, смотрите, какой здесь хороший стол! И столько интересных напитков… я думаю, нам с вами нужно их попробовать, правда же?

— Да, милая, да. Я пойду, Аннушка, пойду, — рассеянно отозвался Его Величество.

К счастью, говорил он тихо, а Никлас выбежал к нему, коротко поклонился отцу — по этикету, и тихо произнёс:

— Папа, тебе нельзя уставать. Попробуй закуски, и тебя отведут домой.

Тот кивнул, и побрёл к столу. Теперь не оставалось никаких сомнений в том, что мой брак организовал не он, а, вероятно, Анна. Не Никлас же! Кажется, матушка с нею общалась? Что-то она такое упоминала, но я не могла вспомнить, что. Только проследила за полным боли взглядом Никласа, и невольно пробормотала:

— Ваше Высочество, вы найдёте лекарство! Непременно!

Он тоскливо улыбнулся, и кивнул, очевидно, не в силах что-то сказать по этому поводу. А затем быстрым шагом двинулся следом за отцом и Анной. Я его понимала. Рэй же помрачнел:

— Кори, к сожалению, пока Его Величество не уведут, мне нужно будет следить за нашими высокими гостями. Не нужно, чтобы посторонние королевской семье люди делали выводы. Ты побудешь хозяйкой вечера ещё немного? Он быстро устаёт.

Я только кивнула. Мне в общем-то ничего больше и не оставалось.

Как ни смешно, а Рэю хотелось обнять Ника. Всякий раз, как глаза того гасли, когда принц смотрел на состояние отца. Они искали магию, показывали Олдарика лекарю, даже пытались давать какие-то пилюли. Его осмотрело такое количество специалистов всех мастей, что одними именами можно было бы испачкать огромную стопку пергаментов. И всё без толку. Конечно, никто из них не знал, что осматривает короля.

Но что перед ними когда-то могущественный и очень богатый маг, а теперь лишь жалкая тень его — и видели, и знали. И вроде как даже пытались помочь. Но всё, чего они смогли добиться — Его Величество научился выполнять простейшие команды, и вёл теперь себя как ребёнок, порой очень капризный. Забывал давно знакомые имена, мог не вспомнить своё же требование. Порой, правда, казалось, что он вернулся. Что вновь может приказывать — вот как с свадьбой Рэйнера и указом насчёт медных рудников.

Но потом всё возвращалось на круги своя. И уже несколько лет Никлас фактически правил сам, был регентом при недееспособном короле, только скрывал своё регентство, и тяготился тем, во что превращается некогда достойнейший мужчина и просто любимый папа. Рэй вспоминал, как на горбится принц, когда смотрит на отца, и последние искры хорошего настроения, которые подарил танец с Коринной, развеивались, как дым.

У Рэйнера закрадывалось подозрение, что это Анна на самом деле ускорила его брак. И теперь сама же и злилась, что он не может быть рядом с нею, как раньше, и не может оставаться её рыцарем. А он не мог. Да и… нет, он всё ещё любил ту Анну, какой она была много лет назад. Смешливую темноволосую девочку, приехавшую на север после солнечного юга. Почему-то её семья не прижилась, и решила начать всё заново по ту сторону гор.

Тогда она была совсем иная. Без этой жесткости во взгляде, не умеющая ещё держать голову прямо, что бы ни творилось рядом. Светлая и весёлая. Но постепенно, шаг за шагом, они отдалялись друг от друга. Мать Анны внезапно решила, что вести переписку с мужчиной незамужней дочери неприлично, хотя там, откуда они прибыли, это вполне допускалось. Что-то в ней надломилось. Но Анна так и не рассказала, что.

И всякий раз, как Рэй смотрел, как она успокаивает Его Величество, и кормит его практически с рук, ему казалось, что до той, настоящей Анны ещё можно достучаться. Но если не обманывать хотя бы себя, после того, как эта, новая де ла Лайона, ставшая, как мечтала, фир Даланной, вела себя столь отвратительно с Кори, ему уже и не хотелось ничего делать, чтобы найти то светлое, что когда-то в Анне было.

