Чтение онлайн

– Ну, когда же мы уже прибудем? –беспокоился Красибор, - ты точно знаешь, куда нам следует плыть?

– Я чувствую это. Меня не проведёшь, Красибор. Мы уже совсем близко.

И вот, наконец, Будислав отдал, пожалуй, сам абсурдный приказ в своей жизни:

– Привяжите меня и себя к лодке, так, чтобы никто не уплыл, когда мы пойдём ко дну.

– Шутишь, вождь?
– улыбнулся Красибор.

– Нет, это не шутка. Живо, выполняйте.

– Ты сошёл с ума, хочешь обречь нас на вечные муки?

Но в ответ Будислав схватил Красибора за горло и принялся душить. Упырь изо всех сил сопротивлялся, но хватка вождя была крепка, как никогда. И вскоре вурдалак лишился чувств, а, может, и вовсе скончался.

– Выполняйте! – приказал Будислав, и лицо его было полно ярости. И упыри решили не спорить, ведь, в конце концов, этот приказ распространялся и на их вождя. Они привязали его, Красибора и друг друга. И всё же, нашлись такие, которые не стали опутывать себя верёвками, когда остальные были уже привязаны.

– Тем хуже для вас! – проговорил лишь вождь.

И тут лодка вдруг наклонилась и застыла на месте. Само течение словно остановилось, и прямо посреди спокойной водной глади возникла воронка.

– Мы уже близко. Я принёс человеческую жертву, чтобы открыть проход. Думал, ты, Красибор, не сойдёшь за жертву. Но, видимо, ты всё-таки человек.

Именно здесь находился проход, который открывался только человеческой смертью. Лодью стремительно затягивало в воронку. Кто-то вскрикнул, и те упыри, что не были привязаны к лодке, попрыгали в воду. А затем лодья исчезла под водой, спустя несколько мгновений исчезла и сама воронка. Какое-то время упыри просто тонули, но потом почувствовали, что их затягивает куда-то в сторону. У некоторых уже закончился воздух, и они стали захлёбываться, но тут мощный поток воды с силой выбросил их в какое-то безводное пространство. Они летели с водопада, благо, что водопад был не высок, и лодья не потонула во второй раз. Но теперь упыри оказались под землёй, в кромешной тьме незнакомое течение несло их вперёд. Вскоре впереди показался просвет, подземная река выходила на поверхность и выносила сюда своих случайных пассажиров. Это была река Смородина, только таким путём можно было добраться до неё. Чары, создавшие это место, едва ли были знакомы кому-либо из чародеев. Это были не стихийные чары колдунов и не чары духов, излюбленные волхвами, это были чары самого пространства. В обычном пространстве создавалось некоторое подобие кармана, складки, и из обычного пространства в это дополнительное можно было попасть только через один проход. Снаружи нельзя было ни увидеть, ни услышать эту местность с повышенным искажением пространства. Древние чародеи могли делать что-то подобное с пространством, создавая тайники и клады, но создать целую реку с живописными берегами и удивительными чародейскими свойствами могли воистину только боги.

– Лукоморье, - вымолвил Будислав, - так называется это место.

От воды исходил неприятный запах мертвечины, что как бы оправдывало её название – Смородина – смердящая река. Правый берег был неестественно крут, его скалистый склон был настолько гладок, что даже жуки не могли взобраться по нему наверх, а всё, что находилось на правом берегу, было скрыто от любопытных глаз густым туманом. Зато левый берег напротив был низок и в любой момент позволял пристать к нему. Упыри желали сойти на берег, но Будислав предпочитал плыть по воде: через густые лесные заросли было пробираться гораздо сложнее. К тому же Будислав чувствовал здесь какие-то незнакомые чары, какой-то сумасшедший поток чародейской силы, которой словно сгущался в одной точке на берегу. Внешне местность оставалась неизменной, но чары её стремительно менялись по неизвестному закону. Что-то происходило, боги готовили гостям достойную встречу.

– Смотрите в оба, - посоветовал упырям Будислав, - здесь нас может ожидать всё, что угодно.

– Странная это какая-то река, - произнёс один упырь, - рыб здесь нет, растений нет, одна вода и тишина.

– Рыба здесь есть, - проговорил другой упырь, - взгляни, она вся мёртвая.

– Потому что это мёртвая вода, - пояснил вождь, - говорят, мёртвая вода обладает целительной силой. Любой чародей мечтает раздобыть мёртвой воды, но в больших количествах она ядовита. Это очень опасное лекарство, выпьешь много, и тебе конец. Поэтому мёртвую воду лучше хранить с живой водой, которая оживляет то, что ещё не совсем умерло.

Упыри были ещё на воде, когда солнце оказалось ровно в центре неба. Огненный глаз бесконечности нагревал всё вокруг, словно хотел испепелить своим взглядом. И в этот момент в реке послышался какой-то плеск. Мёртвая рыба зашевелилась. В одно мгновение сухая поникшая трава на берегу выпрямилась и позеленела, покрыв берег зарослями камыша.

– Река ожила, - проговорил Будислав, и вдруг схватил тело Красибора и окунул его головой в воду, а когда достал, покойный упырь откашливался и жадно глотал воздух.

– С возвращением! – радостно воскликнул Будислав.

– Мы на месте?

– Конечно, взгляни туда.

