Чтение онлайн

Наконец прибыл буксир и доставил нас к причалу.

— В следующий раз поведешь ты, — сказала мне Мадонна.

И это был последний раз, когда я видел Джима Олбрайта.

День благодарения и Пасху мы с Мадонной провели в доме в Коконат-Гроув. В течение года Мадонна часто устраивала здесь вечеринки. Ее вечеринки были довольно спокойными. Обычно под конец все собирались в гостиной и начинали играть в какую-нибудь дурацкую игру, которую она предлагала.

Как-то раз в гостиной собрались Дэвид Геффен, Рози О'Доннел, Ингрид, Мадонна, Джон Энос и я. Мадонна предложила поиграть в нечто вроде «верю—не верю». Мы передавали по кругу зажженную спичку. У кого в руках она гасла, тот должен был отвечать на вопрос.

И какие же это были вопросы?

Если бы тебе нужно было бы поцеловать кого-нибудь из присутствующих, кого бы ты выбрал? Кто в комнате самый красивый? Если бы ты мог заняться сексом с кем-то из присутствующих, кого бы ты выбрал?

Ответы были одинаковыми: «Мадонна, Мадонна, Мадонна».

И только я ответил: «Джон Энос».

Мадонна всегда должна была оставаться в центре внимания. Все вопросы были только о ней, все ответы тоже. И все мирились с этим. Она была всему начало и всему конец, альфа и омега всего нашего существования. Мы непрерывно присягали ей на верность.

В Коконат-Гроув Мадонна завела трех собачек, маленьких чихуахуа, — Чикиту, Розиту и Эвиту. Собачек выбирала для нее Ингрид. Но Мадонна не любила ни кошек, ни собак. Она никогда не гуляла с собачками, они были для нее всего лишь живыми аксессуарами. Она позволяла им бегать по всему дому. Хотя они гадили, где угодно, Мадонна не обращала на них внимания.

В апреле 1992 года я узнал, что Мадонна все еще встречается с Джимом Олбрайтом. Джон Энос об этом тоже знал, и такие известия его не радовали. Но он был настолько без ума от моей сестры, что не решился с ней расстаться.

— Он был слишком доступен, — говорила о нем Мадонна. — И слишком традиционен. Хотя в доме от него было много пользы.

Помню один случай, особенно мучительный для Джона. В Страстную пятницу Мадонна устроила себе выходной. Энос предполагал, что проведет этот день с ней, но она сказала, что хочет развлечься в Саут-Бич с Ингрид. Они собирались там пообедать вдвоем. Как раз в это время в Саут-Бич отдыхал Шон Пени вместе с Робин Райт.

Бедный Джон. Ему пришлось мириться не только с тем, что у Мадонны роман с Олбрайтом и весьма близкие отношения с Ингрид, но еще и с ее неугасшей любовью к бывшему мужу, Шону Пенну. Потом настала очередь Гая Озири. Со своим менеджером у нее был долгий флирт.

Разрыв с Джоном был неизбежен. После Мадонны он встречался со многими восхитительными женщинами — Тейлор Дейн, Хайди Флайсс и Трейси Лорде. Это лишний раз доказывает его мужественность.

А в жизни профессиональной нас ожидал неприятный сюрприз. Оливер Крамс, Кевин Сти и Гэбриел Трапин — танцовщики, принимавшие участие в турне «Blond Ambition», — предъявили Мадонне иск за вторжение в личную жизнь, мошенничество и обман, намеренное введение в заблуждение. Эти люди обвинили Мадонну в том, что она в своем фильме «В постели с Мадонной» выставила напоказ их личную жизнь.

Я не испытывал к ним симпатии. Все танцовщики с самого начала знали, что их будут снимать в фильме. Какое бы отвращение я ни испытывал к сцене на кладбище, все они точно знали, в чем им предстоит принять участие. Тем не менее, Мадонна предпочла договориться с ними мирно.

