Чтение онлайн

В середине 2006 года Камиль позвонил мне. Я знал, что он собирается выпустить книгу «Собаки знаменитостей», и радовался за него. Когда он позвонил, я сразу же подумал, что он собирается пригласить меня на вечеринку в издательстве по поводу выхода книги. Камиль сообщил мне, что у него рак кишечника с метастазами в печени. Я находился в Майами. Ближайшим самолетом я вылетел в Нью-Йорк, чтобы увидеть его. Он умирал, но я постарался внушить ему надежду на излечение. Мы провели вместе два дня, а потом я вернулся в Майами работать.

Через два месяца он умер. Ему был всего тридцать один год. Его книга вышла посмертно. Я присутствовал на его похоронах в Лисбурге, штат Вирджиния. У могилы я встретил его убитых горем родителей. Стоя на кладбище, я не мог не думать о матери и о своих друзьях, умерших молодыми. Мне было бесконечно жаль Камиля, который не успел реализовать свои способности и таланты.

В начале 1995 года я провел несколько месяцев у Мадонны в Кастильо-дель-Лаго. Как-то утром мы проснулись и обнаружили пропажу небольшого шелкового персидского ковра в красных и синих тонах. Ковер стоил примерно пять тысяч долларов. Я обыскал весь дом и заметил, что дверь открыта.

Я много раз говорил Мадонне, что ей нужны телохранители, но она не обращала внимания на мои слова. Кража ковра подтвердила мою правоту.

Мадонна, у нас были воры. Кто-то украл персидский ковер. К счастью, они взяли только ковер и ничего больше. Тебе обязательно нужны телохранители, — решительно заявил я. Нет, у нас не было воров, — ответила она. — Ковер украло привидение. Ты смеешься надо мной? Нет, я совершенно серьезна. Ночью я слышу странные звуки. В этом доме живет привидение.

Она действительно говорила серьезно.

Я сказал, что она сошла с ума, что ей нужна охрана, но она продолжала настаивать на том, что никакой охраны ей не нужно.

Ей было жалко тратить на это деньги, и к тому же она не хотела, чтобы посторонние люди постоянно находились рядом с ней. К сожалению, время показало, что я был прав.

7 апреля 1995 года, когда я в Нью-Йорке отделывал для Мадонны новую квартиру, мне позвонила Лиз. Она сообщила, что в Кастильо-дель-Лаго проник бывший взломщик Роберт Дьюи Хоскинс. Он с ума сходил по Мадонне. Несколькими месяцами ранее он прислал ей письмо, в котором писал: «Я люблю тебя. Ты будешь моей женой навеки». А в случае отказа Хоскинс грозил Мадонне смертью. Письмо напугало Мадонну так сильно, что она наконец наняла охрану.

На этот раз Хоскинс перелез через стену, но охранник Мадонны, Бэзил Стивене, ранил его в руку и бедро.

К счастью, в тот день Мадонны в Кастильо не было.

Я сразу же перезвонил ей, чтобы убедиться, что все в порядке.

Она меня успокоила, и я вздохнул с облегчением.

Я был просто счастлив, когда сестра сказала, что теперь у нее круглосуточная охрана.

Дело Хоскинса поступило в суд. К нашему ужасу, судья постановил, что Хоскинс может оставаться в зале суда, когда Мадонна будет давать показания против него. Адвокат сестры, Николас Девитт, сделал все, что было в его силах, чтобы Хоскинса на тот момент вывели из зала. Вот как он мотивировал свою просьбу: «В действительности, мистер Хоскинс хочет только одного и ничего больше. Он хочет видеть тот страх, какой внушил моей подзащитной».

Я был согласен. Но адвокат Хоскинса, Джон Майерс, заявил, что его подзащитный имеет конституционное право встретиться с Мадонной в суде. «Он должен находиться в зале суда точно так же, как и во время рассмотрения любого другого дела». Мадонна предложила записать свои показания на видео, но и это предложение было отклонено.

