Три дня над крышей нет дымка,И, согласитесь, это значит,Что там, внутри, навернякаИной отсчёт событьям начат.Наступит вечер, но одноОкно останется при этомПустым, где мрачно и черно —А ведь светилось ровным светом.Придёт ноябрь и в аккуратПрипорошит снежком поленья,А пыль покроет аппаратДля измерения давленья.
Освещение
Когда все спят в баракеИ трудно видят сны,Вдруг так светло во мракеОт вылезшей луны.Когда, забыв про лето,Январь встречаем мы,Темно в глазах от светаСверкающей зимы.
Январское утро
Белые крыши кварталаС небом слились вдалеке.Электробритва шепталаЧто-то надменной щеке.Запахом одеколонаСледом ударило в нос.Ветер со снежного склонаСвежесть морозную внёс.Жесткость крахмальной сорочки.День, наступивший всерьёз.А вдоль дороги сорочьиРощи летящих берёз.
Осенняя прогулка
Солнцу бледному помеха —Тучи движутся гурьбой.В них внезапная прорехаИ кусочек голубой.Но недолго эту милостьКто-то в небе нам берёг.Всё опять уже закрылось,Как на станции ларёк.За оврагом ради смехаКрикнул некто: — О-го-го!И отчётливое эхоВторит голосу его…
Кровельщики
Кровельщики на соседней крыше —Аккурат, не ниже и не выше,А напротив моего окна —Тарахтят с утра и до темна.Дождь готов проверить их работу,А они — к такому повороту.Близкий гром разносится: ба-бах! —А они, как прежде, без рубах.Солнце вновь сияет честь по чести.А они гремят по мокрой жестиУ окрестных окон на виду —Будто в ослепительном пруду.
Уличная съёмка
Три женщины, стоящих рядом.И, видя только их одних,Любитель с фотоаппаратом,Согнувшись, пятится от них.Я подождал — он всё не щёлкал.Я так минуту проторчал,Но только двинулся с кошёлкой,Как он мне что-то пробурчал.Мне спорить было неохота,Но я ответил на ходу,Что самым ценным будет фото,Где в кадр я тоже попаду.
Альбом с фотографиями
Лет явно больше стаСемейному альбому.Который неспростаДаст сто очков любому.Ответит на вопросПрелестная старушка(Серебряных волосПросвечивает стружка):«Вот бабушка мояИ дед времен Цусимы.(А стаи вороньяУже невыносимы.)Вот Николай IIИ перед ним кадеты.Вот Ленин с детворой —Как скверно все одеты!Вот мама-медсестра.Вот барышни-курсистки.А это я с утраВ Нарпите ем сосиски.Растила косу — блажь!Вот я в войну за Камой…А это папа наш,Оставивший нас с мамой».
Баллада о химическом карандаше
Химический карандашПо-школьному фиолетов,И вы не входите в раж —Он вовсе не для портретов.Десяток забавных рож,Набросанных шутки ради,Потом уже не сотрёшьВ несчастной своей тетради.Но в силу каких идейОн нам бесконечно близок?Для длинных очередейКороткий его огрызок.Любому понятный шифр,Усвоенная привычка:Двузначных, трехзначных цифрСуровая перекличка.А ну, поскорей покажьЛиловую эту мету…Химический карандаш,Сегодня таких уж нету.Лишь где-то в былом дыму,В стихающем перезвоне —Протянутые к немуДоверчивые ладони.…От прошлого вдалеке,С рассветным проснусь трамваем.Знак памятный на рукеПо-прежнему несмываем.
Коллизия
Меня не только что не били —Мне выдавалась нежность вся.Меня родители любили,Друг друга не перенося.А я, влача свои салазки,Мечтал в те ранние годаЗаметить что-то вроде ласкиПромежду ними иногда.Какая боль, какая жалость!..Когда же был я на войне,Их жизнь совместная держаласьЕщё заметнее на мне.Вот так и жили только мною…И это как ни назови —Я стал невольною виноюИм не явившейся любви.
Чудак
Эту тему не тронь! —Отдаваясь порыву,Невзирая на бронь,Он ушёл по призыву.Принят общей войной,Не надеясь на чудо,Он с медалькой однойВоротился оттуда.Был он всё-таки смел,А скорее находчивИ жениться сумел,Института не кончив.
А. Коваленков на семинаре
Это не лишено интереса —Коваленков всю жизнь говорил:Пионэры, Корэя, Одэсса, —А других за любое корил.Разговор был у мэтра короток.Вижу — с чьей-то расправясь строкой,Как он, пальцами сжав подбородок,Улыбается жесткой щекой.
Слон
A.M.
Мне джунгли видятся во сне.Я слышу треск прибрежных галек.Об удивительном слонеМне рассказал художник Алик.Голубоглазый белый слонИз золотого Таиланда,Известный там как эталонНевероятного таланта.Он кисти брал и рисовал —Сквозила в этом полушалость.Авторитетом рисковал,Но превосходно получалось.Недурно шли его дела.Агенты составляли смету…Абстрактной живопись была,Но замечательной по цвету.
Комбинаторы
Комбинаторы былые —Чичиков или Остап —У читающей РоссииОстаются на устах.Им любовь и восхищеньеВыпадают в наши дниНе за хитрые хищенья —Просто нравятся они.А сегодняшние силыВ гуще схваток деловыхТак бесцветны и унылы,Что никто не вспомнит их.
Премия
Он работает на раздаче,Объясняет, как трудно: «Уф-ф!..»Но вершина его задачи —Самому испытать триумф.Милый дока по части куплиИ продажи — он вам знаком,Сам недавно ещё у кухниОшивавшийся с котелком.