Золотой Мост
Шрифт:
Мари кивнула и после этого одарила его улыбкой, что отозвалось осознающим победу выражением на его лице, за что я возненавидела его. Во всяком случае, в этот момент. Затем я заставила себя простить его, потому что он ничего не мог сделать против этого.
Я провела его вниз, в прачечную тракта, где слуга заботился о залитом вине камзоле, пока Себастиано стоял, прислонившись к стене прачечной, со скрещенными руками. На белом фоне кружев, украшающих его манишку, его загорелое лицо четко выделялось. В последние несколько недель он часто был на открытом воздухе. Кроме того, он много и усердно тренировался с оружием, что было заметно. Он и раньше был мускулист, но то, что он в этом отношении прибавил, было великолепно заметно в вырезе рубашки. Интересно, если он... договаривался ли он о встрече с женщинами? Может быть, даже с сукой из «Золотого Петуха»? Во всяком случае, это не стоило никаких усилий, чтобы последовать приказу Ришелье и появиться на вечеринке Мари. Мне пришлось стиснуть зубы, чтобы подавить злобу. Я бы не продвинулась дальше с приступом ревности.
Он смотрел на меня с загадочным выражением.
— Странное совпадение, что я в течение двух дней в городе, где живет более сотни тысяч человек, встречаю тебя в третий раз. И каждый раз происходит какая-то неприятность. Либо ты что-то роняешь, либо падаешь сама.
— Или и то, и другое, — выпалила я.
Легкая улыбка промелькнула в уголках его губ.
— Или и то и другое, — согласился он. — Все равно это странная случайность.
— Случайности происходят гораздо чаще, чем кажется, — сказала я. — Я читала одно научное исследование, пять процентов столкновений среди людей, которые знают друг друга, происходит случайно.
Это было полностью выдумано, но звучало разумно и убедительно. Научные исследования и статистика хорошо подходили, чтобы стереть недоверие.
— Где ты прочитала об этом исследовании? — спросил Себастиано.
— Эм... не знаю, уже забыла. Я читаю очень много.
— Так, ты занимаешь этим, — он нахмурил лоб. — Для молодой девушки это очень необычно.
— Мой отец — профессор, в доме моих родителей всегда много читали, — сказала я честно. Прежде чем он успел спросить меня, я добавила. — Я из Франкфурта.
— Я знаю.
Я с удивлением уставилась на него.
— Откуда?
— Жак рассказал мне. После того как пообщался с тобой вчера у Маркизы. Я вообще не видел тебя, но это никак не меняет того, что ты была там. Строго говоря, за последние два дня ты не три раза, а скорее четыре, перебежала мне дорогу.
— О. Точно. Это действительно... эээ, случайность. Но, как я уже сказала тебе, совпадения иногда непредсказуемы. Возьми, например, кости, — Я просто тыкала ему, он, в конце концов, делал то же самое. — Представь, ты бросаешь пять кубиков одновременно. Несмотря на то, что на каждом кубике есть шесть различных сторон, все равно случается, что все показывают одно и то же число. Это, конечно, не исключено, когда в течение двух дней пути одних и тех же людей пересекаются четыре раза.
Себастиано приподнял брови.
— О совпадениях и вероятностях ты, кажется, сформировала обоснованное мнение.
— Это моя манера, — неубедительно ответила я.
Снова уголки его рта дернулись, на этот раз более четко. Мое впечатление не обманывало меня, кажется, я веселила его. Пока я еще раздумывала, было ли это хорошим или плохим началом, он положил один палец под мой подбородок.
— Тебе кто-нибудь говорил, что ты довольно любопытная?
— Я думаю, что довольно часто, — немного неуверенно, — его прикосновение пронизывало меня, — я улыбнулась ему, а затем случалось чудо: Он ответил на улыбку. Сразу же мой пульс подскочил минимум до ста восьмидесяти.
Который еще больше ускорился, когда Себастиано взял меня за обе руки.
— Как твои царапины?
— Они больше не болят, — выпалила я.