На следующий день ей предстояло дать показания против своего преследователя. Я очень за нее волновался. Мадонна казалась напряженной и нервной, но была преисполнена решимости не показывать своего страха Хоскинсу. Я был рад, что ей это удалось.

— Я просто в ужасе. Меня убивает то, что человек, который угрожал мне, сидит напротив меня и представляет, что его фантазии материализовались. Я сижу перед ним, а ведь именно этого он и хотел, — сказала она и закрыла глаза, чтобы не встречаться с Хоскинсом взглядом.

В зале суда было доказано, что Хоскинс виновен в преследовании, трех террористических угрозах и в угрозе убийства. Бэзил Стивене показал, что проникнуть в Кастильо-дель-Лаго и встретиться с Мадонной хотели многие, но Хоскинс был не похож на других.

По его словам, Хоскинс был упорен, ничего не боялся и отказывался покинуть территорию поместья. Были свидетельства того, что Роберт Хоскинс трижды за два месяца проникал в Кастильо-дель-Лаго, дважды перелезал через стены и бегал по территории.

По мнению Стивенса, Хоскинс совершенно не испытывал страха. Он заявил, что если Стивене не передаст его письмо Мадонне, он убьет его. Потом он пошел еще дальше и произнес зловещую угрозу: «Передай Мадонне, что я или женюсь на ней, или убью ее. Я перережу ей горло от уха до уха». Бэзил Стивене вызвал полицию, и Хоскинса выдворили с территории Кастильо-дель-Лаго. Или, по крайней мере, он так думал.

Но 29 мая, когда Стивене находился на посту, Хоскинс подошел к нему, ударил и сказал, что собирается его убить.

— Я достал оружие и предупредил, что, если он не остановится, я буду стрелять. Он снова ударил меня, и я выстрелил. Он не упал. Он повернулся и снова ударил меня, и я еще раз выстрелил. На этот раз он упал. Мне стало страшно. Я подумал, что убил человека.

Хоскинса признали виновным в пяти случаях преследования, покушении на убийство и террористических угрозах. Я был крайне разочарован тем, что ему дали всего пять лет заключения. К счастью, в сентябре начинались съемки «Эвиты», и Мадонне предстояло улететь в Лондон. А значит, на время она оказывалась вне досягаемости.

Мадонна два месяца провела в Лондоне, записывая саундтрек к «Эвите». Она звонила мне оттуда. До отъезда и все время, пока она была в Лондоне, мы много разговаривали об ее отношениях с Карлосом.

Я знал, что она хочет, чтобы эти отношения длились вечно. Она не раз плакала у него на плече, жалуясь на то, что всем от нее что-то нужно. Она хотела, чтобы он понял ее. Когда я узнал, о чем она ему говорит, то сразу понял, что Мадонна просто истосковалась по сочувствию. Впрочем, надо признать, что, несмотря на то, что Мадонна добилась успеха довольно давно, лишь немногим удавалось что-то от нее получить. Увидев в платежной ведомости, что кто-то из сотрудников получает высокое жалованье, она тут же начинала подозревать его в корысти, хотя, скорее всего, назначила это жалованье сама. Даже если человек заслужил повышения, она злилась на то, что кто-то получает от нее слишком много денег. Мадонна постоянно твердила, что все сидят у нее на шее.

Я знал, что она говорила Карлосу о том, что он должен вносить свою лепту в их отношения, в том числе и финансовую.

Я думал, что она не права. У Карлоса не было денег. Он не мог финансировать свои отношения с такой женщиной, как Мадонна. Но сестра не была готова смириться с реальностью. Тем более что она слишком по нему скучала. По ее поведению было понятно, что она страшно не уверена в себе. Ей казалось, что она не сможет жить без Карлоса. Она умоляла его любить ее вечно. До этого времени мы с Мадонной были очень близки, но с появлением в ее жизни Карлоса стали отдаляться друг от друга. Она больше не нуждалась во мне так, как раньше. Я остался ее дизайнером. К счастью, у меня были и свои занятия, так что я особо не грустил.