Злодейка, перевернувшая песочные часы
Шрифт:
– О каком?
– Я имею в виду мех. Я слышал, что леди Миэлль предсказала то, что он войдет в моду.
Миэлль? Рука Арьи, сжимающая часы на цепочке, дрогнула. Это не она, а Арья дала этот совет графу. За это она получила подарок на день рождения и шкатулку с драгоценностями! Как вся слава могла достаться Миэлль?
На мгновение Арья потеряла дар речи. Да, она не была родной дочерью графа, но лгать и лишать ее достижений – это было уже слишком. Девушка наконец пришла в себя, когда услышала, как Сара позвала ее по имени.
– Значит, отец сказал… Что это Миэлль дала ему совет по поводу меха?
Лейн нахмурился из-за выражения лица и тона голоса Арьи. Он словно пытался понять, не ошибся ли он где-то, не перепутал ли что-то. Он ненадолго задумался, прежде чем ответить, а затем повернулся к девушке как ни в чем не бывало.
– Да, мне кажется так. Мы как раз говорили о леди Миэлль, и речь зашла об этом. Я сказал что-то не то?
Арья ему не поверила, но решила, что может заставить его признаться, если постарается. Значит, вот оно что… Почему-то глаза Арьи стали горячими, но не так, будто она вот-вот заплачет. Казалось, что у нее начался жар.
Медленно моргнув, она перевела взгляд на карманные часы. Заметив, что стрелка уже почти приблизилась к верхней отметке, девушка достала из шкатулки песочные часы.
– Да, кое-что не так. Это я посоветовала отцу заняться мехом.
– Что?
– Это я дала ему совет заняться мехом. Идеи Миэлль бесполезны, глупы и ничего не стоят. Такие советы может дать первый встречный. Отец никогда не использовал их в своем деле.
– Что вы такое…
– Я говорю, что Миэлль – бездарная дура, которая рискнула отобрать заслуги у настоящей злодейки.
– Арья?! – Сара, сидевшая рядом, была шокирована истинным обликом девушки.
Лейн тоже в удивлении раскрыл глаза, но ничего не сказал. Глядя на них, Арья без промедлений перевернула песочные часы. Их испуганные лица тут же сменились расслабленными, и в следующую секунду они уже снова спокойно пили чай.
И так заслуги Арьи снова вернулись в лапы Миэлль.
«Может, не стоило переворачивать часы?» – на мгновение задумалась она.
Нет, так было нельзя. Хоть граф и выдавал заслуги Арьи за заслуги Миэлль, он все еще был главой семьи и хозяином дома. Скажи она какую-нибудь глупость, и наживет сильного врага.
Но один вопрос все же возник. Помогут ли самой Арье эти советы, которые она дала графу? Она может получить немного признания и ласки, но если все заслуги будут приписывать Миэлль, то никакой роли в жизни самой девушки это не сыграет.
«Быть может, мне достаточно просто притворяться скромницей».
Становилось ясно, что от нее и так не ожидали слишком многого и она просто могла сидеть неподвижно, подобно красивой, но пустой кукле. Сердце Арьи учащенно забилось – она чувствовала себя преданной. Поворот песочных часов отобрал у нее много сил.
Чуть позже как ни в чем не бывало в тихой гостиной появилась Миэлль, одетая в одно из своих лучших платьев. Арья молча слушала их разговор, гадая, зачем она так разоделась, если даже не собирается никуда выходить, и выяснила, что этот наряд был подарком от того самого неизвестного господина, которому служил Лейн.
– Я прошу прощения, что заставила вас ждать так долго.
– Нет, это моя вина, что я пришел без предупреждения. Вам очень идет это платье.
– Спасибо. У меня так много красивых вещей. Я долго выбирала, что надеть.
– Уверен, что вы будете великолепно выглядеть в любом наряде.
– Вы меня смущаете. – Миэлль покраснела.
Арья усмехнулась от этого представления – она видела его много раз. Черный чай с медом вдруг показался ей слишком горьким. Девушка съела кусочек сырного канапе, чтобы избавиться от этого горького привкуса.
– Сегодня вы привезли мне столько подарков! Даже не знаю, как вас благодарить.
– Не стоит. Господин хотел вас порадовать.
Понимала ли Миэлль, что одежда, в которую она была одета, украшения, которые она носила, ей не принадлежали? А если поймет, сможет ли сохранить такое милое личико?
«Как я сейчас».
И еще кое-что. Арье было интересно, что бы сделал этот господин, если бы узнал, что именно она, эта злобная девица, помогла графу в его делах. Стал бы он и дальше ухаживать за Миэлль? Сделал бы вид, что ничего не знает? Сложно было представить, что он примется осыпать подарками Арью.
Миэлль долго беседовала с Лейном, прежде чем бросила взгляд на Сару. Глаза ее расширились так, будто бы девушка внезапно появилась там из воздуха.
– А вы, случайно, не наставница Арьи?
– Да, здравствуйте. Меня зовут Сара Лорен.
– Приятно познакомиться, леди Лорен.
Приветствие Миэлль было вежливым и аккуратным, но в ее тоне слышался намек на презрение к Саре. Хуже всего, что она даже не потрудилась назвать своего имени. Это потому, что Сара была дочерью мелкого виконта? Или потому, что она не была писаной красавицей? Или потому, что была гувернанткой злодейки Арьи? Сложно было определить, что именно – скорее всего, верным было все вышеперечисленное.
– Мне тоже очень приятно. – Сара была удивлена отношением Миэлль, но не показала этого. Более того, она стала еще более осторожной в своем поведении, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания.
Миэлль тихонько рассмеялась.
– Значит, это вы учите нашу Арью правильно вести себя в обществе? Как ей повезло с гувернанткой!
– Вы мне льстите…
Кому еще придется завоевывать чье признание. Миэлль даже не догадывалась, что очень скоро Сара станет женой маркиза. И маркиз Винсент, в отличие от ухажера сестры, которого вынудили к помолвке, будет пылко любить свою жену.
Возможно, она даже тогда не изменит своего отношения. Она уже мнила себя женой наследника дома Фредериков. Хотя злодейка, знающая будущее, никогда не позволит этому случиться.
Ее план уже был наполовину выполнен. Как холодно Оскар смотрел на Миэлль и как пылко – на Арью… Этот взгляд сложно было забыть.
«Бедняжка Миэлль! Так и умрешь жалкой смертью, забытая всеми. Я позабочусь, чтобы вокруг тебя никого не осталось. Мы вместе со всеми твоими близкими будем наслаждаться твоей агонией».
Чай снова стал казаться Арье сладким, и она сделала еще один глоток.
– А что вы обычно изучаете? – спросил Лейн у Миэлль.
– Обычно? Хм… Читаю книги из отцовской библиотеки или беседую с учителями.