Жена неверного адмирала, или Шаурма от попаданки
Шрифт:
Мне, здоровому мужчине, сиблингу дракона, было действительно тяжело удерживать это небольшое существо. Русалочий царь был по-настоящему силен.
Так же, как и его отец, которого я когда-то одним взмахом рунического клинка лишил головы.
Угроза — все в этом маленьком, холодном, склизком комке представляло угрозу.
— Где мы? — прошептала Виолетта. — Это какой-то застенок. Это что, пыточная? Ты собираешься пытать моего Листочка, нелюдь?
Я подошел к резервуару с русалкой очень близко.
Судя по тому, что она не валялась, свернувшись в комочек, на самом дне, а лежала на воде, мой приказ был выполнен незамедлительно.
Ее длинные зеленые волосы колыхались, как водоросли, перепончатые руки с длинными когтями были раскинуты, а глаза закрыты.
В следующую секунду они резко открылись и зажглись ярко-зеленым.
Русалка бешеным скачком бросилась к стеклу, и, распластавшись по нему, жадно вгляделась в меня.
Не в меня.
В русалочьего детеныша, что находился у меня на руках.
Сейчас он был в обличье человека, но она сразу почуяла его и взбесилась.
Ее лицо с широкими острыми скулами и широко расставленными глазами исказилось, а небольшой рот превратился в пасть пираньи, полную острых, как бритва зубов.
Русалка била кулаками и хвостом по стенкам резервуара, но при всей ее мощи она не могла разбить толстое стекло, испещренное едва заметными защитными рунами.
— О господи… — выдохнула Виолетта, потрясенная до глубины души.
Говорят, что под водой невозможно услышать крик, но вопли этой русалки, которая при виде детеныша, металась по своему аквариуму, как безумная, были громкими, яростными и мучительными.
Она передавала свои мысли — транслировала их прямо мне в голову.
И сейчас в этих мыслях был вой.
— ОТ-Т-Т-ДАЙ ЕГО! — как будто с трудом ворочая челюстями, прохрипела она. — ОТ-ДАЙ!
ГЛАВА 99
Голос русалки был странным, резким, как будто раздавался под огромными сводами отзвуками эхо.
Она впервые заговорила со мной.
Сколько же боли и тоски было в ее стоне…
— Отда-а-а-а-ай!
— Здравствуй, Коралия, — проговорил я, поудобнее перехватывая русалыша, который смотрел на представительницу своего рода, раскрыв рот буковкой «о». — Какая неожиданная встреча. Кстати, можешь отбросить свой маскарад. Я догадался, кто ты. Ведь из всего вашего племени золотая чешуя только у тебя.
Русалка на мгновение замерла, а потом ее окутал вихрь света, и она изменила облик. Чешуя на хвосте стала, точно рыжеватое золото. Так же, как и глаза. Помимо этого на зеленых волосах появилась корона с острыми неровными зубьями.
Ви ошарашено перевела взгляд с русалки на русалыша. Но она была умной девочкой и сразу все поняла.
— Это что… Это их королева? Это… МАТЬ ЛИСТОЧКА?
— Мы и подумать не могли, что на Жемчужном архипелаге захватили в плен саму королеву морелюдов Коралию. Быстро же она прикинулась обычной русалкой. Какое-то древнее оберегающее русалье заклятье. Мать и сын в моих руках. Сейчас можно отрубить гидре голову одним ударом.
Виолетта бросилась ко мне.
— Грэм, ты этого не сделаешь! Пожалуйста, нет!
Она крепко схватила меня за рукав и, кажется, в самую душу заглянула своими огромными, влажными, испуганными глазищами.
Коралия, которая напряженно прислушивалась к нашему разговору и ловила каждое произнесенное слово, бешено взмолилась:
— Отдай мне мое дитя, адмирал… Мне страшно думать о том, каким мучениям ты его подверг, изверг!
— Никаким мучениям его никто не подвергал. Твоего детеныша подобрала вот эта девушка, и все это время заботилась о нем, и оберегала, как собственного сына.
Я показал на Виолу.
На остром лице Коралии мелькнуло недоверие, превратившееся во враждебность.
Но затем русалка внимательнее посмотрела на Ви и нахмурилась.
Она увидела в этой девушке то, что видел я. Это невозможно было не увидеть.
Я на мгновение прикрыл глаза и покачал головой.
Возможно, я совершаю сейчас самую большую ошибку в своей жизни, которая будет стоит этой самой жизни очень многим людям…
Но, уже больше не раздумывая, я открыл в резервуаре специальное отверстие для кормежки, в которое, благодаря своим малым размерам, запросто пролез русалочий отпрыск.
Едва он оказался в воде, то принял свой истинный облик — отрастил маленький зеленый хвост и корону.
Коралия бросилась обнимать сына, который потянул к ней руки.
Морская королева крепко обняла своего малька, стремясь прикрыть его своим телом.
Прямоугольный стеклянный ящик сразу показался таким ничтожным для двух русалок — большой и маленькой.
— Я знаю, что ты убьешь нас, но я благодарна, что ты дал напоследок прижать мне к груди мое дитя! Я благодарна, что мы умрем вместе, — прошелестел голос Коралии. — Ты — достойный человек, адмирал…
— Убить вас, лишить ваш род правителей и тем самым прекратить его и его бесчинства, действительно было бы самым разумным вариантом. Но я не такой изверг, как вы. Я не стану мучить мать и ребенка. Да и моя женщина никогда мне этого бы не простила.
С этими словами я наложил рассыпающую камень руну на стену, которая тут же исчезла — рассыпалась в пыль. Форт был высечен в скале — внизу плескалось море.
При помощи руны силы подвинул резервуар к раскрывшемуся проему и распахнул стеклянную крышку. Поток воды с двумя русалками в нем мощным водопадом обрушился в море.
Мы с Виолеттой почти одновременно бросились к краю.
Коралия, крепко обнимающая своего мелкого русала, показалась на поверхности воды.
Мы встретились взглядами.
Ее оранжевые глаза ярко блеснули на заходящем солнце.
Русалчонок поднял ладошку и махнул Виолетте, а она со слезами на глазах махнула ему в ответ. А затем русалки скрылись в темно-синей бурливой пучине.
— Ты отпустил их… — пораженно вымолвила Ви. — Я думала, что ты хочешь их убить, но ты их отпустил, Грэм!
— Теперь они придут, чтобы убить нас… — выдохнул, и устало опустился на ящик.
Все-таки разрушать стенки и двигать тяжелые резервуары — достаточно утомительное занятие.
Но не такое утомительное, как принимать такие сложные решения, как пришлось мне принять сегодня.
— Не придут, я знаю! Не придут! Я понимаю, почему ты не дал мне попрощаться с Листочком, но как же я счастлива, что ты вернул его матери. Мы заключим с русалками договор и будем жить в мире!
Моя наивная девочка…