Чтение онлайн

ВОЙНА КАК ВИДЕОИГРА

Военные с умом воспользовались продукцией индустрии видеоигр — в частности, достижениями в области интерфейсов и контроллеров-манипуляторов. Создатели консолей ХЬох и PlayStation затратили многие миллионы долларов на разработку систем управления, которые идеально подходят для человеческих рук. Неудивительно, что военные тоже стали использовать эти устройства, заодно бесплатно получив в свои кадры целое поколение молодых людей, которые уже натренированы в использовании таких систем.

Но здесь имеется еще один существенный аспект — специфическая ментальность, формирующаяся у людей при использовании подобных систем. Один из американских военных операторов, управляющих дро-нами Predator, описал, каковы ощущения при уничтожении противника, находящегося за многие тысячи километров. Он сказал, что «это словно видеоигра». Если задуматься, это очень странное, но и очень показательное сравнение для опыта реального убийства людей, а также яркий при-

мер того, как технологии меняют восприятие чрезвычайно важных вещей в сознании целого поколения.

Обозначилась фундаментальная разница в сравнении с пилотом бомбардировщика Второй мировой войны или даже с пилотом бомбардировщика сегодняшнего. Компьютеры и дальняя связь не только полностью лишают человека ощущения аморальности его действий, но и вообще боли, сопутствующей войне, — как физической, так и психологической. Ведь «боевой» опыт пилота нынешних дронов выглядит примерно так. Утром он прыгает в свою Тойоту, едет на службу, садится за компьютер, пачками убивает врагов где-то там за океаном, опять прыгает в авто и едет домой. Через полчаса после «хождения на войну» он уже дома и за кухонным столом обсуждает с ребенком школьное домашнее задание. То есть понятие о том, что означает «идти на войну», изменилось в корне, а ценность жизни людей стала примерно такой же, как у монстров в видеоигре.

По МАТЕРИАЛАМ ИНТЕРВЬЮ П.СиНГЕРА

СВОЯ ИГРА

оружие XXI века

Преподобный Михаил Ваннах LEBENSRAUM ЦИФРОВОГО ВЕКА

О «русском фашизме», начиная с времен перестройки и гласности, слышал весь мир (конечно, фашизм вызревает в либеральном гражданском обществе, к которому Россия иммунна, но у нас иные тараканы). А вот о том, что доктрина жизненного пространства, основа основ нацизма, открыто декларируется на госуровне одной совсем не мелкой державой, почему-то упорно умалчивает и либеральная, и казенная пресса.

В январе китайское правительство обнародовало «Белую книгу об обороне КНР в 2008 году». Это уже шестой подобный документ, увидевший свет с 1998 года. И его тридцать тысяч иероглифов заставляют о многом задуматься даже тех, кто иероглифы читать не умеет. Когда-то Карл фон Клаузевиц (подполковником русской службы сражавшийся с Наполеоном под Смоленском и Бородиным) определил войну как продолжение политики иными, насильственными, средствами. Сегодня, похоже, мы, в соответствии с новомодной наукой синергией, встречаемся с тем, что высокотехнологические возможности войны начинают уже определять политику. В Белой книге отмечается, что «Китай, отстаивая первенство государственного суверенитета, безопасности, территориальной целостности, развития страны и интересов китайско-

го народа , стремится к формированию несокрушимой оборонной мощи и строительству могучей армии и к одновременному созданию богатого государства и сильных вооруженных сил в процессе всестороннего построения среднеза-житочного общества"1. Ну что же, пока все очень мило. Да и то, что «существуют шансы избежать полномасштабной войны глобального характера в сравнительно долгосрочной перспективе, поскольку в настоящее время наблюдается увеличение факторов, которые благоприятны для защиты мира и сдерживания войны», звучит вполне оптимистично. Ну а то, что «существует много трудностей и вызовов для поддержания мира и развития на нашей планете. Обостряется борьба за стратегические ресурсы, стратегические районы и доминирующую роль в проблемах стратегического значения. По-прежнему существуют

идеи гегемонизма и силовой политики. Увеличивается количество горячих точек, одно за другим вспыхивают локальные конфликты и войны. Усиливается влияние финансового кризиса, вызванного ипотечным кризисом в США, обостряются проблемы энергоресурсов, продовольствия, терроризма, окружающей среды, климата, эпидемий,транснациональной преступности и пиратства» — кто ж с этим не согласится…

Только вот официоз Народно-Освободительной Армии Китая (НОАК), газета «Цзефанцзюнь бао» еще 3 апреля 1988 года, говоря о концепции «стратегических границ жизненного пространства», с солдатской прямотой обозначила ее как: «Эффективный контроль, осуществляемый в течение продолжительного времени над стратегическим районом, который осуществляется за пределами географических границ, в конечном счете приведет к переносу географических границ»2.

Сопоставить оба высказывания нетрудно — потребность полуторамиллиардного населения КНР в ресурсах, необходимых для «среднезажи-точной» жизни, вполне может привести к процессам, в ходе которых будут передвинуты географические (на самом деле, конечно, государственные — горы и реки-то останутся на своих местах) границы. Ничего

1 russian.people.com.cn/31857/96323/ index.html.

2 nvo.ng.ru/concepts/2008-02-22/ 2_ugroza.html.

личного — просто народу нужны ресурсы, и их перспективная доступность может дать новый толчок экономическому развитию…

И тут данные «Белых книг…» предстают перед нами в совсем ином свете. Взять, скажем, бюджет НОАК. На 2009 год он оценивается в $70,2 млрд. Не так уж много, если сравнить с американским, да и в процентах от ВВП КНР всего лишь 1,7%. Но давайте вспомним о мизерной зарплате и редкостной прилежности китайцев. Такого бюджета вполне хватает на содержание вооруженных сил численностью 2,25 млн. бойцов. Раньше бывало больше, но теперь упор делается на качественные параметры, и они впечатляют.

НОАК располагает стратегическими ядерными силами, и несколько лет назад, во время очередного этапа разборок с

янки по поводу Тайваня, из уст декана факультета оборонных исследований Университета национальной обороны НОАК генерал-майора Чжу Чэнху прозвучала угроза ядерного удара по территории США.3 В сугубо сослагательном наклонении, но прозвучала. И, кстати, была очень интересно мотивирована — тем, что Китай уступает Америке по обычным (то есть самым высокотехнологическим) вооружениям, а ввязываться с янки в гонку — значит разорить себя и разделить участь СССР.

Тем не менее консервировать отставание НОАК не собирается. И компенсирует его двояко. Так, еще в «Белой книге 2004 года» главной темой была информатизация НОАК. «Спецификой войн 21-го века станет информатизационная война, в этой связи необходима информатизация нашей армии», - говорил тогда во-

енный эксперт Фу Яньсун. А части хакеров в НОАК были созданы еще в 2000 году («КТ» не раз писала о скандалах в США, связанных с деятельностью китайских сетевиков).

То есть можно предположить, что, осознавая свою слабость в ИТ по сравнению с янки, китайские военные намерены в случае конфликта вести

кибервойну асимметрично — хакерскими атаками на объекты инфраструктуры, огневыми и диверсионными атаками на информатизированные штабы (представим себе разборку между оператором дрона, отвлеченным от экрана и манипулятора, с отличником боевой и политической подготовки Шаолиня), действиями пятой колонны. Такой способ боевых действий описали еще в 1999 году два старших полковника (sic!) НОАК — Цао Лиан и Ван Ксиансу в книге «Неограниченная война»4.