Чтение онлайн

– Гм... Интересная картина, - задумчиво произносит Кузьмич и смотрит поверх очков на нас с Игорем.
– Что скажете, милые мои?

Меня почему-то начинает разбирать смех.

– Значит, конференция продолжалась три дня, Федор Кузьмич, - говорю. Ну если день приезда и день отъезда за один считать, как положено, то два дня на заседания ушли. Повестка дня большая и докладчиков много...

– Ты не очень-то веселись, - с неожиданной серьезностью обрывает меня Кузьмич и спрашивает у Вали: - Кто еще не приехал на место назначения?

– Галина Кочерга, - вставляю я.
– Ручаюсь.

– Не угадал, - качает головой Валя.
– Не приехал еще из Куйбышева в Астрахань врач городской поликлиники Олег Иванович Клячко.

– Отец-то его в самом деле там умер?
– с интересом спрашивает Игорь.

Кажется, наш стремительный бросок в Пензу и обратно неплохо на него подействовал. Игорь заметно встряхнулся и начал проявлять интерес к окружающему миру и, в частности, к нашим делам.

– А ты как думал?
– усмехаюсь я.
– По-твоему, притворился старик, что ли?

– Есть ли он там вообще, - сварливо возражает Игорь.
– Вот с чего бы я начал.

– Завтра доложу, - обещает Валя и делает аккуратную пометочку в своей таблице.

– Тогда надо проверить и остальных, - говорю я и, придвинув к себе таблицу, перечисляю: - И Сокольского Ореста Антоновича из Ленинграда, заместителя директора промторга, который выехал... куда же он выехал?.. Ага! Вот. В Харьков, в командировку. Дальше. Палатова Леонида Васильевича из Ростова, заместителя начальника отдела капитального строительства завода. Он тоже якобы в командировку отправился, в Свердловск. Интересно, каким числом им прибытие туда отметят? Ну и вот Галина Кочерга поехала к больной матери в Краснодар. Тогда надо и это выяснить. Больна ли матушка, к примеру.

– Ну и что?
– упрямо говорит Игорь.
– Раз надо, так надо. Трудно это?

Валя не спорит, он лишь делает пометки в своей таблице, вернее, он прибавляет в ней еще одну графу. Предыдущая у него гласит: "Куда выехал 28 октября?", а новую Валя обозначает: "Проверка причины выезда". Между прочим, это уже одиннадцатая по счету графа. Валина таблица становится уникальной и бесценной. Без нее мы бы давно запутались, честное слово. Из вертикальных граф пока целиком пусты две: "Данные местного отд. мил." на всех пятерых лиц, указанных в таблице, и новая графа "Проверка причины выезда". А вот из горизонтальных строчек лишь одна заполнена меньше чем наполовину, та, где в графе "Место жительства" стоит "Пунеж". Здесь зияют пустотой и важнейшие графы "Ф.И.О.", и "должность", а также "Куда выехал 28 окт.". Да, Пунежем еще предстоит заняться особо.

И, словно прочтя мои мысли, Кузьмич с ударением произносит:

– Еще про Пунеж не забудьте. С кем там этот Зурих говорил полторы минуты, интересно знать.

– Срочный разговор, - добавляет Валя.
– С вызовом на переговоры. И среди дня. А все остальные разговоры состоялись вечером, по личным телефонам.

– Можно туда скатать, в этот Пунеж, - предлагаю я.

– Ты пока проверь тот телефончик, - говорит Кузьмич.
– Завтра же с утра проверь. А ты, - поворачивается он к Игорю, - продумай вопрос с этим Пунежем. Вот так. Ну и хватит на сегодня.

Светка встречает меня неожиданно холодно, даже, я бы сказал, сердито. Она почему-то вовсе не кидается мне на шею. И никакой радости в ее глазах, как мне кажется, нет. Сдержанно подставив мне щеку для поцелуя, она говорит, пока я снимаю пальто:

– Как быстро ты вернулся. Ну проходи.

– Светка, - говорю я с беспокойством, - ты почему такая странная? И совсем мне не рада. Что случилось?

Я же знаю, долго дуться и отмалчиваться Светка не может, ей непременно нужна ясность во всем, все точки над "и" должны быть немедленно расставлены.

– Ты нехорошо поступаешь, - говорит Светка.
– Некрасиво.

Она кутается в яркий синий мохеровый шарф, который ей ужасно идет, и забирается с ногами на тахту, подальше от меня.

Ее слова для меня полнейшая неожиданность.

– Некрасиво поступаю?
– удивленно переспрашиваю я, опускаясь на краешек тахты.

– Да, некрасиво. Когда ты вчера уехал, Алла мне все рассказала. Ну как ты мог?

– Что же она тебе такое рассказала?

Я невольно улыбаюсь. Мне уж ясно, что это какая-то чепуха, что Алла что-то просто выдумала, ее распаленное воображение вечно рисует самые несуразные картины.

Но Светка даже розовеет от возмущения, и глаза ее становятся совсем уже сердитыми.

– Не смейся, пожалуйста, - резко говорит она.
– Это вовсе не смешно. Оказывается, у Игоря кто-то есть, какая-то женщина? Которую зовут Лена? И это ты их познакомил? Как тебе не стыдно.

– Ну это уж неправда, - смущенно возражаю я.

Смущение мое объясняется тем, что ту девушку действительно зовут Лена и я ее знаю. Все остальное, конечно, Алка выдумала. Непонятно только, откуда она узнала про Лену, ведь Игорь ей ничего не говорил.

– Что именно неправда?
– сердито уточняет Светка.

– Что я их познакомил.

– А остальное?

– Остальное правда, Светка.

– Почему же ты мне ничего не рассказывал?

– Потому что сам Игорь рассказал мне об этом только вчера, когда мы летели в самолете.

– Неправда! Ты знал это давно.

– Раньше я только догадывался.

– Почему же ты не рассказал мне о своих догадках?

– Потому что это несерьезно.

– Нет, Витик, это очень серьезно, - Светка хмурится и качает головой. Разрушить семью легко, а вот сохранить... Тут и должен помочь настоящий друг. И потом я думаю, что та женщина поступает нечестно. Она ведь знает, что у Игоря семья, ребенок. Как же можно?

– Я не знаю, как это можно, - тоже хмуро отвечаю я.
– Я знаю только, что нельзя в такие дела вмешиваться, пока тебя не попросят.

– Вот Алла меня и попросила.

– Что она попросила?

– Поговорить с тобой. Чтобы ты повлиял. Ты же самый близкий его друг.

– Светка, это же смешно.

– Смешно?
– И на глазах у Светки неожиданно наворачиваются слезы.
– А Димку оставлять без отца тоже смешно?
– И еле слышно добавляет: - Я знаю, как без отца...

Тут я не выдерживаю, придвигаюсь к Светке и молча обнимаю ее. Она на секунду замирает, потом отталкивает меня.

– Димка не спит по ночам, - говорит она, и губы ее дрожат. Просыпается, вскрикивает, зовет отца. Это ты знаешь?

– Да. Игорь мне об этом сказал. Ночью. В гостинице. Он тоже не спал.

– Вот видишь.

– Но тут виновата Алла. Она все время внушает Димке: "Твой папа плохой, он нас бросает, попроси папу остаться". Ну не дура, скажи?

Я не могу скрыть свое раздражение.

– У нее пропала гордость, - огорченно отвечает Светка.
– Она слишком любит Игоря. Разве можно ее за это обвинять? Она его любит, пойми!