Чтение онлайн

Под аркадами находились торговые лавки, но, насколько я могла рассмотреть, там не было ничего для людей с тощими кошельками, а только для богатых и солидных. Поблизости четверо мужчин волочили наружу безобразное зеркало в широкой золотой раме. Возле следующего дома двое катили через двери бочку под присмотром нервного торговца, который громко требовал большей осторожности в обращении с товаром. Из его встревоженных возгласов было очевидно, что в бочке находилось одно из лучших вин Франции.

— Мадемуазель?

Слуга снова открыл дверь и знаком пригласил меня в дом. Из холла в бельэтаж вела широкая мраморная лестница с изогнутыми перилами. Уже в прихожей салона можно было получить представление о богатстве обитателей. Везде сверкали хрустальные люстры, стены были оббиты сизо-голубым шелком, на окнах висели драгоценные драпировки, а на лестничных пролетах блистали картины маслом размером с небольшой автомобиль.

Слуга провел меня сквозь двустворчатые двери в залитый светом салон.

— А вот и она, — сказала Сесиль, приподнявшись с дивана с высокой спинкой. — Подойди ближе, Анна, чтобы тебя было лучше видно.

«Чтобы лучше съесть тебя», — пронеслось в моей голове. Из-за волнения я споткнулась о порог и была вынуждена схватиться за украшенный бахромой бархатный шнур, отчего где-то подо мной послышался слабый звон бубенчиков. Супер, теперь я по ошибке вызвала прислугу. О работе я гарантированно могла забыть.

— Первое впечатление обманчиво, — сказала Сесиль. — Она не такая нерасторопная.

Ослеплённая бьющим в лицо солнечным светом, я видела лишь силуэты двух остальных присутствующих - мужчины, сидящего в кресле с подголовником, и женщины на софе, с которой только что встала Сесиль.

— Она прелестна, — донеслись до меня слова женщины. Как ни странно, её голос показался мне знакомым, но лишь когда я покрыла небольшое расстояние между дверью и мягким уголком и увидела темноволосую красавицу в дорогостоящем шелковом платье, я снова узнала её. И у меня перехватило дыхание, потому что я не могла поверить в это: это была американская туристка, которая приехала в прошлое вместе со мной, - Мэри. А седовласый пожилой мужчина в кресле был её дедушка Генри. 

Я просто стояла там с открытым ртом и не могла вымолвить ни слова. Не потому, что запрет вступил в силу, а потому что от растерянности я просто потеряла дар речи.

– Э...Добрый день,- выдавила я наконец-то.

Я молча стояла и смотрела на них, как баран на новые ворота, пока Сесиль договаривалась обо всем остальном с моим новым работодателем. Все складывалось лучше, чем ожидалось. Сначала я вообразила, что мне дадут место горничной, но оказалось, что мне не придется ни застилать кровати, ни драить полы. С радостной уверенностью Мари объявила, что я буду идеальной компаньонкой.

Ее дедушка поддержал ее.

– Лучше тебе не найти, - уверенно сказал мистер Коллистер. Он немного неуверенно поднялся с кресла и двумя руками оперся на свою трость. На его морщинистом лице появилась добродушная улыбка.
– Я не знаю почему, но эта молодая девушка мне сразу пришлась по сердцу.

– Мне тоже, - просияв, согласилась Мари.
– Я думаю, это действительно чудесно, ничего подобного со мной никогда не случалось. Мне кажется, будто я давно тебя искала и наконец нашла.

Энтузиазм обоих был почти осязаем. Мари даже настояла, чтобы я переехала к ней немедленно.

– Позже я прикажу слуге забрать твои вещи,- сказала она.
– А теперь следуй за мной, я покажу тебе твою комнату.

– Спа-спасибо, мадам,- заикнулась я.- Э...Госпожа герцогиня.

– Называй меня Мари. Как моя компаньонка, ты не какая-то там служанка, а моя подруга.

Сесиль уставилась на неё. Она выглядела так, будто ее надо было срочно ущипнуть, потому что она не могла в это поверить.

– Я не понимаю, - прошептала она мне на лестнице, когда мы обе поднимались вслед за Мари на пятый этаж, где была моя комната.
– Она почти что удочерила тебя! Ее восторг для меня загадка. Конечно, я красочно описала ей тебя. И в самом деле, ты симпатичная малютка с несомненными способностями к языкам.
– Она покачала головой.
– Но, к сожалению, еще и неуклюжа и без особенной живости ума. Другими словами, скорее, скучная. Тем не менее, она, похоже, очарована тобой. Как я уже сказала - загадка.

Я хотела обиженно возразить, но все же удержалась, потому что она была совершенно права. Это было ненормально, что Мэри - а здесь Мари - так восхищалась мной.

Я могла бы объяснить Сесиль, что поведение Мари - и ее дедушки - было связано с их подсознанием, которое все еще работало, несмотря на полностью стертые и замененные воспоминания, на самом глубоком уровне. Я была, так сказать, фрагментом в трясине их потерянной памяти. Чем-то, что они инстинктивно хотели бы сохранить и запомнить.

Однажды я испытала этот феномен, у Маттиаса Тассельхофа, который слегка влюбился в меня полтора года назад в Венеции. Когда я встретила его снова в 1499 году, его звали Маттео Тассини, и он больше не помнил о предыдущей жизни в будущем. Но он все еще чувствовал ко мне симпатию. Подсознание было могущественной силой. По этой же причине я так сильно надеялась, что смогу вернуть Себастиано.

Но все это, конечно, я никому не могла сказать. Собственно, меня должна была бы мучить совесть из-за добросердечности Мари, но мне стало слишком легко от того, что все прошло без проблем.

Моя каморка находилась под крышей и была обставлена аккуратной, новой мебелью: кровать с настоящим матрасом и свежими, белыми простынями, комод, подсвечник, табуретка и, хм, ночной горшок с крышкой.

— Конечно, это только временно, — извиняясь, сказала Мари.
– Я прикажу приготовить для тебя комнату получше. Лучше всего в том же коридоре, что и моя, чтобы ты всегда была поблизости.

Сесиль недоверчиво приняла это объявление к сведению. Когда мы снова пошли вниз, она неоднократно начинала что-то говорить, затем, однако, только растерянно качала головой. Она действовала так, как будто она полностью захвачена этим оборотом событий. У меня закралось подозрение, что она немного завидовала Мари, у которой была беззаботная жизнь и расточительное богатство, и она весело представляла себе, что с моей помощью добавит дегтя в бочку меда. А теперь получилось так, что ее вначале казавшийся первоклассным план — пришлюзовать меня в доме у Мари, чтобы я могла переманить ее потенциального любовника, — сработал не так, как она планировала.