В течение этого года мы с Мадонной были очень близки. Мы оба любили бывать на выступлениях легендарных артистов и общаться с ними. На такие концерты мы часто ходили вместе. 24 февраля 1992 года в Линкольн-центре мы слушали Паваротти. В антракте мы прошли за кулисы, чтобы познакомиться со знаменитым тенором. Он лежал на диване. Его большое тело было накрыто теплыми, влажными полотенцами, что было полезно для голоса. Голова была закутана в другое полотенце. Очень кстати рядом оказался переводчик.

Концерт просто замечательный, — сказала Мадонна.

Это большая честь, — ответил Паваротти.

Grazie.

О, вы итальянка! Разве это не замечательно!

А разве не таким должен быть весь мир? — удивилась Мадонна.

26 августа 1992 года мы с Мадонной и Ингрид пошли на концерт Пегги Ли в клуб «Club 53» в отеле «Хилтон» в Нью-Йорке. Пегги была великолепна, хотя на сцене почти не двигалась. Ей исполнилось уже 72 года, но актрисой она осталась замечательной. На ней был парик, прикрепленный большой бриллиантовой брошью. Казалось, что брошь приколота прямо к ее черепу. Зрелище было странным, но стоило ей запеть «Fever», как мы обо всем забыли. Мадонна использовала эту песню в своем альбоме «Erotica». Когда концерт закончился, Мадонна подарила Пегги большой букет красных роз. А потом великую певицу увезли на инвалидном кресле.

В декабре 1992 года вышел фильм Мадонны «Опасная игра». Я говорил, что это ее лучший фильм, где она показала себя настоящей актрисой. На сей раз я не кривил душой. Впрочем, очень скоро на экранах появилась картина «Тело как улика», и мне снова было за нее стыдно.

Несмотря на катастрофу с этим фильмом, который критики разнесли в пух и прах, Мадонна получила колоссальную компенсацию — финансовую и профессиональную. Она подписала семилетний контракт со студией «Тайм Уорнер» на 60 миллионов долларов. Была создана новая мультимедийная компания. Рецензии на фильм «Их собственная лига» были благоприятными, с чем я был вполне согласен.

Мадонна не была бы Мадонной, если бы не затеяла очередной скандал. На благотворительном показе Готье в пользу Фонда борьбы со СПИДом она выступила в роли модели и вышла на подиум с обнаженной грудью. Впрочем, дело было благим. На показе для фонда удалось собрать 750 тысяч долларов. Я рад, что моя сестра так много делает для своих верных поклонников и помогает в борьбе с болезнью, от которой умерло так много наших друзей.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Какой был бы ужас, если б это оказалось высшей точкой.

Ф.С. Фитцджеральд «По эту сторону рая»

(пер. М. Лорие)

В начале 1993 года Мадонна позвонила и сказала, что собирается в новое турне и предлагает мне поработать с ней. Она подыскивала себе новый дом, в чем ей тоже была нужна моя помощь. Я вылетел в Лос-Анджелес.

Я остановился на Ориол-Вей и пару недель осматривал разные дома вместе с Мадонной. Мы ездили в Бель-Эйр, Паси-фик-Палисейдс, Беверли-Хиллс. Мы никогда не позволяли риелторам забирать нас с Ориол-Вей. Мадонна не выносила риелторов, и они платили ей тем же. Когда дело касалось покупки недвижимости, Мадонна превращалась в очень разборчивую и привередливую покупательницу.

Поэтому она всегда сама приезжала в предлагаемые дома. Мадонне вообще нравится водить машину. Она любит сидеть за рулем. Ездит она довольно быстро и не очень аккуратно. Она не бережет свои машины, за исключением классического белого кабриолета «Мерседес» с салоном из красной кожи. Эту старую модель она водила сначала в Лос-Анджелесе, а потом отправила ее в Коконат-Гроув.

Итак, мы выезжали из дома, чтобы встретиться с риелторами. Каждый раз мы просто подъезжали к домам, но не входили внутрь. Мадонне было достаточно одного взгляда, чтобы понять, что дом ее не интересует. Такое поведение выводило риелторов из себя — Мадонна лишала их шансов впарить ей что бы то ни было.