Чтение онлайн

Они были в небольшом, но вовсе не тесном холле, уютным, с зелеными обоями в бежевый орнамент, с лестницей темного дерева, уводящей наверх и красивыми ажурными дверями, с разноцветными витражными стеклышками. По последней моде интерьер — видно, переехав, молодой граф здесь все отремонтировал и переделал. Кое-где уже виднелись знаки приближающегося Нового года: зеркало украшали еловые лапки, перевитые алой лентой, и с лампы на потолке свисал круглый пучок остролиста.

— Как вы себя чувствуете, мисс Гринмарк? — немедля спросил граф, когда Эрика открыла глаза. Заботливый тон по-прежнему был при нем. А Эрика по-прежнему была по уши замотана в тулуп и плед. И так вот он ее к лестнице и понес, не раскутывая и не спуская с рук.

— Сонно, — честно ответила Эрика и задумчиво уставилась на нос графа. Стоит ли укусить или подождать более безопасного момента, когда он не уронит ее случайно? Она все же рассчитывала напоследок повеселиться, а не лежать с травмами в кровати.

— Слишком быстро доехали, не успели выспаться, — сочувственно ответил он и улыбнулся. — Извините, слишком спешил вас довезти… Но я все же буду настаивать, чтобы вы выпили чаю после поездки по морозу. А потом, если совсем сильно устали, сможете спать спокойно.

Притворялся он отменно хорошо, так что можно было принять за чистую монету. И даже всякие вредные ответы в голову Эрике не шли, когда он вот так прикидывался милым.

— Если бы мы ехали слишком долго, сон бы мог перерасти в вечный, и это было бы совсем не забавно, — про то, что она собирается веселиться за счет коварного графа Эрика предупреждать его не собиралась. Да и вообще пока не придумала как именно. Кажется, ей не хватало опыта в хулиганских проделках.

— Не уж, я вам даже заболеть не дам! — очень серьезно ответил граф. Они поднялись на третий этаж и оказались в небольшом полукруглом холле, от которого в две стороны расходились коридоры, а прямо перед ними красовались такие же ажурные двери, как внизу, только с другим орнаментом. — Поэтому сейчас мы будем пить горячий чай с травами. И с вареньем или медом, по вашему желанию, — изображая гостеприимного хозяина, сообщил граф и свернул в левый коридор, где распахнул первую же попавшуюся им на пути дверь — и они очутились в небольшой гостиной, оформленной в серо-голубых тонах, где горел камин, уставленный новогодними игрушками: фигурками оленей, детей на санках, новогоднего духа с мешком подарков, из дерева и ваты.

Граф отнес Эрику к дивану, усадил на него и сам сел рядом, а потом наконец снял с нее лохматую овчинную шапку и принялся разворачивать тулуп и плед.

— Соседей навещать вы никак не собирались, а дом весьма обжили, — отметила Эрика.

Разумеется, упрекать его в пренебрежении к правилам приличия не имело смысла, чихать он на них хотел. И все же теперь она совсем явно видела: то, что граф, приехав, отговаривался от приличных визитов болезнями, было ложью. Когда болеешь — не до ремонтов и новогодних игрушек. Хочется лежать в покое, а не чтобы вокруг бегали слуги и работники, задавая вопросы, что им делать и постоянно создавая массу шума.

Он улыбнулся, весьма лукавой улыбкой, и качнул головой, хмыкнув.

— Я же говорю: вы весьма умны, мисс Гринмарк. И наблюдательны. Да, сознаюсь вам честно: я всем врал про свое дурное самочувствие, потому что предпочитал проводить время в одиночестве. И посвящать его приведению дома в порядок, а не бесчисленным поездкам по местным аристократам.

Раскутав, наконец, Эрику, он легко повел пальцами, и путы с ее рук соскользнули, упав на колени. Ровно в этот момент дверь гостиной распахнулась, и в нее вплыла горничная, или экономка, в беленьком чепце и переднике, с подносом в руках, на котором стоял чайный сервиз, голубой в незабудках, весьма подходящий к интерьеру.