— Анна, — произнес он тихо. Это прозвучало как тающий шоколад, когда он произнес мое имя. Частота моего пульса взлетела до чувствительных двухсот. — Что же мне с тобой делать? — задумчиво продолжал он.
«Поцелуй меня, идиот!» — Конечно, я этого не сказала, хотя меня и захлестывали романтические чувства. Он бы плохо обо мне думал, если бы я была легкодоступной. Броситься ему на шею, однозначно не пойдет. Как он к этому относится, он уже дал мне понять вчера на рынке. Нет, я должна найти к нему более деликатный подход.
– Может, сходим куда-нибудь вместе?- предложила я.
Он отпустил мои руки.
– Что ты себе представляешь?
– Мы могли бы пойти в театр.
– Я мысленно похвалила себя за такую гениальную мысль.
– Одна моя хорошая подруга по случайному стечению обстоятельств актриса. Она выступает в отеле Бургунд. Мы могли бы прямо завтра вместе пойти на спектакль, если хочешь.
– Почему бы и нет. Я заберу тебя.
Свидание! Он захотел со мной встретиться. У меня получилось! Ликуя, я одарила его улыбкой. Он улыбнулся в ответ, и это разбудило во мне прекрасное чувство. К сожалению, это продолжалось недолго, потому что вскоре появился слуга, принеся обратно камзол.
– Я вывел пятно с помощью большого количества соли, сударь. Теперь оно практически не заметно.
Себастиано снова надел камзол и вежливо поблагодарил, что заставило слугу покраснеть от радости. Признательность по отношению к прислуге вовсе не была само собой разумеющейся в этом времени. Вероятно, к этому приложило руку подсознание - хорошее воспитание существовало во все времена, даже несмотря на потерю памяти. Точно так же должно быть и с любовью. Определенно, скоро Себастиано вспомнил бы обо мне!
Однако его следующий вопрос лишил меня самообладания.
– Как ты, собственно, попала из «Золотого петуха» именно сюда, в дом герцогини?
– Ну, накрывать на стол - это не для меня, - уклончиво ответила я.
– Я подумала, было бы очень неплохо работать в таком прекрасном доме, как этот.
– И носить красивые платья?
Я смущенно теребила бело-розовое платье мечты.
– Да, в конце концов, я компаньонка Мари, не могу же я носить траурную одежду, не так ли?
– С каких пор ты знакома с герцогиней?
– Э... собственно, лишь с сегодняшнего дня. Но моя подруга знает её уже давно. Актриса, ты уже знаешь. Её зовут Сесиль. Она порекомендовала меня Мари.
– Ты называешь герцогиню по имени, несмотря на то, что ты познакомилась с ней лишь сегодня?
– Мари предложила, чтобы я её так называла. Такая уж она... очень искренняя и простая.
– Тогда мне уже не терпится познакомиться с ней поближе.
Я испугалась. Этого сейчас ещё не хватало! Ведь я уже как раз добилась того, что он со МНОЙ хотел поближе познакомиться!
– Что именно ты имеешь в виду?
– выпалила я.
Он пожал плечами.
– Что имеет в виду мужчина, когда он хочет поближе познакомиться с красивой женщиной?
Мои руки сжались в кулаки, но я заставила себя лучезарно улыбнуться.
– Гм, понимаю. Но тогда поберегись,- в моём голосе прозвучала тревожная нота.- Иначе ты можешь попасть в затруднительное положение.
– О каком затруднительном положении ты говоришь?
– Ах, есть тут кое-кто... поклонник. Он любит Мари больше всего на свете и постоянно шлет ей любовные письма. Она получает их каждый день, целыми пачками.
– Я разгорячилась.
– Этот человек полностью на ней зациклен и безумно ревнив.
– Я фантазировала вовсю. Я всегда была хороша в выдумывании драматических поворотов событий, ими прямо так и изобиловали мои сочинения по немецкому. Уже в возрасте около десяти лет я написала настоящий триллер на тему « Наш летний отпуск», в котором упоминались акула-убийца и откушенные ноги.
– Поэтому на твоем месте я была бы очень осторожна,- завершила я.