Чтение онлайн

Напротив нее сидела ни кто иная, как сама Ли Сянь.

Ее сердечная струна натянулась, словно лук, и зазвенела. Верхняя часть волос Ли Сянь была скреплена буяо*, с виду простым, но в то же время роскошным. Оставшаяся часть волос водопадом струилась по плечам. Ее нежное лицо было прекрасно, как светлая луна в середине осени, цвет его напоминал распустившийся на весеннем рассвете цветок. Волосы на висках гладкие и ровные, а брови — точно тонкие мазки тушью. Глаза сияли мягким блеском. От изгиба алых губ, пленяющих очарованием, на щеках появлялись слабые ямочки.

* (b`uy'ao) — жемчужные (яшмовые) подвески женского головного убора, раскачивающиеся при ходьбе

Она была облачена в черное дворцовое платье с широкими рукавами, расшитыми красной каймой, и невероятно длинным шлейфом, расстеленным позади нее, словно раскрытый веер.

Поскольку платье Ли Сянь было специфичным, за ней не стояло никакого стола. Ряды за рядами сидящих за столами людей заполоняли обзор, но исключением была Ли Сянь, подобная статуе из яшмы, окруженная свободным пространством. Отчужденная, недостижимая для мира смертных.

Сердце Линь Ваньюэ безудержно билось, не поддаваясь контролю. Ее немигающий взгляд не желал покидать Ли Сянь ни на мгновение.

Та время от времени бросала ответные взгляды, в которых виднелся намек на улыбку. Она была так прекрасна.

Если за пределами дворца Линь Ваньюэ одолевали сомнения и мысли об отступлении, то в этот самый момент ее сердце разрывалось безграничной радостью.

Какое счастье, что она не вышла замуж за Ли Чжуна.

Линь Ваньюэ понимала, что ее мысли абсурдны, но не жалела об этом.

— Син-ди! — Сян Цзинъи дернул Линь Фэйсина за руку, притягивая его к себе. Это вернуло Линь Ваньюэ на поверхность.

— Дагэ?

— Кхе, — неловко кашлянул Сян Цзинъи, увидев недовольное выражение лица Линь Фэйсина. Он заговорил тихим голосом поближе к уху Линь Фэйсина: — Слушай, Син-ди. Дагэ понимает, что... таковы уж человеческие потребности, но это императорский пир на сотню персон. Его Величество и наложницы смотрят. Так беззастенчиво пялиться на Ее Высочество старшую принцессу — это, пожалуй, чересчур.

— Кхе-кхе... — Линь Ваньюэ тоже начала кашлять. Она прикрыла рот кулаком, по ее лицу расползлась краска: — Спасибо за замечание дагэ, этот младший брат... был неосмотрителен.

— Не волнуйся, дагэ тебе поможет.

— Спасибо, дагэ.

К счастью, остальные не заметили переглядок Линь Ваньюэ и Ли Сянь, но Ли Чжао с его высокого трона все было прекрасно видно.

Поначалу он был несколько обеспокоен. А что, если он неправильно понял, и его дочери не нравится этот Линь Фэйсин? Но когда он собственными глазами увидел, как эти двое строят друг другу глазки, он вздохнул про себя: поистине выросшую девушку не следует задерживать дома!

Ли Чжао был готов на все ради благополучия своей дочери, но в то же время в его сердце поселилось недовольство. Возможно, это были сложные отцовские чувства, возникающие, когда любимая дочь выходит замуж.

Из-за этого чувства он уже не находил Линь Фэйсина таким приятным для глаз.

Лицо Ли Чжао посуровело. Он махнул широким рукавом:

— Начинаем пир!

— Ваше Величество, сколько треножников поставить генералу Линю?

Сначала Ли Чжао хотел проявить к Линь Фэйсину отношение, как к чиновникам второго ранга, но вместо этого он сказал Шуньси:

— Три.

Шуньси ненадолго замер на месте и ушел.

С подносами в руках вереницей зашли дворцовые служанки и встали на колени у каждого из стола, чтобы разместить треножники и гуи.

Зазвучала музыка, в центр зала проплыли певицы и танцовщицы.

Атмосфера тотчас же оживилась.

Вино рекой лилось в чаши, слышался громкий смех и разговоры, члены императорской семьи и чиновники поднимали тосты за императора.

Автору есть что сказать:

...

Я немного замешкала с этой главой. Я ломала голову над описанием красоты Ли Сянь, и вот как теперь мне описывать ее во время свадьбы? Хнык-хнык…

...

Кто-то сказал, что предложение Линь Ваньюэ скоропалительное, но я так не считаю. Неужели она будет сидеть на месте и смотреть, как Ли Сянь выходит замуж за какого-то чужака? Я думаю, это было бы трусливо. Линь Ваньюэ уже думала о результатах.

Глава 108

Глава 108. Серьезны ли слова императора?

Императорский пир подошел к середине. Каждый гость наслаждался весельем, однако Линь Ваньюэ сидела как на иголках.

Ли Чжао подозвал Шуньси и что-то прошептал ему на ухо.

Шуньси выпрямился и взмахнул мухогонкой. Музыка стихла, исполнительницы разошлись.

Военные чиновники, предававшиеся оживленной болтовне, приглушили голоса и посмотрели в сторону трона.

Помолчав некоторое время, Ли Чжао произнес несколько слов об императорской заботе, и на лицах придворных чиновников отразилась глубокая благодарность.

Ли Чжао удовлетворенно кивнул. Затем он взглянул на Ли Сянь и, сменив тему, сказал:

— Полагаю, каждый из вас слышал о недавнем происшествии. Поведение Ли Чжуна аморально, и он недостоин благородной принцессы нашей страны Ли. Моя вина, что я ничего не проверил и чуть не погубил будущее Сянь-эр.

— Отец-император... — начала было Ли Сянь, но Ли Чжао остановил ее поднятой рукой.

Он улыбнулся своей любимой дочери. Его лицо светилось отеческой любовью.

— Я поступил эгоистично, желая держать Сянь-эр подле себя еще несколько лет. Ли Чжун не справился, что весьма прискорбно, но свадьбу откладывать нельзя. По случаю сегодняшнего праздника в этом зале собрались официальные лица нашей страны Ли. Я приказываю каждому чиновнику отобрать сына соответствующего Сянь-эр возраста, чтобы произвести отбор фумы для нее.

— Ваше Величество очень мудры.

Несколько чиновников в зале пребывали в приподнятом настроении, поскольку у них как раз были сыновья нужного возраста.

Ли Чжао кивнул.

Затем его взгляд переместился на Линь Фэйсина. 

— Линь Фэйсин, выйдите.

— Этот офицер здесь! — встав со своего места, Линь Ваньюэ робко посмотрела на Ли Сянь и, пройдя по красной дорожке, поклонилась Ли Чжао, как того требовал этикет.

— Линь Фэйсин, известно ли Вам, как часто императорский шурин рекомендовал Вас в своих письмах?