Чтение онлайн

— Молодой человек, поднимите голову. Дайте мне взглянуть на Вас.

Глава 51

Глава 51. Тысяча земель для того, кто верен своим убеждениям

Линь Ваньюэ нервно сглотнула и ответила:

— Слушаюсь.

В этот момент ее сердце подпрыгнуло. Она медленно выровняла дыхание. Когда напряженность немного ослабла, она медленно подняла голову...

...и ее взгляд зацепился за словно покрытые инеем волосы на висках и пронзительный взгляд Ли Чжао. Она быстро опустила глаза.

Ли Чжао несколько раз оглядел Линь Ваньюэ. Затем он хлопнул ладонью по столу и сказал:

— Славно! Молодежь и впрямь восходит к великим героям. Кто бы мог подумать, что в военном лагере окажется такой выдающийся молодой человек.

— Благодарю Его Величество.

Линь Ваньюэ чувствовала на себе множество изучающих взглядов. Это был первый раз в жизни, когда ее хвалили за внешний облик. Ее лицо пылало, но благо ее кожа была загорелой, что не позволяло румянцу раскрыть ее...

— Юноша, Вы спасли мою дорогую принцессу. Несмотря на выпавшие на вас по пути беды, Вы благополучно доставили ее в столицу. Это отнюдь не маленькая заслуга. Скажите, как я могу вознаградить Вас?

— Благодарю Его Величество. Таков долг этого ничтожного. Я не смею просить вознаграждения.

— Ммм...хорошо. Не кичиться достижением и иметь подобное смирение. Но за заслугу положено вознаграждение, так же как и за преступление — наказание. Дай-ка подумать...У нас нет человека на должность столичного дувэя*. Как насчет того, чтобы назначить Вас на эту должность? Как Вам такое?

* дувэй — (duw`ei) — военачальник округа, области

Как только Ли Чжао произнес эти слова, лица всех присутствующих в зале переменились: хотя должность столичного дувэя и не была столь высокой, она все же была очень значительной. В комплекс обязанностей входили распоряжения по уличному транспорту, охрана и оборона столицы. До этого, когда должность была свободна, принц Юн, принц Чу и даже принц Ци выдвигали кандидатуры из своих людей. Но потом умерла наложница Лян. После этого последовало покушение на Ли Сянь и ее исчезновение. У Ли Чжао попросту не было времени беспокоиться о назначении на место дувэя, поэтому он отложил это.

Никто не ожидал такого поворота. Ли Чжао поднял старые проблемы, застигнув всех врасплох. И кто бы мог подумать, что он передаст такую важную должность этому "чужаку"!

У Ли Сянь блеснули глаза. Издалека она посмотрела на Линь Ваньюэ.

Ли Чжао, сидевшему на возвышении, было видно реакцию окружающих как на ладони. Он без малейшего изменения в выражении лица посмотрел на Линь Ваньюэ. Он не стал поторапливать и терпеливо ждал ее ответа.

Линь Ваньюэ слегка опустила голову. Она не знала, что значит быть дувэем, но судя по всему, должность была чрезвычайно важной.

Она хотела обернуться к Ли Сянь, чтобы посоветоваться, но заставила себя сдержаться. В данный момент она могла рассчитывать только на себя.

Линь Ваньюэ закрыла глаза. Мгновение спустя она медленно их открыла.

Ли Чжао с интересом посмотрел на нее, ожидая ее ответа.

— Этот ничтожный благодарит Его Величество за оказанное доверие, но должность столичного дувэя не является желанием этого ничтожного. За неоправданные ожидания Его Величества этот ничтожный заслуживает десяти тысяч смертей. Прошу Его Величество отозвать назначение, — сказав это, Линь Ваньюэ опустилась на колени и поклонилась. Обе руки она вытянула перед собой, широкие рукава расстелились по полу, а лоб коснулся его ледяной поверхности.

От слов Линь Ваньюэ у принцев словно гора с плеч свалилась, в то время как Ли Сянь не поменялась в лице. Ее взгляд, направленный на Линь Ванью, был чистым и мягким.

— Линь Фэйсин, Вы знаете, как желанна и недостижима для многих должность столичного дувэя? Если только у Вас нет варианта получше. Встаньте, скажите, чего бы Вы хотели.

