Чтение онлайн

Затем Линь Ваньюэ и Сян Цзинъи подошли к столу принца Чу и принцессы Ли Янь. Увидев Линь Фэйсина, они встали. Ли Сюань держал чашу с вином и смотрел на Линь Фэйсина с притворной улыбкой. Тот равнодушно встретил его взгляд:

— Фэйсин поднимает чашу за брата Чу.

— Хех, зять и младшая сестра должны помнить, что императорская семья подобна дереву, выпускающему ветви и выбрасывающему листья*.

* о многочисленном потомстве

В словах принца Чу слышалась усмешка. Линь Фэйсин безразлично улыбнулся. Запрокинув голову, он как ни в чем не бывало осушил чашу с вином.

— Зять, Янь-эр поднимает чашу за тебя.

Посмотрев на Ли Янь, Линь Ваньюэ вспомнила, что, кажется, видела эту принцессу на императорском пиру два года назад, поэтому улыбнулась и произнесла ответный тост.

Сейчас Ли Янь была в цветущем возрасте*. Хотя ее внешность уступала Ли Сянь, она все же была удивительно красива. Но она не ожидала, что после того, как Линь Фэйсин произнесет тост, то больше не посмотрит на нее. Он просто повернулся и ушел.

* 16 лет

Ли Янь сверлила спину Линь Фэйсина взглядом, вспоминая тот самый пир: в то время он был всего лишь простым командиром батальона, сидел недалеко от нее с таким видом, как будто еще не повидал свет. Его аппетит был безграничен. Она никогда в жизни не видела такого прожорливого человека!

Какое-то время назад ее старший брат внезапно упомянул об этом человеке и спросил, не хочет ли она стать его женой.

Для пущей убедительности он решил приукрасить его поступки, осыпая похвалами. Но когда они снова встретились, этот человек уже женился на ее сестре-принцессе.

Он стал выше ростом, и его неотесанность полностью исчезла. Его глаза ярко блестели, а манера держаться была безупречной…

Принц Чу пребывал в дурном настроении. Заметив, как его сестра уставилась в спину Линь Фэйсина, он чуть не поперхнулся:

— Ты на кого смотришь? Влюбилась что ли?

Ли Янь, в конце концов, была застенчивой юной девой, и принц Чу задел ее. Уголки ее глаз покраснели.

— Что за непристойности говорит брат? Янь-эр расскажет все отцу-императору.

— Ладно, мэймэй... Моя ошибка, накажу себя чашей вина…

Выпив с принцем Юном, Сян Цзинъи притянул к себе Линь Фэйсина и прошептал:

— Син-ди, ты фума старшей принцессы. Я во всем сам разберусь и произнесу тост с остальными, можешь выпить с Его Высочеством наследным принцем и уходить. Короткий миг ночи любви бесценен.

Может быть из-за того, что Линь Ваньюэ выпила слишком много и слишком быстро, на ее смуглом лице проступили красные пятна.

Она чувствовала, словно все ее тело горело. Она передала свою чашу с вином дворцовой служанке и подошла к Ли Чжу.

Тот уже приготовил две чаши и, улыбаясь, протянул одну Линь Фэйсину:

— Зять, Чжу-эр выпивает за тебя. Хорошо обходись с моей старшей сестрой.

— Ваше Высочество наследный принц может не беспокоиться.

… …

Линь Ваньюэ попрощалась с Ли Чжу, оставив все на Сян Цзинъи, и сейчас стояла перед брачными покоями.

Ее суматошное сердце пробивало грудную клетку.

Занесенный для стука кулак сжимался и разжимался. Она не могла постучать.

Сяо-Цы со скрипом отворила дверь, увидев хмельного Линь Фэйсина с поднятой рукой:

— Господин фума, Вы пришли. Ее Высочество уже ждет.

— О, эмм ... — Линь Ваньюэ чувствовала, как ее голова распухает. Все вокруг увеличилось в размерах, слух обострился. Ее дыхание сбилось, она невыносимо нервничала.

Сяо-Цы торжествующе улыбнулась и пригласила Линь Фэйсина войти в комнату.

Ли Сянь сидела на алом ложе. Линь Фэйсин стоял на расстоянии пяти шагов, ошеломленно глядя на нее. И снова Линь Ваньюэ забыла, как двигаться.

Ли Сянь все еще была одета в свадебное одеяние, но уже без косметики. Ее длинные волосы водопадом струились по спине.

Хотя Ли Сянь всегда улыбалась, Линь Ваньюэ знала, что это было из чистой вежливости. В ее улыбке была какая-то отстраненность, но у нынешней Ли Сянь — слабые ямочки на губах и легкая застенчивость на лице, позволившая этой несравненной красоте стать более земной. Как будто небесное божество спустилось в этот бренный мир.

— Господин фума, прошу тебя испить эту чашу вина с Ее Высочеством.

— Хорошо, — Линь Ваньюэ села подле Ли Сянь. Сяо-Цы опустилась на колени и протянула поднос с двумя чашами вина.

Ли Сянь и Линь Ваньюэ взяли по чаше и выпили, перекрестив руки.

Сяо-Цы взяла чаши. Она произнесла несколько слов с пожеланиями счастья и вышла из покоев, уводя дворцовых служанок.

Ли Сянь и Линь Ваньюэ остались наедине.

— Принцесса, — дрожащим голосом позвала Линь Ваньюэ.

Линь Фэйсин слегка наклонил голову, как будто не был уверен в своих дальнейших действиях. Тревога в сердце Ли Сянь каким-то образом бесследно исчезла.

— Теперь мы неразрывно связаны друг с другом. Фуме следует называть меня по имени.

— О... Сянь... Сянь-эр.

— Фума хочет что-то сказать?

— Да, Сянь-эр... вообще-то я... уже давно хотел тебе это сказать, но мне не позволяли встретиться с тобой... Я хотел рассказать тебе, зачем я вдруг попросил взять тебя в жены, я... прости меня.

Слушая запинающегося Линь Фэйсина, Ли Сянь чувствовала, как в груди растет неописуемое чувство: "Болван. Очевидно же, что это я манипулировала тобой, чтобы подвести к этому. Почему это ты извиняешься?".

— Ли Чжун... был не в состоянии, дата свадьбы была неминуема, я... не хотел видеть, как Сянь-эр выходит замуж за незнакомого ей человека и рискует своим благополучием... И тогда я подумал, а не жениться ли мне вместо него. Сянь-эр сердится на меня за то, что я не посоветовался с ней заранее?

— Фума, мы с тобой уже муж и жена. Муж и жена — одно целое, как я могу на тебя злиться?

Услышав мягкий голос Ли Сянь, Линь Ваньюэ подняла голову. Ее глаза сияли, словно звездное небо.

Ли Сянь неотрывно смотрела в ответ и не могла не радоваться.

Линь Ваньюэ вдруг вспомнила, кем она является. Ее сердце словно раздавил тяжелый груз, блестящие глаза вдруг потускнели. Она посмотрела на Ли Сянь с нерешительностью на лице:

— Но... я должен сказать Сянь-эр кое-что важное.

Ли Сянь вглядывалась в печальные глаза Линь Фэйсина. Не в силах этого вынести, она терпеливо спросила:

— Что такое?

Некоторое время Линь Ваньюэ молчала в раздумьях. Она вдруг поняла, что храброе намерение признаться во всем рассыпается в пыль. Она была так решительно настроена!