Чтение онлайн

Едва он снова ушел, шаркая ногами, как появился лакей и сообщил, что прибыл месье Фоскэр. Мое сердце сильно забилось.

Мари укрыла мои плечи подходящим по цвету к платью палантином.

– Подумай о том, что я тебе сказала.

– Да, я позабочусь о себе.

– Не повредит, если ты узнаешь о нем, как можно больше, - сказала Мари и спешно добавила: - Конечно, чтобы составить о нем самое лучшее впечатление.

Ага. Как же. Моя догадка была верна. Она хотела, чтобы я выяснила у Себастиано, не затевает ли кардинал интригу против королевы, и если да, то какую.

– Я постараюсь завоевать его доверие, - пообещала я. Это даже не было ложью, потому что именно это я и задумала. И не только это. Если все сработает, как я представляла, мы с Себастиано очень скоро будет за пару сотен лет отсюда, дома, в двадцать первом веке.

А там только несколько учебников истории и статей в Википедии напомнят о конфликте между кардиналом и королевой. И, вероятно, одна старая история о нескольких мушкетерах из 1625 года, основанная якобы на реальных событиях, большинство из которых были гарантированной выдумкой, как и в большинстве романов. С нашим возвращением все разрешилось бы к всеобщему удовлетворению. Кошачья маска вовсе не понадобилась бы мне, и все, что Себастиано должен был сделать в 1625 году, было бы сделано. Совершенно точно.

– Желаю тебе приятного вечера, - сказала Мари. Это звучало искренно. В ее глазах было задумчивое выражение, легкая тень одиночества. Меня захватило сочувствие. Возможно, в ее прежней жизни остался друг, которого она любила и забыла. Как Себастиано меня.

Сочувствие сменилось жалостью к себе, а затем страхом, так как никто не мог мне пообещать, что он вспомнит меня. По пути вниз я была вынуждена несколько раз глубоко вздохнуть. А потом я увидела с лестницы, что он стоит в холле. Я надела сияющую улыбку и проплыла оставшиеся шаги. Вечер мог начинаться.

Восхищение, которое я увидела в его глазах, было бальзамом для моей души.

– Привет,- сказала я, задыхаясь(получилось как будто:»Это я!»), а он в ответ поприветствовал меня галантным поцелуем в руку, что мне очень понравилось.

– Анна, ты прелестна, - он сделал движение, приглашая меня взять его под руку.

– Благодарю.

Кончиками пальцев я ощутила, как сильна и натренирована его рука. Это было прекрасное чувство - непосредственная близость с ним. Начало этой встречи было на самом деле многообещающим. Себастиано приехал в экипаже - в одноконной открытой двухместной повозке. Итак, у меня не было необходимости идти по грязной мостовой в своих прекрасных светлых шелковых туфлях и уничтожать подол сказочно красивого платья. Себастиано галантно открыл мне дверцу и помог войти в экипаж. Я казалась себе настоящей леди.

— Ты уже бывал на театральных постановках? — спросила я, когда мы двое сидели рядом на мягкой скамье внутри экипажа.

— Довольно часто, — он приказал кучеру отправляться.

— На каких же пьесах?

Он нахмурил лоб.

— Должно быть, они были не очень хорошими, так как я забыл их названия.

— Ты не помнишь ни одной?

Его складки на лбу стали глубже.

— Нет, боюсь, нет.

— Это радует! — во мне снова загорелась надежда. Искусственные воспоминания, которые ему пересадили, как видимо, обладали большими пробелами. Это указывало на то, что настоящая память была где-то еще внутри.

Удивившись моему весело звенящему возгласу, он посмотрел на меня.

— Почему тебя радует моя забывчивость?

— О... Хм, нет, я имела в виду, что нахожу милым то, что ты идешь со мной в театр. Несмотря на то, что раньше никогда не получал от него удовольствия, — немного нерешительно я посмотрела на него с боку. — Ты, впрочем, тоже очень хорошо выглядишь сегодня вечером.

Это действительно было так. В приталенном синем камзоле, элегантной шляпой с пером и отполированных сапогах со шпорами он действительно подходил под это время. Мужская мода в семнадцатом столетии мне нравилась, по меньшей мере, на Себастиано. Он выглядел просто отлично в этом. Еще немного, и я прижалась бы к нему, вздыхая.

Он, кажется, почувствовал это и нахмурил лоб. По-видимому, я слишком сильно обожала его. Он рассказывал мне однажды, что он не любил женщин, которые прилипали к мужчинам. Он предпочитал более сдержанный, сварливый тип.

— Мне сразу особенно понравилось в тебе твое чувство юмора, — сказал он. — То, что ты такая упрямая. А не одна из этого сорта, хлопающих ресницами.

Я сразу же перестала пялиться на него, и наигранно рассматривала ногти. Они были изрядно покусанные после напряженных дней. Уже экзамен по математике не сделал им ничего хорошего, а Париж добил их, прежде всего, это столетие.

— Ты грызешь ногти, — установил Себастиано.

— Да, я постоянно делаю это, когда испытываю стресс, — вместо «стресс» я сказала «трудности», что в данном случае означало то же самое. У переводчика было хорошее чутье к нюансам.

— Какие именно трудности? — хотел знать Себастиано.

— Ах, их слишком много, чтобы я могла перечислить их все.

— Попытайся. Я с удовольствием тебя послушаю.

Удивленная и радостная я посмотрела на него. Он начал постепенно оттаивать!

– Ну, хуже всего то, что я скучаю по моему дому во Франкфурте. И... по Италии. Особенно по Венеции.

Бросив этот пробный шар, я затаила дыхание.

На лице Себастиано появилось раздражение.

– Почему это по Венеции?

– Я часто бывала там и очень люблю этот город.

– Что ты там делала?

– В первый раз я была там с моими родителями. Мой отец... ученый, я тебе уже говорила. Он занимается раскопками исторических мест. Так я познакомилась и полюбила Венецию.

Я выделила слово «полюбила» и пристально взглянула на него.

– Венеция, - медленно повторил он. Это прозвучало задумчиво и немного растерянно.
– Я слышал о ней. Город, построенный в лагуне. Там много каналов и дворцов. А люди во время карнавала носят маски. Я думаю, что я когда-нибудь с удовольствием съездил бы туда.

Я взволнованно всматривалась в его лицо. Его глаза выражали глубокое раздумье. В его взгляде читались какая-то отрешённость и поиск одновременно. Он почти вспомнил! Мне нужно было лишь немного помочь ему и всё описать. Многолюдье вокруг Риалто. Дворец Дожей под весенним солнцем. Золотого ангела на Кампаниле. Высокие колонны на Пиаццетта. Если бы я только достаточно подробно объяснила ему всё, его память обязательно вернулась бы!

К сожалению, экипаж в этот момент вдруг остановился. Мы приехали.

Себастиано вознаградил кучера и приказал ему ждать до конца представления.

Театр находился напротив дворца, который мне уже описывала Сесиль, и поэтому театр на другой стороне носил его имя, речь шла о бывшей резиденции герцога Бургундии. Сам театр, который находился наискосок от него, обладал долгими традициями, по словам Сесиль, им следовали различные актерские труппы уже несколько десятилетий. Однако, ансамбль, в котором она была исполнительницей главных ролей, еще не был достаточно известным, как она самокритично заметила. Все же она была убеждена, что это было лишь вопросом времени, так как она возлагала большие надежды на написанные ею пьесы.