— Благодарю, Мидж. Просто оставь нам поднос, я сервирую сам, — обернувшись к ней, сказал граф, и она кивнула, поставила поднос, сделала легкий книксен и вышла. Вид у нее остался совершенно невозмутимый, будто в присутствии тут Эрики и во всем происходящем вовсе не было ничего особенного. — Но сперва дайте я ваши руки посмотрю. Вы долго были связаны. Не сильно затекли? Пошевелите пальцами! — Едва за горничной закрылась дверь, граф взял Эрику за запястья и принялся мягко растирать их.

Все-таки он был возмутительный наглец! Эрика отпрыгнула и, схватив с дивана шапку, швырнула ее в графа и она попала ему в грудь.

— Не трогайте меня, вы наглец! Вы что, правда думаете, будто я вам это позволю? — закричала она

Схватив тулуп Эрика его немедля уронила: тот был тяжеловат. Но зато под ним обнаружились диванные подушки и она с радостным возгласом принять швырять их в своего наглого пленителя. И это правда было весело.

— Буйная девица! — воскликнул граф, увернувшись от очередной подушки, летящей прямо ему в голову, и вскочил на ноги. Голос его звучал отчего-то довольно, и чуть ли не восхищенно. Он слегка задел край стола, и посуда легонько звякнула, а потом еще раз, когда граф метнулся в сторону от следующей брошенной подушки. — Я ничего непозволительного не сделал! Пока еще! Но руки у вас в порядке, я уже вижу! Держат крепко и кидают метко!

— Делали! Вы меня схватили и сюда увезли! — Эрика метнула еще подушку, — И нагло целовали!

На это ушла последняя подушка, и она метнулась к камину. Пусть игрушки и мелочь, но все равно она ими пошвыряется!

— Конечно, целовал! Вы же самая очаровательная девица в Логрии! — самоуверенно ответил граф и махнул рукой, после чего все подушки взвились в воздух и улеглись обратно на диван. А потом продолжил делать наглые заявления: — И это не повод мешать мне заботиться о вашем здоровье. Я вас схватил и сюда увез, чтобы о нем как следует позаботиться!

Магом он все же был потрясающим, Эрика ему позавидовала. Сама она оказалась какой-то практически бесталанной и ее перестали мучить, поняв, что ее дар слаб, так что магии не учили. А он так легко управлялся с предметами! Впрочем, восхищение не мешало ей возмущаться.

— Ничего себе забота — связать и украсть! — Эрика кинула в него оленя. А следом — духа с мешком. С последним вышло неловко: он не долетел и, упав прямо в чашку, разбил ее. Эрика расстроилась: она бы предпочла поставить лишний синяк графу, а не чашки бить.

— Добровольно вы о себе позаботиться не даете! — возразил он, а потом перемахнул через чайный столик, в одно движение, ничего на нем не разбив и даже не задев. А следующим движением оказался прямо возле нее, стремительно, так что Эрика отреагировать не успела. Одной рукой обхватил за талию, а другой — сжал оба ее запястья. Крепко, вырваться из такого захвата было трудно. — Вырываетесь, убегаете, швыряетесь предметами и бьете посуду! Это уж вовсе безобразие! И пора вас наказать за такое поведение, мисс Гринмарк.

Тут он махнул головой, и с одной из оконных портьер слетел нежно-голубой бархатный подхват, чтобы, проплыв по воздуху в их сторону, снова связать Эрике запястья. После чего бесцеремонный граф подхватил ее на руки и понес из гостиной прочь.

— И чай придется отложить, из-за вашего поведения! Но ничего, я вас по-другому согрею, — пообещал он с пугающим воодушевлением.

Тут Эрика испугалась. Зря он ее хвалил за ум, она совершенно не подумала о последствиях своего поведения, и теперь не представала, что такое граф собирается с ней учинить. Она совсем не знала его нрава и характера.