Чтение онлайн

После десерта отец Такер с извинениями удалился спать, как и родители Грейс с Остинами, дружно твердя, что им пора на боковую, а молодежь пусть непременно гуляет дальше.

— Как насчет партии в бридж? — предложила Пегги, и все согласились.

Сестры Грейс принялись устанавливать испытанные карточные столы, давая ей возможность остаться наедине с Ренье. Он взял ее за руку, и она снова ощутила, как от этого прикосновения по телу побежали искры.

— Надеюсь, завтра у нас найдется время побыть вдвоем, — сказал князь. — Может, устроим пикник? Погода на диво хороша, а я так люблю свежий воздух.

— Превосходная идея! — оценила Грейс. — Будет просто замечательно сбежать от всех на некоторое время. Я соберу все для пикника.

Последующие часы прошли в дружеском соревновании, и Грейс очень радовалась, что Ренье идеально вписался в компанию. Он будто вырос где-то по соседству. Все ввосьмером обменивались туманными шуточками о том, у кого какие карты на руках, а Ренье смешил остальных до упаду историями о крупье и дилерах Монте-Карло — обычных монегасках, которых он считал своими друзьями.

— Боже мой, — сказала Пегги, — ни за что бы не догадалась, что вы выросли во дворце.

Ренье ответил, широко улыбнувшись:

— Вот лучший комплимент, который вы только могли мне сделать. Никогда в жизни не хотел быть неприступным князем.

Эти слова отозвались в душе Грейс. Она улыбнулась: как здорово Ренье ладит с ее сестрами! К часу ночи все старательно скрывали зевоту, и Ренье сказал, что ему пора спать.

— Вызвать вам такси? — спросила Грейс, смутившись, что не подумала об этом раньше.

— Не о чем беспокоиться. Меня ждут на улице.

— Все это время? — ахнула Пегги.

— Мой человек хорошо экипирован, — улыбнулся Ренье;

Грейс бросила взгляд в окно и была потрясена, что до сих пор не заметила большого черного «мерседеса», припаркованного на улице неподалеку от их подъездной дорожки, — слишком уж ее занимало происходящее внутри дома. Силы небесные! Она и вообразить не могла, как нужно экипировать взрослого мужчину, чтобы тот провел в автомобиле целых шесть часов.

— В следующий раз, — сказала она, — пожалуйста, пригласите его в дом. В самом крайнем случае он мог бы посидеть в кухне, где тепло и полно еды.

Ренье с улыбкой ответил:

— Это замечательная идея, — но у Грейс возникло смутное ощущение, что князю по большому счету все равно, где будет находиться его шофер. Однако вечер был слишком хорош, чтобы переживать из-за подобной мелочи.

Брат и сестры снова оставили их наедине, когда Ренье надевал свое мягкое толстое пальто. Обняв Грейс одной рукой за талию, он подошел к ней поближе, и она смогла различить слабый мускусный запах лосьона после бритья. Это был соблазнительный аромат, и Грейс закрыла глаза, вдыхая его и разрешив себе впитывать исходящее от Ренье тепло. Она чувствовала, как внутри растет желание, и не сомневалась, что вот сейчас он поцелует ее в губы, но вместо этого он запечатлел на ее щеке нежный, томительно долгий поцелуй и прошептал прямо в ухо:

— Жду не дождусь, когда же наступит завтра.

На следующий день Грейс чувствовала себя несколько неловко из-за двух мужчин в костюмах и тяжелых зимних пальто, расположившихся на клетчатом одеяле в четырех или пяти ярдах от них с курицей и спагетти в картонных коробках из местного ресторана. Она как раз распаковывала корзинку, которую собрала для них с Ренье, положив туда то, что, как ей показалось, больше всего понравилось ему накануне, и бутылку белого бургундского. Ей пришлось спросить:

— Это те же люди, которые ждали вас вчера вечером?

— Жорж — да. Куда бы я ни шел, при мне всегда должен быть хотя бы один человек, — с тем же равнодушным смирением ответил он. — Вопрос безопасности, вы же понимаете.

— Конечно, — ответила Грейс, чувствуя себя дурочкой из-за того, что раньше не замечала охрану.

— Это странно, но они мне как родственники, и все же я едва замечаю, что они все время со мной. Мы редко разговариваем, хотя я доверяю им свою жизнь.

— Такое положение вещей не кажется вам специфическим?

— Мне трудно ответить, ведь я никогда не жил иначе, — сказал он, а потом, нахмурившись, добавил: — Но многие мои друзья согласились бы с вами. Специфическая жизнь, да.

Грейс чувствовала, что из-за этой специфичности ему приходилось терять друзей, и возлюбленных, конечно, тоже. Ей было известно о его длительных и болезненных отношениях с французской актрисой по имени Жизель Паскаль, но она не хотела ничего о них выведывать, точно так же, как не хотела, чтобы Ренье начал задавать ей вопросы о Джине или Олеге.

— Мне жаль это слышать, — сказала она. — Я сама не всегда жила на виду у публики и могу сказать, что у артистов тоже жизнь специфическая.

И пусть обычные люди клянутся всем на свете, что хотели бы оказаться на месте одного из нас, на самом деле это не так.

«Меня послушать, так я мало чем отличаюсь от Кларка Гейбла. Веду такие же речи пресыщенного и утомленного человека», — печально подумала она. У нее ушло несколько лет на то, чтобы понять: собрат по ремеслу был прав.

— И все же даже в ваших глазах моя жизнь выглядит странно?

Грейс бросило в жар от смущения при мысли, как прозвучал ее недавний вопрос.

— Нет, я имею в виду… — запинаясь и нервничая, проговорила она, но потом все-таки решила, что лучше всего быть честной. — На самом деле да. Меня повсюду сопровождают журналисты, а не телохранители.

— А могли бы вы смириться с присутствием телохранителей в вашей жизни? Если вместе с ними в нее вошли бы всякие другие, хорошие моменты.

Вопрос явно не был праздным. Ясно как день, Ренье просто тщательно выбирал слова, чтобы в случае чего дать ей путь к отступлению. Неужели происходило то, на что так надеялось ее недавно исцелившееся сердце? Она боялась вновь отдать его кому-то, как когда-то Олегу, и, наверное, поэтому в ушах звенело и теснило грудь. Грейс вздохнула и ответила:

— Думаю, да, могла бы. В жизни я много к чему приспосабливалась.

— Несомненно, приспосабливались… — Ренье игриво улыбнулся и закончил: — Но грациозно.

Она хихикнула:

— Ну, Ренье, вы-то точно можете придумать что-то получше!

Эта шутка, напомнившая об их переписке, разрядила обстановку. Они пили вино с пряностями из термоса, ели печенье, смеялись и разговаривали, и так прошел час.

— Я очень рад снова встретиться с вами, Грейс Келли, — сказал Ренье и так внимательно посмотрел ей в лицо, что она смутилась и перевела взгляд на то, что осталось от угощения.