Чтение онлайн

** гуй — (gu) — тип древнекитайского ритуального бронзового сосуда в форме чаши, используемого для хранения подношений пищи

То же самое сделали перед столом Ли Чжу, аккуратно расставив восемь треножников и семь сосудов гуй, а затем и перед принцами и принцессой. У совершеннолетних принцев на столах было семь треножников и шесть сосудов гуй, у Ли Сянь, имевший те же привилегии, — такое же количество.

Перед несовершеннолетним принцем Ли Пэем поставили шесть треножников и пять сосудов гуй, а перед Ли Янь — пять и четыре соответственно.

Когда служанки подошли к Линь Ваньюэ, они встревожились. Но старший евнух хорошо разбирался в таких вещах. Он наклонился к императору и тихо спросил:

— Ваше Величество, сколько треножников следует поставить перед Линь цяньху*?

Ли Чжао поднял на него глаза и сказал:

— Расставьте три! Начинаем пир!

* цяньху — (qianh`u) — титул; букв. 1000 дворов, или тысячедворье

По взмаху рукава Ли Чжао заиграла музыка. Восемь рядов танцовщиц, грациозно изгибаясь в талиях, проплыли в центр зала. Следуя ритму музыки, они играли струящимися рукавами.

Слегка оторопевшая, Линь Ваньюэ с благоговением смотрела на блюда в трех треножниках: жареный молочный поросенок, сушеная рыба, сушеное мясо. Зрелище было настолько нереальным, что ей показалось и будто она видит сон. О еде из таких сосудов она не смела думать до сегодняшнего дня.

Она протянула руку к столу, но поняла, что не знала, с чего начать. Тогда она посмотрела на стол Ли Сянь. На нем стояли сосуды с говядиной, бараниной, жареным молочным поросенком, сушеной рыбой, сушеным мясом, блюдо из желудков и свинина. В дополнении были: очищенный рис, маньтоу, три вида неизвестных выпечек, суп и фрукты одного сорта...

Глядя на это обилие изысканной еды, Линь Ваньюэ почувствовала головокружение…

Когда Ли Сянь заметила внимательный взгляд Линь Ваньюэ, она чуть-чуть улыбнулась. Взяв маленький нож, лежавший на столе, она срезала кусочек баранины, взяла его белыми, как нефрит, пальцами и положила в рот.

Увидев, как принимает пищу Ли Сянь, Линь Ваньюэ пошарила рукой по своему столу и обнаружила, что между двумя треножниками лежал маленький нож.

Она водушевленно взяла его и, повторяя за Ли Сянь, сделала несколько надрезов на золотистом жареном молочном поросенке, который испускал аппетитный аромат. Затем точно так же она взяла кусочек рукой и положила его в рот. Сочный вкус мяса сразу же наполнил ее рот. Линь Ваньюэ пережевывала, закрыв глаза от удовольствия. 

Так вкусно!

Ли Сянь не могла не улыбнуться, увидев выражение лица Линь Ваньюэ. При мысли о трудных буднях этого человека в военном лагере ее сердце смягчилось. Она подозвала служанку.

— Что прикажет Ваше Высочество?

— Принеси тарелку, отрежь по кусочку от этих трех видов мяса и передай Линь цянху.

— Слушаюсь.

Служанка принесла тарелку, опустилась на колени у стола Ли Сянь и приготовилась резать мясо.

Однако Ли Сянь снова заговорила:

— У меня нет аппетита, так что нарезай побольше.

— Слушаюсь!

Служанка отрезала по большому куску говядины, баранины и свинины и положила на тарелку, затем встала и снова опустилась на колени, но уже перед столом Линь Ваньюэ.

Линь Ваньюэ, набивавшая рот, непроизвольно напряглась. Она все еще не могла привыкнуть к людям, становившимся перед ней на коленях...

— Линь цяньху, Ее Высочество передает Вам мясо трех видов.

