Чтение онлайн

Поздним вечером пятницы, темные окна дома осветил луч фар и у крыльца, пофыркивая двигателем, остановился УАЗ Виктора. Он вышел из машины, отпер дверь, наткнулся на что-то в коридоре и громко чертыхнулся.

– Ну, как, ты тут не окочурился без печки?
– простужено спросил егерь у встретившего его на пороге Огнева и устало присел на лавку.

– Да нет, терпимо, к тому же я утеплился - повел тот плечами, на которые был накинут хозяйский полушубок.

– Значит так. Наши охотники накачались по полной программе, и сейчас развлекаются с певичками. В шесть утра я их подниму и расставлю по номерам. Так что, к этому времени, будь на месте. А через час начнем облаву. Дальше дело за тобой. Потом возвращайся сюда и жди меня. Выходить тебе часа в четыре, не позже. Не забудь прихватить водки, а то окоченеешь. Ну, как у нас говорят, «ни пуха, ни пера».

– К черту,- ответил Огнев, и проводил Виктора до порога.

Когда свет фар машины скрылся в ночи, Огнев присел к столу, закурил и включил транзистор. Из него полилась тихая музыка. Где-то там, в теплых постелях, спали и видели сны люди. А он бодрствовал, чтобы лишить жизни одного из них. В который раз. Причем без сожаления, ибо это был враг.

Первого, заколотого им ножом в рукопашной схватке в горах Гиндукуша, он сих пор помнил четко. Других, подстреленных из засад, подорванных гранатами или сброшенных с вертолета - смутно.

Вернувшись из «афгана», Огнев наивно полагал, что все это позади. Оказалось нет, на родине врагов оказалось еще больше…

Ровно в четыре утра, заперев дом, с вещмешком за плечами и карабином в руке, Огнев спустился с крыльца и скрипя ботинками по снегу, двинулся на юг, в сторону гряды. Ночь была ясная и морозная. На небе холодно мерцали звезды.

 К скале он вышел в предрассветных сумерках, в начале шестого.

Заняв ранее намеченную позицию, Огнев внимательно оглядел смутно виднеющийся в предрассветной дымке противоположный берег. Там было тихо и пустынно. И только на речном перекате чуть слышно шумели струи воды.

Огнев снял с прицела карабина защитный чехол, протер кусочком фланели запотевшие линзы и припал глазом к окуляру.

Поросший лесом берег почти осязаемо приблизился и приобрел более четкие контуры. Затем он взглянул на светящийся циферблат часов. В запасе оставалось полчаса.

Отложив карабин в сторону, Огнев снял с плеч вещмешок, достал из него флягу, отвинтил колпачок и сделал из нее пару глотков. После этого, вернув флягу на место, положил мешок перед собой, решив его использовать в качестве упора для стрельбы. Так было надежнее. Потекли тягостные минуты ожидания.

Звезды на небе постепенно гасли, оно становилось светлее, и темный лес внизу приобретал все более ясные очертания. Над бессонной речкой возник легкий туман, что, впрочем, не мешало обзору.

На корягу у берега, вспорхнула какая-то птица и стала пить воду. Внезапно она тревожно пискнула и исчезла. Из лесу вышли трое людей и направились к стоящей у переката сосне.

Огнев снял карабин с предохранителя, передернул затвор уткнулся в прицел.

Первым в нем возник егерь, затем рослый, уверенно шагающий человек в охотничьем камуфляже, а последним подросток, в светлом комбинезоне и меховой шапке. Тройка остановилась под сосной, немного посовещалась, и егерь исчез в лесу.

– Не понял, - пробормотал Огнев, - он же должен быть один.

Между тем мужчина, прислонив к стволу дерева ружье, достал из кармана серебристо блеснувшую фляжку и, запрокинув голову, хлебнул из нее. Затем передал фляжку подростку. Тот тоже сделал несколько глотков, а после, обвив руками шею напарника, слился с ним в поцелуе. Шапка скатилась с его головы и по плечам рассыпались золотистые волосы.

– Женщина! - пронеслось в мозгу, и Огнев выматерился. События же продолжали развиваться. Оторвавшись от Князева, который ей что-то беззвучно говорил, блондинка опустилась на колени, и стала расстегивать ему брюки.

Когда в лесу раздались первые выстрелы, партнеры, не обращая на них внимания, увлеченно занимались сексом.

Совместив верхний угольник сетки прицела с переносицей стоящего к нему лицом Князева, Огнев задержал дыхание и плавно нажал на спуск.

Грохнул выстрел, приклад жестко отдал в плечо, и Князев, нелепо взмахнув руками, стал валиться на спину. Женщина на мгновение замерла, а потом вскочила и с визгом помчалась в лес.

Убрав в карман выброшенную из затвора гильзу, Огнев, прихватив рюкзак, быстро спустился со скалы и скрылся за гребнем. Пройдя с километр, он закурил и прислушался. В лесу продолжали греметь выстрелы…

Вечером, сидя с Виктором у жарко пылающей печи и задумчиво глядя на огонь, он слушал его рассказ о дальнейших событиях.

При этом выяснилось, что женщина на номере оказалась по прихоти самого Князева, который не внял уговорам егеря.

– Еще быдлом меня обозвал, тварь, - сплюнул в огонь Лебедев.- На твой выстрел никто внимания не обратил, увлеклись пальбой по лосихе с теленком, и Князева обнаружили только к обеду. Ты ему пол башки снес. Но пуля застряла в стволе сосны, так что, от «эскаэса» придется избавиться.

– А женщина?

– Заплутала в лесу, едва нашли к вечеру. Трясется, внятно объяснить ничего не может. Кстати, она жена председателя суда. Тот на Канарах, а эта здесь «отрывается». Так, что разворошили мы гадючник. Шуму будет много. С утра мне в город, в прокуратуре будут снимать показания. Но уже сейчас поговаривают, что полковника подстрелил кто-то из своих. Очень уж он любил чужих баб.

– Бабы бабами, а версию «заказа» следствие будет отрабатывать непременно. Лес и ближайшие кордоны обязательно осмотрят. Может мне лучше уйти? - вопросительно взглянул Огнев на Виктора.

– И это верно. Но уходить никуда не нужно. При необходимости я тебя спрячу.

– Где?

– А прямо здесь. У меня подпол с секретом. Пойдем, покажу.

Они захватили аккумуляторный фонарь и прошли в комнату, служившую хозяину кухней. Виктор сдвинул в сторону домотканую дорожку, поднял крышку подполья, и мужчины по крутой лестнице спустились вниз.

Луч света высветил сухое, обшитое деревянными плахами помещение, размером с пол дома. У его боковых стен был устроен дощатый закром с картофелем, и стояли накрытые крышками ящики и бочки. К торцевой стене были пристроены несколько массивных стеллажей, с различным охотничьим и рыбацким снаряжением.

– Эти снасти мне Петрович подарил, - сказал Лебедев и, вынув из поперечины одного из стеллажей болт, потянул его на себя.

Стеллаж бесшумно отошел от стены, и за ним оказалась небольшая комната с застеленной шерстяным одеялом кроватью, столом и двумя стульями. На стене висели керосиновая лампа и полка с книгами.

– Это мой схрон, - сказал егерь.
– Можно прятаться год. И продукты под боком.

– И для чего он тебе?

– А для таких случаев, как сейчас, - хитро подмигнул Виктор.
– И врасплох нас не застанут. Пешком менты не пойдут, далеко. А машину на подъеме к нам, за версту слышно.