Чтение онлайн

Стараясь сохранить тебя в живых подольше, я, возможно, ускорил твою

смерть.

– Другой путь к тому же самому месту.

– Точно.

Я расправляю плечи, стараясь изобразить силу, которой не чувствую.

Все что я знаю на данный момент: я не могу сбежать. Я не могу избежать

грядущего столкновения. Мне нужно быть готовой сражаться.

– Давай спустимся на пляж.

– Сейчас? Уже поздно.

– Ты же слышал Брейдена. У нас есть шесть недель. Лайам все еще

думает, что я собираюсь быть частью его армии. Нам нужно знать, что

именно он планирует делать. Придется выяснить, с чем мы будем иметь дело.

Остин рассматривает меня внимательно.

– Слишком опасно. Если он узнает правду о твоей силе, он…

– Не узнает.

– Лайам испытает тебя. Он никому не доверяет.

– Я сделаю это. – Я выхожу из машины и направляюсь к тропинке,

которая приведет меня к пляжу.

Спустя несколько минут Остин бежит возле меня. Он протягивает ко

мне руку, и я позволяю ему взять свою.

– Для меня становится все труднее, – спокойно говорит он. – Вскоре я

вообще не смогу пользоваться своей силой. Через шесть недель я буду так же

беззащитен, как и любой другой.

– Извини. – Я сжимаю его руку.

– За что?

Не знаю, как выразить это словами. Остин отказался от своего

бессмертия, своих сил, всего, когда спас моего коня. Хотя вне меньшей

степени это его собственная вина. Убив Дарта в ошибочной попытке

заставить меня сражаться с Сынами, он не знал, что будет стоит ему

воскрешение Дарта.

– Ты потерял все.

Он останавливает меня на тропинке и глядит на наши сцепленные

вместе руки. В лунном свете я лишь могу разглядеть его кривоватую улыбку.

– А вот тут ты ошибаешься.

Дует холодный ветер, все еще влажный послеобеденного ливня, но

моему телу тепло.

Это – Остин, мстительный бог, убивший Дану, чтобы разжечь войну

между Седьмыми Дочерьми и Сынами Киллиана. Он убил Дарта. И чуть не

убил Хейли. Заставил меня убить Блейка. Итак, он помогает мне сейчас. Я не

могу позволить себе забыть.

Разве я так ничему и не научилась от Блейка? Физическое влечение –

не то же самое, что и любовь.

Я вырываю руку и иду оставшуюся часть пути к тропе у края обрыва.

Остин шагает позади меня, но я не оглядываюсь назад. Я уже и так позволила

себе слишком сильно на него полагаться. Позволила себе поверить, что могу

доверять ему. Как я могла забыть, на что он способен? Что он уже сделал.

Но часть меня понимает, как Остин мог сделать то, что сделал. Я такой

же убийца, как и он. Я буду сражаться за то, во что верю. Убью за это.

Убийца во мне полностью понимает его.

Начался прилив, и волны бьются о два больших валуна, ведущих к

вратам, заполняя путь водой. У основания скалы остался лишь небольшой

кусочек гравия, с местом достаточным только для нас двоих. Остин стоит за

мной, настолько близко, что я могу чувствовать жар его тела и дуновение его

дыхания на своей шее.

Я скрещиваю руки на груди, дрожа от холода морского воздуха.

Странно быть так близко к воздуху и океану, наблюдать за их мощью, будучи

не в состоянии дотянуться до нее. Порыв ветра выбивает меня из равновесия,

насмехаясь надо мной. Я из всех сил стараюсь найти опору на камнях.

Руки Остина обхватывают за талию, прочно удерживая меня.

– Мы вместе сильнее, – шепчет он.

– Может быть, именно этого я и боюсь.

Лайаму понадобилось всего несколько минут, чтобы появиться во

вспышке белоснежного света. На узкой полоске пляжа места для нас троих

не достаточно. Но это не важно. Лайам парит над водой в воздухе. Его

божественность – это еще-то зрелище, величественна и великолепна, но

холодна и с оттенком тьмы. Одного взгляда достаточно, чтобы понять Лайм –

не милосердный бог. Он внушает благоговение с оттенком страха.

– Пришли засвидетельствовать свое почтение? – произносит Лайам

слова для нас обои, но свирепо взирает на Остина.

– Я пришел пригласить тебя погостить.

Лайам улыбается, и не совсем ясно, заметил ли он едва сдерживаемую

злость в голосе Остина.

– Ты, наконец-то, осознал свое место? Приготовь самую лучшую

комнату. Я буду с утра.

Лайам исчезает, оставляя после себя лишь темную тень.

– Ты пригласил его пожить с нами? – Меня передергивает. – Ты не

хочешь спускать с него глаз, не так ли?

Остин прав. Так будет легче узнать о планах Лайама. Однако парень

немного меня пугает.

Я не раздумываю, когда Остин предлагает руку, чтобы помочь

подняться по тропинке обратно к дому. И я не отпускаю ее, пока мы не

заходим в теплую прихожую.

– Уже поздно, – говорит Остин, его взгляд скользит к моим губам.

Я киваю, но не двигаюсь в сторону лестницы.

– Что происходит до?

Между бровей Остина пролегают эти небольшие линии, которые я

начинаю любить.

– До чего?

– Того, что плохо закончится?

– Не знаю.

– Если это закончится, значит ли, что мы – вместе?

Остин закрывает глаза.

– Боже, я надеюсь на это.

– А что если я просто использую тебя, чтобы позабыть Блейка?

– Это то, что ты делаешь?

Разве? Именно это было у меня на уме несколько ночей назад. Теперь

же я не уверенна.

– Не знаю.

Челюсть Остина сжимается, но его рука нежна, когда он слегка

касается ею моей щеки.

– Я не был терпеливым богом. И нахожу, что я гораздо менее