— Благодарю Его Величество. Позвольте доложить. Этот ничтожный —уроженец деревни Чаньцзюань на окраине страны. Осенью двадцать шестого года, когда этому ничтожному было четырнадцать, он отправился в горы собирать целебные травы. На деревню напали гунны и вырезали всех жителей в числе ста восемнадцати человек. Все, от стариков до детей, а также родители и сестра этого ничтожного погибли, никому не удалось уцелеть. Этот ничтожный похоронил их и прошел пешком сотни ли, чтобы завербоваться в военный лагерь генерала Ли Му. Пожалев этого ничтожного, генерал принял его. Прошло уже два года, и несмотря на меняющиеся обстоятельства, Фэйсин и на короткий миг не смеет забыть о первоначальных намерениях. Этот ничтожный желает лишь охранять границу до самой смерти. Во имя ста восемнадцати человек пролить кровь гуннов. И защитить простой народ в меру своих возможностей, чтобы в дальнейшем им не пришлось идти тем же путем, что и Фэйсину! Да простит Его Величество, Фэйсин не в силах взять на себя высокий пост столичного дувэя, его приоритеты выше этого!

Ли Чжао спокойно выслушал речь Линь Ваньюэ. Глядя на непреклонное выражение лица этого смуглого юноши, стоявшего внизу, он почувствовал некоторый трепет.

— Превосходно! Как хорошо сказано! Если бы у всех молодых людей нашей страны Ли были настойчивость и мужество, как у Вас, никто бы не посмел позариться на нее и перейти ее границы. Замечательно!

— Благодарю Его Величество.

Линь Ваньюэ поклонилась со сложенными руками, но тем не менее она была всецело поглощена другой мыслью: можно считать, что эта речь и была ответом на просьбу принцессы...

— Хахаха, хорошо, хорошо, будь по-вашему!

— Благодарю Его Величество.

— Однако Вы находитесь в военном лагере брата императрицы. Мои слова не имеют большого веса в военных вопросах, так как продвижение по службе и назначение на места находятся под ведомством генерала Ли Му. Я доверяю ему и не хочу вмешиваться. Поэтому я не могу наградить Вас какой-либо должностью...

— Этого ничтожного вовсе не заботит должность или статус. Поскольку он может сражаться с гуннами, этому ничтожному ничего не нужно. Кроме того, главнокомандующий справедлив и в награждении и в наказании, и этот ничтожный верит: в один прекрасный день он удостоится титула за ратные заслуги!

— Хорошо, у Вас есть целеустремленность. Хоть мне и довольно неудобно слышать, как Вы называете себя ничтожным. Я не могу вмешиваться в военные дела, но это еще не значит, что мне нельзя Вас наградить. Я заявляю, что этот Линь Фэйсин...

— Этот ничтожный здесь!

— Линь Фэйсин — тот, кто обладает смирением и возвышенными устремлениями и не ставит себе в заслугу добрые дела. Ваша заслуга в том, что Вы вернули старшую принцессу в столицу, неоценима. Я дарую Вам тысячу земель, которые будут передаваться по наследству в течение трех поколений. В тот день, когда Вы совершите то, о чем провозгласили — удостоитесь титула за ратные заслуги — не забудьте вернуться в столицу и увидеться со мной. Тогда у меня будет для Вас щедрая награда! Хахахахаха…

— Благодарю Его Величество.

Ли Чжао спросил у старшего дворцового евнуха, стоявшего рядом:

— Все записал? 

— Отвечаю Его Величеству. Все зафиксировано. Этот старый слуга сию минуту передаст это во внутренний двор.

— Мгм, — удовлетворенно кивнул Ли Чжао, затем обратился к Линь Ваньюэ. — Линь Фэйсин, сейчас, когда у Вас есть тысяча земель, можно не называть себя ничтожным. Хахахаха!

— Благодарю Его Величество.

— Ладно, можете сесть. Ну, давайте же праздновать!

В зал друг за другом вошли стройные дворцовые служанки с подносами в руках, за ними следовали музыкантши с бяньчжунами* и прочими инструментами. Ряд замыкали танцовщицы.

* бяньчжун — (bianzhong) — стар., муз. бяньчжун, колокола (обычно 16 колоколов по полутонам, подвешенных в два ряда на одной стойке)

Первыми опустились на колени перед столом Ли Чжао служанки. Они разложили перед ним по порядку девять треножников* и восемь сосудов гуй**, затем поднялись и поклонились.

* треножник — (dng) — бронзовый, с двумя ушками; служил для а) приготовления пищи; б) жертвоприношений; в) казни через сварение