Чтение онлайн

Первыми в нашем списке числились любители прыжков с парашютом… Чем не место для поисков мужчины моей мечты? Пришла я на летное поле, посмотрела, как они прыгают. Ну что вам сказать, познакомиться успеть можно… А вот отношения наладить вряд ли… Все, вообще-то, как в нормальной жизни. Летишь с ним рядом, паришь над облаками… А потом — бац! — об землю с размаха… Сходила еще к этим, которые с моста прыгают, на веревочке… Хорошие ребята оказались, только к женщинам как-то равнодушны… Я когда сама прыгнула разок, сразу поняла, почему они на меня как-то мало реагируют. Пока раскачивалась вниз головой, у меня так мозги встряхнулись, что я на работе три каталога составила, а про мужчин и думать забыла месяца на два… Но потом опять затосковала.

Моя Юлька сказала: «Иди к туристам, тут и думать нечего, туристы все такие — надежные, сильные…» И помогла мне на туристический слет попасть. Там мне все страшно понравилось. Люди задушевные, и большая часть из них мужского пола. И столько мне предложений поступило. Один позвал меня по горным рекам сплавляться, другой — лягушек есть в экстремальных условиях… Но я выбрала Саню. Такой молчаливый, интересный. Сразу видно: надежный, как гранит. Он меня пригласил просто отдохнуть в лесу денька два. Ну вот, решила я, настал мой звездный час. Купила чудную шляпку, модненькую такую, босоножечки, шортики очаровательные… Посмотрела на себя: прелесть!

Поехали мы в поход. Не на машине. И даже не в автобусе. На байдарке. Это такая лодочка ужасная. Встать в ней нельзя, она сразу опрокидывается. И до пояса тебя не видно: ни коленки показать, ни босоножки. Сидишь, как индеец в каноэ… А тут еще выясняется, что мне грести надо. То есть веслом так крутить. Час кручу, два кручу! А Саня мне все твердит: правее, левее… Короче, выползла я на берег, а руки вообще не двигаются, словно я белье у всех своих родственников перестирала. А Саня посмотрел на меня ласково и говорит:

— Хватит лежать! Надо костровище вырубать, палатку ставить!

Я удивилась.

— Это же мужское занятие! — говорю.

А он мне отвечает:

— В естественных условиях все равны. К тому же для настоящей женщины любое мужское дело — тьфу!

Потом погнал меня в лес дрова для костра собирать… Я плачу: не умею, мол. А Саня все твердит:

— Как же ты будешь жить в дикой природе?

А зачем я там буду жить? Потом уже я приступила к исконным женским занятиям: приготовлению ужина и мытью посуды. А Саня учил меня уму-разуму, рассказывая, что современные женщины — слабые и не приспособленные к жестким природным условиям создания… А некогда они могли в поле рожать, лес валить и на медведя ходили с рогатиной… Потом мой герой энергично откушал супчика и ушел спать. А я, сходив за водой, благо родник был рядом, задумалась, так ли уж мне необходим мужественный герой и среда его обитания…

Уснула я как новобранец после марш-броска. Но среди ночи меня разбудил протяжный стон. Решив, что таким природным способом Саня изъявляет свои мужские притязания, я приготовилась к обороне. Любви мне почему-то вовсе не хотелось: все тело ныло. Но все оказалось куда печальнее. У него разболелся зуб. В ход пошли народные средства: полоскания солью и прикладывания пепла… Но страдалец не умолкал. Я металась над ним, как орлица над орленком… Наконец он промолвил:

— Анальгину бы…

У великого туриста аптечки не было. Как выяснилось, анальгин мог быть только в ближайшем студенческом лагере, километра три-четыре от нашего стойбища. Я, рассчитывая на отказ, спросила нерешительно:

— Может, мне сходить туда?

— А ты не боишься?

— Ужасно боюсь!

— Ну иди! — разрешил Саня.

И я пошла. Поскольку фонарика тоже не имелось, я поставила в кружку огарок свечи. Толку от такого освещения было мало, но погасить маленькое пламя я не рискнула. О! Это было по-настоящему жутко. Лес темнел вокруг, под ноги подворачивались поваленные стволы, взлетали с шуршанием какие-то существа. Наверное, птицы. Я плакала и причитала, но негромко, дабы не привлечь хищников. Вдруг лес кончился, и я вышла на поляну. На поляне вокруг костра сидели люди. Мне вспомнилось все прочитанное в детстве. Но не страшные сказки про разбойников и людоедов, а любимая пьеса Маршака «Двенадцать месяцев». Минут пять мы молчали, пока наконец в этой тишине я промолвила:

— Люди добрые, а нет ли у вас анальгинчика?

