Зимние чары Эллис
Шрифт:
Эллис, не любившая, когда ее трогают без разрешения, нахмурила черные брови и отодвинулась. Только Фирчу было позволено сидеть на ее плече в любое время. Фамильяр-то и напомнил, кто эта девушка.
— Это та самая, которая просила некоего Ника Томсона проклясть… Просто к тебе она обычно приходит в шаль закутанная или в шляпке с вуалью. Наверняка сглаза какого боится.
— Госпожа Фостер? — наконец-то признала ее без вуали Эллис и соизволила улыбнуться. — Как ваши дела? Уже вернулись от мамы?
— О, дела у меня безупречны! И все благодаря вам, госпожа ведьма! Спасибо, что в этот раз не помогли!
У Сабри, которая стояла рядом и с любопытством прислушивалась к разговору, вырвался истеричный смешок. А ворон изумленно каркнул и тем самым привлек внимание всей очереди.
— Простите? — холодно осведомилась Эллис и поджала губы. Еще никто никогда не заявлял ей, что ее колдовство не сработало. И тем более не благодарил за это так радостно. Да за одну эту беспечную улыбку проклясть можно… Нет, сколько бы она ни убеждала себя, что устала от черных дел, но темную натуру так просто не изменишь.
— Ну, я говорю, что чары ваши не подействовали! Я только уехала, оставив на прощание записку, в которой сообщила, что разрываю помолвку, как Ник сразу же помчался за мной! Он развеял все мои сомнения! Я все не так поняла! На самом деле Ник мне не изменял. Он милый, хороший и… в общем, приглашаю вас на свою свадьбу. Боги, как я счастлива, что вы не помогли! Спасибо, спасибо вам огро…
— Стоп! — Эллис, почувствовав дрожь в коленях, оперлась на молчавшую сестру. — Если вы еще раз это скажете, то я за себя не ручаюсь.
— Спокойно, ведьма, держи себя в руках, — закаркал Фирч. — Нельзя проклинать людей просто так средь бела дня. Даже если они сами нарываются.
— Вы о чем? — беспечно захлопала ресницами госпожа Фостер, не подозревающая, что находится в шаге от того, чтобы быть вечно проклятой заклинанием немоты. — Нет, вы не подумайте, я не сомневаюсь в ваших способностях. Я ведь вам сразу записку отправила…
— Записку? — слабым голосом переспросила Эллис. — Фирч, о чем она?
— Да, записку! — по-прежнему щебетала девушка. — В ней сообщалось, что я отменяю свою просьбу и прошу оставить вам в качестве компенсации всю оплату. Поэтому и благодарю!
Эллис молчала, пытаясь разложить все по полочкам. Значит, госпожа Фостер простила своего жениха и отменила заказ, отправив ей записку. Но никакой записки Эллис не получила, что, впрочем, не редкость (почтальоны часто боятся к заходить в дом семейки ведьм и оставляют письма в ящике, а у того крышка сломана… ), и проклятие все-таки свершилось. Только вот, судя по тому, как счастлива эта пташка, у нее с проклятым Ником Томсоном все отлично, а из этого следует…
— У тебя пропал дар или ты прокляла кого-то не того? — мрачно поинтересовалась сестра, понизив голос до шепота.
— Мм, простите, госпожа Фостер, а Ник Томсон — единственный человек, проживающий по тому адресу? — осторожно поинтересовалась Эллис, стараясь не поддаваться панике.
— Вы про улицу Туманов? — удивилась девушка. — Да, конечно. Вообще, это дом его брата. О, кстати, его тоже зовут Ник Томсон. Совсем про это забыла! Да, они оба Ники, только полные имена по-разному звучат.
— Кто называет братьев одинаковыми именами, — недовольно пробурчал Фирч. — Эллис, скажи ей, что ее будущие родственники малость того…
— Там какая-то странная история с их именами, — как ни в чем не бывало, делилась с ними историей госпожа Фостер. — Братья двоюродные. Их отцы все время соперничали между собой: кто вперед женится, кому работа лучше подвернется. В общем, сыновья родились у них практически в один день, и отцы чуть не подрались, решив назвать их одинаково. В итоге в дело влезли бабушки и дедушки и братья уступили. Одного назвали Николасом, а второго Никкери.
Сабри издала еще один истеричный смешок, явно пытаясь удержаться, чтобы не расхохотаться в полный голос, а вот Фирч не смог. За что и был безжалостно скинут с плеча мрачной ведьмой, которой было совсем не до смеха. У нее карьера на глазах рушилась, а они ржут…
— Чего это с вашей птичкой? — удивилась девушка, покосившись на ворона.
— Не обращайте внимания, — отмахнулась Эллис. Ее сейчас интересовало только одно: — Госпожа Фостер, последний вопрос. А какое имя принадлежит вашему жениху? Николас или все-таки Никкери?
— О, так вы даже не успели прочитать? — улыбнулась госпожа Фостер. — Никкери, конечно. Все-таки оригинальное, скажите? Правда, его всё равно называют коротко — Ник. Как и его брата… Они еще и живут в одном доме. В общем, весело. А вы за платьем пришли? Хотите, уступлю вам свою очередь? Я все равно набрала нарядов, а что-то мерить расхотелось. Я вон за той полной дамой в розовом. Боги, ну что за ужасный цвет…
Девушка все говорила и говорила, а за большими прозрачными витринами было видно, как на улице начинается буря. Снежинки били в стекло, словно пытались прорваться внутрь, и с каждой минутой становилось темнее, будто сам вечер спешил настигнуть Камелию раньше времени.
Где-то в особняке Ларсон бабушка Агнесса и ведьма Ровена переглянулись, нахмурились и потянулись за артефактами, желая связаться со своими дочерями. Каждая знала, что если погода внезапно портилась, значит, где-то неподалеку черная ведьма пришла в ярость. Предчувствие беды зависло в воздухе, словно гирлянда, осталось только зажечь…
— Идем домой, Эллис, — прошипела Сабри, пытаясь утянуть за собой сестру. — Мы во всем разберемся.
— Да, Эллис, не переживай раньше времени, — прокаркал ворон. — Подумаешь, прокляла не того, снимешь.
И Эллис молча дала себя увести и все хмурилась, хмурилась. Конечно, не она первая, не она последняя. Каждая черная ведьма хоть раз да проклинала не того. Главное, вовремя снять свои чары. Только вот почему ей кажется, что все будет далеко не просто?
ГЛАВА 3. Осторожно: злая ведьма!
Эллис долго собиралась с духом, чтобы постучать в резную дубовую дверь, ручка которой была выполнена в форме львиной головы. Одна только эта ручка ее ужасно раздражала, не говоря уже о хозяине дома. Она его еще даже не видела, но почему-то заранее чувствовала, что он ей совершенно не понравится. И вообще, о чем только думал отец этого парня? Зачем нужно было называть своего сына так же, как и племянника? И пусть имена вроде как разные, но обоих их зовут коротко и просто — Ник! Как будто других проблем мало.