Служанка поставила тарелку перед Линь Ваньюэ, вежливо поклонилась и отошла.

— Благодарю принцессу, — Линь Ваньюэ повернулась всем корпусом к Ли Сянь, чтобы сложить руки в знак почтения.

Ли Сянь слегка улыбнулась и ответила тихим голосом:

— Фэйсину не стоит благодарить. Не стесняйтесь и наслаждайтесь едой в свое удовольствие. Если этого будет недостаточно, скажите мне.

Щеки Линь Ваньюэ запылали. Она в смущении потерла нос: должно быть, ее аппетит произвел глубокое впечатление на Ее Высочество принцессу...

В стране Ли была четкая система обычаев. Говядина и баранина разрешались только на церемониях. Съесть их без разрешения означало бы смертный приговор. Если простолюдины хотели отведать этого мяса, им позвалялось выбрать только один вид, чтобы угостить людей на свадебной церемонии. Но говядина и баранина стоили недешево, а быки к тому же все еще были необходимы крестьянам, чтобы зарабатывать себе на жизнь. Поэтому мало кому удавалось расточительствовать на свадьбах.

Линь Ваньюэ, не съев ни говядины, ни баранины за всю свою жизнь, отведала это мясо благодаря Ли Сянь!

Что касается принцев, то они давно привыкли к подобному излишеству. Съев несколько кусочков для приличия, они налили вино — то ли для того, чтобы поднять тост за Ли Чжао, то ли просто посмаковать вкус.

Кто-то наслаждался музыкой, а кто-то любовался танцами. И лишь одна Линь Ваньюэ не поднимая головы была увлечена поглощением вкусных деликатесов, не в силах вырваться из "плена".

На глазах Ли Сянь все три куска мяса были мгновенно сметены с тарелки. Увидев, что в других трех сосудов-треножников уже проглядывалось дно, Ли Сянь оцепенела: она и не представляла, что аппетит у этого Линь Фэйсина был настолько непомерным!

Ли Сянь повторно рассмотрела Линь Ваньюэ и почувствовала изумление: такой тощий и смог съесть столько мяса за раз?

Она боялась, что употребление такого количества мяса плохо скажется на пищеварении Линь Ваньюэ, и поэтому снова подозвала служанку, чтобы та передала Линь Ваньюэ и фрукты...

Но в итоге и они были "уничтожены" Линь Ваньюэ, которая не оставила ни кусочка…

Глава 52

Глава 52. Неизвестно откуда взявшаяся тоска

— Эх... — удовлетворенно вздохнула наевшаяся Линь Ваньюэ, поглаживая живот.

Ли Янь, сидевшая недалеко от Линь Ваньюэ, в ошеломлении смотрела на "расхищенный" стол: она никогда не встречала человека, способного съесть столько еды за один присест!

Ли Янь подняла глаза и посмотрела на Линь Ваньюэ. Оттенок кожи этого человека был таким темным, какой она никогда раньше не видела. У него были длинные и густые брови и тонкие губы, которые будто бы слегка припухли. В этой красоте таилась некая детская игривость. Возможно, это было из-за расслабленного вида этого человека. Он слегка откинулся назад, довольно прищурив глаза, как это обычно делали кошки, которые, приласканные наложницами, нежились на солнышке, досыта наевшись.

У Линь Ваньюэ были острые чувства восприятия, присущие от рождения. Именно из-за этого таланта Юй Сянь и сяо-Шии приходилось тяжко во время путешествия.

Он проявился и на этот раз. Несмотря на то, что слух Линь Ваньюэ услаждала приятная музыка, глаза любовались обворожительными движениями танцовщиц, а сама она чувствовала себя непринужденно и расслабленно, она все же рефлекторно повернула голову в направлении Ли Янь.

И случайно обнаружила, что эта молодая девушка-подросток в изящных одеяниях поедает ее глазами.