Золото
Шрифт:
делала меня невидимой для парней. Никто не смотрел на меня. Я,
безусловно, заметила бы, если бы он увидел меня.
Неужели он помнит встречу со мной как Аарон? Вот почему он взял
меня к руинам?
Я мчусь через весь дом, мимо гостиной и вниз по коридору к кабинету
Остина. Я врываюсь без стука.
Но не Остин стоит, склонившись над древним столом. А Лайам.
– Ну, вот так-то лучше, – говорит он, замечая мои растрепанные
волосы и ярость. – Возможно, ты все-таки боец.
– Что ты здесь делаешь?
– Планирую порядок нового мира. Хочешь помочь?
Я не могу удержаться, чтобы не закатить глаза.
Лайам поднимает брови.
– Вижу, тебе придется уяснить, где твое место по-плохому.
Он поднимает палец, и удар молнии изгибается в воздухе.
Я тянусь к своей силе, но ничего нет. Я могу всего лишь нырнуть за
стул, когда молния пролетает над моей головой. Она едва не задевает меня. С
треском взрываясь в полу рядом со мной.
Лайам встает.
– Я разочарован. Думал, что ты приложишь больше силы.
Я беспомощна, корчусь на полу, пока Лайам подходит ко мне с
электрическими потоками, пульсирующими вокруг него. Я карабкаюсь к
маленькой статуе вздыбленного коня на столе возле стула. Она тяжелая,
вероятно, медная. Я швыряю ее в голову Лайама.
Он смеется, поглядывая через плечо. Комната озаряется ярко-белым
светом, громкий треск раздается у меня в ушах. Я едва ощущаю твердый пол,
когда ударяюсь об него головой.
Следующее, что я ощущаю – покалывающее оцепенение, словно все
мое тело погрузилось в сон. Булавки и иглы вонзаются на поверхности,
появляется режущая боль, возвращающая нервы к жизни.
– Брианна, – голос Остина звучит издалека. Влажная тряпка прижата
ко лбу.
Я моргаю. Вспышки дневного света достаточно, чтобы вызвать
пульсирующую боль в голове. Я стискиваю зубы от металлического
привкуса во рту, подавляя крик. И стараюсь снова приоткрыть глаза. Я все
еще лежу на полу кабинета, придерживаемая Остином, который сидит на
полу позади меня.
– Что случилось?
Я пытаюсь вспомнить. Сначала, это все расплывчатый сон. Лайам.
Молния. Зачем я вообще пришла сюда.
– Ты носил имя Аарон?
– Было много Лордов Лорканов.
– Но Аарон был последний. До того, как ты был изгнан.
– Верно.
– Ты был с Гвин.
Все его тело напряглось возле меня.
– Я видела тебя с ней.
– Аа. – Остин откидывает голову к стене настолько сильно, что следует
громкий удар, от которого моя голова начинает болеть еще сильнее. –
Тысячу лет назад.
– Она была дочерью Дану. Первое поколение, верно? У нее не было
силы.
Что означает, она не была нужна Остину, чтобы сражаться с Сынами.
Он ее не использовал. Знаю, что меня не должно волновать, что случилось
так давно, но меня волнует. А затем безумная мысль приходит мне в голову,
которую я не могу вытряхнуть. А что если он женился на ней? Что если у них
были дети?
– Она была моей прабабушкой. Столетней давности, но все же. – Я не
могу скрыть паники в своем голосе.
Остин качает головой.
– Мы не были вместе, Брианна. Мы никогда даже… – Он
останавливается. – Зачем я говорю тебе это?
– Это то, что делают люди. Мы рассказываем друг другу о своем
прошлом. Вот как мы узнаем друг друга.
Он обнимает меня.
– Ты хочешь знать о Гвин?
Я киваю.
– Безобидный флирт. Не о чем толком говорить. Я поцеловал ее всего
один раз.
– И все?
Он вздыхает.
– Я встретил кое-кого другого.
О, Боже. Была не только Гвин. Меня не должно волновать. Мне не
нужно знать о девушках, с которыми он был тысячу лет назад. Меня не
должно волновать и точка.
– О-о.
– Ты ревнуешь?
– Немного.
Признание пугает меня. Бандия во мне – живая и здоровая, с силами
или нет.
Он смеется.
– Не смешно.
Остин целует мои волосы.
– Если ты видела меня с Гвин, тогда ты уже знаешь, что произошло.
Я в отрицании качаю головой.
– Девушка, которую я встретил, была ты.
– 29 –
Я не могу перестать думать о том, что сказал Остин. Мы встретились
тысячу лет назад. Я знаю, как это произошло. Я была там дважды, и мы
разговаривали несколько минут прежде, чем я снова вернулась обратно.
Почему это могло бы изменить что-то между Остином и Гвин? И почему
Остин не рассказал мне этого раньше?
Я без спроса беру ключи от машины. Сыны сейчас в Кэт, поэтому я
придерживаюсь предместий города. Я проезжаю мимо старой церкви из
почерневших камней, а затем разворачиваюсь и припарковываюсь на другой
стороне улицы.
Я пристально гляжу на темную стену.
За семь поколений город был восстановлен. Пожар, чуть не
уничтоживший его, теперь всего лишь шрам, но настолько старый, что
вплетен в саму ткань города. Однако свидетельство все еще там. Вся
восточная стена дома приходского священника по соседству в обугленных
камнях. Я выхожу из машины и иду к нему, проводя руками по камням,
следы мести мой бабушки в седьмом поколении.
Мне не нужны доказательства того, что моя сила опасна, но видеть
затяжные последствия мгновенной ярости, случившейся так давно,
отрезвляет. Теперь, когда мои силы исчезли, я не представляю опасности для
мира. Но что насчет другой банди? А если Лайаму удастся вернуть богов из
потустороннего мира?
Остин уже говорил, что они не очень счастливы. Что они планируют