Коринна нуждалась в защите. Анна была замужем за паршивым человеком — нормальных людей слуги так не боятся, и чтобы девушки вовсе отказывались работать в богатом доме, напугать их нужно было весьма значительно. Но это был её выбор. А Кори ничего не выбирала, ни свою стервозную мать, ни отца, который не способен был защитить собственного ребёнка, раз уж притащил его в официальную семью, и признал. И нуждалась в тепле, заботе, поддержке. В чём-то светлом. Анна же порой, как ни печально, но просто раздражала.

— Спасибо, можешь больше не держать сферу, — голос Никласа вырвал Рэя из бесплотных размышлений. — Отца увезли. Правда, дарэ фир Шварцвальд решил остаться с нами, но посмотрим правде в глаза: отцу не придворный маг нужен, а нормальный целитель. Такой, который поймёт, наконец, что именно с ним случилось.

— К сожалению, мы такого целителя так и не нашли, — кивнул Рэй, поворачиваясь к другу. — Но никто не спорит, он ему нужен. Больше, чем все придворные маги, вместе взятые, что в истории, что из ныне живущих.

Герцог смахнул с пальцев последние искры магии, убедился, что никто из приглашённых не видел, как король Даланны капризничал, выбирая кусочки повкуснее, и канючил интересную сказку. Порой он впадал в детство, порой просто становился рассеянным и глуповатым, но ничего из этого нельзя было дать увидеть его подданным. Жрецы Светлейшего не позволят просто сместить действующего короля с престола, оставив его доживать свой век, так что оставалось хранить остатки былого образа.

— Если бы не недоумки в белых балахонах, и их мощнейшая поддержка среди моих подданных… — тихо прошипел Никлас. — Впрочем, ладно. Пустое. Я не могу постоянно к этому возвращаться, так и с ума сойти недолго, — он отмахнулся сам от себя, и кажется сумел заставить себя вернуться хотя бы в нейтральное расположение духа. По крайней мере, из глаз ушла и тоска, и злость. — Лучше мне скажи, мой братец больше не доставлял никаких проблем сверх обычного? А его жёнушка?

— Оставь в покое Анну, Ник, — проворчал Рэйнер тихо. — Она достаточно наказана за все свои мнимые и не только грехи браком с твоим братом. Нет, с тех пор, как ты приехал, никаких проблем от них не было. Анна даже перестала пытаться задеть Кори, наконец-то. Не могу на это смотреть. Я делал ей предложение, видят драконьи боги! Да и не только они. Делал. Она отказала. Что теперь-то? Неужели она свято верила, что я до конца жизни буду один и умру бездетным, только бы ей не пришлось отвечать за свой выбор?

Никлас невесело рассмеялся:

— Ты не хочешь знать моё мнение на этот счёт, но я всё равно скажу: твоя Анна хотела быть замужем за моим братом, а ноги раздвигать перед тобой. Грубо, зато правда. Власти эта девчонка хочет, только ума не хватает, чтобы иметь реальную возможность её получить, будь она хоть королевой, — принц брезгливо скривил губы, и залпом опрокинул в себя содержимое бокала, который до этого просто вертел в руках.

— Ник, я никогда бы не стал так поступать. Особенно когда я уже обещал Кори свою верность. Это… не могла она, ты на неё наговариваешь. Одно дело наговорить гадостей Коринне из ревности, другое…

На этот раз смех старшего принца был совсем уж издевательским. И словно по заказу из темноты появился Чезаре, всё ещё под личиной Бальтазара. Опять подслушивал. Впрочем, ему этого никто не запрещал, так что это тоже пустое.

— Можно ли придумать более красивую причину для ненависти и ревности, Ваша Светлость? — с улыбкой поинтересовался он. — Дама желает отдать вам свою близость, а вы слишком благородны, чтобы ответить ей взаимностью, несмотря на брак. Такие женщины не любят благородства. Они любят тех, кто будет поступать как они пожелают. Поверьте моему богатому опыту.