Красибор поднял взгляд и узрел то, на что указывал его вождь – Калинов Мост. Огромной дугой он раскинулся над рекой Смородиной, словно сделанный из цельной скалы, монолитный, кряжистый, будто и не был сделан руками разумных существ, а возник естественным способом. Чары просто фонтаном били из того места, где находился мост, они были столь разнообразны и менялись с такой скоростью, что отследить их устройство не представлялось возможным. Это было исключительно творение богов, ткавших свою волшбу из жизненных сил умерших, что находились по ту сторону моста. Все чары сгущались на берегу, и теперь это даже можно было увидеть. Пространство искривлялось, создавая из воздуха некое громадное подобие человеческого тела.

– Высаживаемся на берег, живо! – вдруг приказал Будислав. Он вдруг начал смутно догадываться о том, что здесь происходит. Упыри были рады выполнить его приказ, и вскоре они высадились на берегу.

– Что за чертовщина? – не понимал Красибор, глядя на огромную глинистую гору в форме человека, искривляющую вокруг себя пространство.

– Это не чёрт, друг мой. Это голем, боги послали его, чтобы остановить нас. Готовьтесь к битве, и не жалейте своих жалких жизней. Если достигнем цели, обещаю воскресить каждого.

– А если не достигнем?

– Тогда не воскреснет никто.

И тут глиняная гора издала дикий рык такой силы, который ещё не слышало человеческое ухо. Упыри как заворожённые смотрели на встающее из глины существо.

– Невероятно, - вымолвил Будислав, - против нас будет сражаться сам бог Велес.

Глава 20.Кошмары безумца.

Богатыри с отвращением наблюдали, как колдуны справляют свои жестокие ритуалы, но никто из них не осудил Евпатия. Другое дело – народ. Голодная тола недовольно роптала, и лишь страх удерживал её от бунта. Евпатий внешне был спокоен. На лице его не дрогнул ни один мускул, и можно было лишь догадываться о том, что твориться у него на душе. Но, наконец, всё было кончено. Чародеи убили троих быков, и сожгли их плоть. Теперь богатыри повернули своих коней к городскими воротам, вслед за ними потянулись конные чародеи и пешие и конные ополченцы. Последние не редко были даже без кольчуг, вооружены чем попало: топорами, заострёнными пиками, дубинами. Голодные, озлобленные друг на друга из-за необходимости делить одно замкнутое пространство, воины Змейгорода выглядели измотанными и уставшими. Вскоре усталый вид приобрело и лицо Евпатия, здоровье которого было сильно подорвано во время осады. Когда войско покинуло пределы города, Ростислав отделился от чародеев и догнал воеводу богатырей.

– Ты доверяешь этому сброду? – спросил он, указывая на толпу вооружённых ополченцев.

– Они – добровольцы, - отвечал Евпатий, - в отличии от нас у них был выбор, и они выбрали сражаться.

– Да, но против кого они вышли сражаться? Среди городской бедноты часто звучат предложения сдать город на милость упырями, люди обезумели от голода. Что, если эта свора накинется на нас?

– Чего ты хочешь, сын Змея? Вернуться обратно?

– Нет, это было бы глупо. Я придумал кое-что получше. Ты и твои богатыри пойдёте в бой первыми, вслед за вами пойдёт змейгородское ополчение, а лишь затем я с чародеями. Мы не оставим им выбора, им придётся сражаться за нас.

– Да, но тогда чародеи вступят в бой последними.

– Боишься, что не справишься без нас, богатырь?

– Я убивал упырей ещё когда ты даже не появился на свет. Я не боюсь этих тварей, но, если ты вовремя не подойдёшь с помощью, я сам прикажу ополченцам растерзать тебя.

Ростислав в ответ лишь нахмурился и направился к своим. Этот безумец темнил, но что у него было на уме, понять было совершенно невозможно, да Евпатию и некогда было об этом рассуждать, впереди собиралась толпа упырей. Им было мучительно сложно находиться на солнце, но на одно солнце людям полагаться в этом бою не следовало. Упыри были многочисленны, их по-прежнему было трудно ранить и ещё труднее убить, и среди них были такие опасные воины, как Курсорий и Игнатий. Первый вскоре объявился в толпе упырей, богатыри узнали его сразу, и это их встревожило. Айрат увидел, как побледнел его друг Вячеслав и с тревогой посмотрел на сына Змея. А ведь они ещё были вместе с колдунами и не спешили идти в бой. Упырей становилось всё больше, их рожи внушали одновременно отвращение и ужас. Богатыри стали спешиваться. Евпатий Вятич как всегда стоял в первых рядах, сомкнув щит с щитами своих старых товарищей. Когда построение было окончено, богатыри пошли в атаку. Вурдалаки шли в бой как всегда без всякого строя, без всякой тактики, словно стадо диких зверей. Как только они пошли в атаку, Курсорий скрылся из виду, и это был опасный знак. Он был очень быстр и мог появиться где угодно. Толпа упырей с разбегу наскочила на богатырей, нарываясь на их щиты и копья. Сам Евпатий искусным движением пробил копьём одного упыря прямо в сердце, и тот пал замертво. Но трое других вурдалаков схватили его за щит, пытаясь вырвать его, их пики доставали ему до кольчуги. Евпатий не сдавался и смело смотрел в отвратительный лик смерти, как и всегда. Наконец, прогудел рог, и первые ряды богатырей стали отходить назад, им на смену пришли другие. Теперь Евпатий смог на время расслабиться и оглядеться. Армия ополченцев не спеша приближалась к месту схватки, а где-то позади неё, ещё не спешившись, ехали чародеи. Вурдалаки уже начали окружать богатырей, и многие славные воины уже были растерзаны этими тварями. Но строй богатырей не был сломан, они стойко держали оборону.