И после паузы раздался хохот.

Добрых молодцев оказалось не двенадцать, а всего четверо. Мы перезнакомились. Они, смеясь, рассказали, что приняли меня за привидение. Еще бы, из темного леса является слабо освещенная фигура, потом оказывается, что это девица с огромными глазами и распущенной косой. В руках у нее свеча. И стоит она молча. «То ли девушка, а то ли виденье…» И спрашивает «виденье» анальгинчика… Анальгин между тем нашелся, и Юрочка, самый симпатичный из всей компании, пошел со мной к страждущему Сане. Теперь дорога показалась мне совсем короткой. Я не прочь была идти по ней и подольше. А лес стал совсем нестрашным. Птицы взлетали очень кстати, потому что после каждого подозрительного шороха я прижималась к Юрочке, а он обнимал меня за плечи. Так что к палатке мы вышли обнявшись, словно… Ну, не брат с сестрой, конечно.

Поутру я вовсю веселилась возле чужого костра, перенеся свои вещи к ребятам. Четверо мужчин наперебой за мной ухаживали и старались произвести впечатление. Юрочка читал замечательные стихи и очень к месту цитировал великих философов… А мрачный и мужественный Саня катал на байдарке откуда-то появившуюся в лесу мадам в белой шляпе. Впрочем, к вечеру он увел меня, чтобы поговорить. И возле могучего дуба, под чириканье пташек сказал мне:

— Марина, уже несколько лет я искал настоящую женщину. Такую, чтоб коня на скаку и в горящую избу… Но, увы! Попадались мне только изнеженные и избалованные особы, ни на что не способные. И вот теперь я встретил тебя. Ты прошла все испытания и вполне достойна быть подругой настоящего мужчины… Мой эксперимент удался!

Я отвела глаза и покраснела… А потом долго и сбивчиво рассказывала Санечке, что он замечательный и чудесный, но… Но лицо Юрочки выглядывало время от времени из кустов. Больше всего он походил на типичного посетителя библиотек, на голове торчала белая панамка, а на носу косо сидели очки. Но почему-то мне были страшно симпатичны и эта панамка, и эти очки…

Осталось добавить лишь, что мой муж Юрочка уверен, что более мужественной женщины, чем я, не встречал никогда. В походы мы частенько ходим вместе с Саней. Кстати, поклонник натуральных условий все еще не нашел женщину, способную в этих условиях выжить. Так что, если вы ищете настоящего мужчину, отправляйтесь в туристический клуб и познакомьтесь с Саней. Потому что самые сильные и мужественные экземпляры нужно искать в естественной среде обитания.

Майя торопилась. Торопливость вообще присуща молодым девушкам. Но Майя была подвержена ей особенно. Десять встреч в день и тридцать телефонных звонков требовали известной оперативности, так что Майя по жизни не шла, а летела. Вот и сейчас ей требовалось вылетать из дома через десять минут. Так она и ответила подруге: «Вылетаю. Чмок!» Майя собиралась на концерт своей любимой группы. Концерт ожидался в помещении популярного клуба «Гоплык». Но перед началом Майя хотела пообщаться с друзьями-приятелями, которых у нее было по городу немеряно.

Нужно заметить, что, несмотря на легкую и нарядную красоту натуральной блондинки с темно-голубыми глазами, веселый нрав и почти законченное высшее, Майя до сих пор не имела друга сердца. Именно так она предпочитала называть молодых людей своих подруг. (Определение «бойфренд» ей казалось слишком банальным, а «парень» — простецким.) Нельзя сказать, чтоб ее такое положение вещей не волновало. Все-таки двадцать лет — возраст, что ни говори, почтенный и требующий ответственного отношения к будущему. А будущее представлялось Майе весьма плачевным. Во всяком случае, в ближайший месяц. Они с девчонками уже договорились провести середину лета у друзей в Крыму. И предвкушение теплых волн, посиделок на террасе, походов в горы и прочих радостей кружило голову. Но! Две ее лучшие подруги собирались ехать в Крым со своими молодыми людьми. И это отравляло всю прелесть предстоящего отдыха. Три недели Майе предстояло наблюдать чужие «уси-пуси» и слоняться одной темными южными ночами по двору и саду…