Чтение онлайн

Тиенна, что могло быть нужно багейнам от вас? Или вы, сами того не зная, всё-таки продвинулись в расследовании?

Его слова эхом отозвались в моём разуме. А что, если я и вправду уже видела или узнала нечто, чему пока не придала значения? Если на этот раз целью багейна была я, они могут попытаться ещё раз. Знать бы точно, когда…

Во время ужина Лонкоя так и сыпала предположениями. Её первый шок прошёл, и хотя для неё последние дни сжались в несколько минут, она постаралась взять, себя в руки.

Слушая её, я удивлялась, какими сообразительными бывают студенты, едва переведясь на второй курс. И тут же сама себя поправляла: должно быть, это не учёба, а природная смекалка. Просто талантливая девочка. А Лонкоя смотрела на меня с уважением, видя, что Двен со мной на «ты» на правах бывшего наставника.

Я почувствовала себя настоящим хальторнским преподавателем. Давно ли я сама была неуверенной младшекурсницей? Интересно, Айлин в ту пору испытывала столько сомнений, сколько сейчас терзают меня?

Лонкоя тем временем ощутила всё пропущенное время на себе: у неё начали закрываться глаза, и она поспешила в кампус, взяв с меня обещание, что мы никуда без неё не уедем.

Мы остались за столом с магистром Родруном. Он засветил над столом небольшой огонёк, перебирая пламя кончиками пальцев. Пересказав ему ещё раз все события до малейших подробностей, я осипшим от разговоров голосом спросила:

– Фелго Таалс из ваших, из огневиков?

– Да, - спокойно кивнул Двен. — Хороший мальчик.

– Вы что, не переживаете, что он пропал?

– Вспомни год битвы за Хальторн. Там каждую неделю по одному студенту в минус уходило, - ответил Двен. — Это ведь был твой курс, Тиенна.

– Вы так безразлично об этом говорите, - возмутилась я. Вы же куратор младших курсов, вы должны нести за них ответственность!

– Должен. И несу — Двен пожал плечами. — Нигде в моих обязанностях не прописано, что я должен страдать и переживать за них. Я отлично справляюсь и готов отразить любую угрозу, но не следует сюда приплетать какие-то чувства.

– То есть вам ни капельки не жалко никого из нас?

– Тиенна, ты просто в силу возраста не можешь пока понять. Можно сказать, я выгорел, - Двен усмехнулся. — Забавно звучит — маг-огневик выгорел. Такая ирония!

– Вы казались мне таким увлечённым преподавателем в годы учёбы, - горько сказала я.
– Не понимаю, что с вами случилось?

– Жизнь. Со мной случилась жизнь, - просто ответил Двен, поправляя огонёк над столом. — Со всеми бывает.

– Знаете, что? — возмутилась я.
– Вы, магистр Родрун, просто напускаете на себя цинизм, чтобы никто не догадался, что у вас разбито сердце. Вы притворяетесь бесчувственным, чтобы убедить самого себя, будто у вас не осталось чувств к Айлин.

Глаза Родруна сверкнули тёмным огнём:

– При чём здесь она?!

– Вы думаете, мы были такими молодыми и глупыми, что ничего не замечали? —продолжила я. — Да каждый ваш взгляд на магистра Тарио был пропитан страстью!

Не замечала только сама Айлин! А весь Хальторн был в курсе!

– Да ну? — иронично заметил Двен. — Прямо весь?

– Не знаю, что там у вас случилось, но я считаю, Айлин не хватает чуткости. Она замечательная магисса, очень талантливая наставница, но когда речь заходит о чувствах, она будто непрошибаемой становится. Всё знает, всё понимает, может посоветовать, а сама словно за каменной стеной!

– Как же ты плохо понимаешь, что с ней творится, - в голосе Двена мелькнула грусть. — Ты сама, кстати, точно такая же непрошибаемая, как называешь Айлин.

– Это в чём же?
– удивилась я. — Мы с Брилеусом уже обсудили, что наша студенческая симпатия переросла в настоящую дружбу, хоть всем вокруг и, кажется что тут нечто большее.

– Брилеус ни при чём, - отмахнулся Двен. — Месяц назад я ездил в Камбор к магистру Зотего. И случайно встретился с Джормитом.

– Вы обсуждали меня? Он что-то рассказал?

– Ничего, кроме того, что может говорить куратор о бывшей ученице. Но то, как он говорил о твоих успехах в Берфене... Ты понимаешь, что такая любовь даётся лишь раз в жизни? Он готов ради тебя на всё, но ты даже не поверила в глубину его чувств. Так что не тебе осуждать Айлин за бесчувственносты.

Двен говорил всё громче, а когда произнёс имя магистра Тарио, между его пальцами пробежали искры. Погасив их, магистр Родрун положил ладони на стол и глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться.

– Мне кажется, или сейчас речь уже не о чувствах Джормита ко мне? — осторожно спросила я.

– Въедливая отличница, - хмыкнул он в ответ. — Допустим, речь не только о нём. Ладно, признаю, увлёкся нотациями. Но мне вообще-то положено воспитывать подрастающее поколение!

– А можно очень личный вопрос? — набралась я смелости.

– Рискни.

Тёмные глаза Двена внимательно и оценивающе смотрели на меня, но я уже не боялась его так сильно, как в те времена, когда была первокурсницей. В конце концов, что он мне сейчас может сделать? Незачёт поставит? Значит, могу задать вопрос, который то и дело обсуждала с однокурсниками, когда речь заходила о кураторах. Пора бы уже узнать правду.

Набрав воздуха, я выпалила:

– Почему вы уступили Айлин магистру Кимитсу? Ведь вы могли быть вместе!

– Мы были вместе, - Двен грустно улыбнулся. — Задолго до того, как Кимитс явился в Хальторн.

– Да ладно! — я всплеснула руками. — Но тогда почему... Кажется, я спросила уже лишнее?

– Нет. Раз уж сегодня такая ночь откровений, почему бы и не ответить, - Двен снова коснулся огонька над столом с такой нежностью, словно это была рука Айлин. — Это зависело не от меня и даже не от неё.

Воцарилось молчание. Он подбирал слова, а я терпеливо ждала. Мною руководило не простое любопытство: так бывает, когда видишь, что поток перекрыт камнем, и пытаешься убрать его, не думая, нужно ли это.

Наконец, магистр Родрун заговорил.

– Айлин после нападения на её клан огневиков и гибели родителей потеряла память и заблокировала собственную магию. Я охранял её по приказу Форграна, ты помнишь его, не так ли?

– Да, он погиб первым, ещё до битвы.

– Меня мучила совесть, я винил себя в гибели её родителей, метался между долгом и желанием всё рассказать ей. А потом понял, что ещё немного — и она вспомнит всё. Но Форгран запретил пробуждать её память и магию. Мне пришлось отстраниться, как я думал — на время. Но появился Кимитс... Она полюбила его. И самое плохое — его магия идеально подходила для пробуждения всестихийника.