Чтение онлайн

Она медленно поднялась со стола, почти вальяжно. Подошла к камину и тот совсем затух.

– Спи спокойно,- с этими словами отперла дверь и вышла из комнаты.

Была зима.

Ведомый невыполненным долгом маг продолжал свой долгий путь. Всё так же редко он останавливался для отдыха. Если спал, ложился поздно, а вставал ещё до того как поднимались из-за горизонта первые лучи солнца. Ему снились тревожные сны. Он видел дни прошедшие и срывалось дыхание, когда и во сне понимал, что виною тому его неосторожность.

Сколько дней минуло, маг и сам не знал, сколько лет... остался позади Вириан, а вместе с ним и последние человеческие поселения. Не так давно он видел, как тучи серых птиц, больших морских птиц, летели прочь от моря. Тогда то и понял - скоро доберётся до цели.

Три дня спустя маг заприметил вдалеке неясные фигуры и пошёл им навстречу, в руке у него был посох, одежда давно испортилась и теперь он разве что на безобидного старика был похож, - чем на себя в дни былые.

Небольшой обоз остановился, когда путники увидели приближающегося человека. Четверо из них, вооружённые шипастыми дубинками, вышли вперёд.

– Кто такой и откуда путь держишь?- спросил самый крепкий из них, сурово сдвинув брови и демонстративно махая дубинкой.

– Травник я из степной долины,- отозвался маг, откидывая капюшон, дабы незнакомцы рассмотрели лицо. Ныне принято было показывать, что кожа твоя не бела, а глаза не черны.

– Здесь травнику делать нечего,- говорил незнакомец.

– Куда иду я и есть ли мне дело, то моё, а тебя не касается,- возразил маг.- Лучше скажи мне, путник, откуда ты идёшь и нет ли поползновений тумана в той стороне?

– Много его сейчас там. Коль не ищешь смерти рано, лучше разворачивайся, травник, по добру, по здорову и иди в свою степь. А может,- тут он нахмурился пуще прежнего и крепче сжал увесистую дубину,- ты один из тех, что сам в туман идёт и остаётся там?

Они переглянулись, маг же оставался с виду всё такой же спокойный.

– Никогда я не войду в него, человек,- молвил он.- Но я травник и дело мое лечить хвори человеческие. А потому иду я туда и хочу узнать, могу ли помочь тем, кто был в тумане.

– Так-так.

Остальные молчали, давая вожаку отвечать странному чужеземцу.

– Видел я таких как ты и прежде, слышал, вернее. Ходили они туда-сюда, помочь хотели. Да только никто живым не вернулся. Говорю тебе по-хорошему, не иди в ту землю, не вернёшься, а если всё же воротишься - так лучше бы и сгинул. Ни разума у тебя не будет, ни ума.

– Так, говоришь, есть там такие, что в туман уходят?

Вожак досадливо опустил дубину.

– Есть, коли хочешь.

– Спасибо за ответ,- с этими словами маг поклонился и хотел, было, идти, да только окликнула его женщина с обоза, что держала на руках ребёнка лет пяти от роду.

– Постой, травник, погоди.

Подойдя к ней, маг всмотрелся в лицо ребёнка. Открыл тому глаза, потрогал лоб.

– Всё с ним хорошо будет,- говорил он, но детской руки не отпускал.- Не давай ему больше играть с илскими жабами, от них дети часто травятся.- Всё держал и держал, даже мать ощутила жар, что по телу ребёнка пошёл.

А потом маг выпустил руку того.

– Проспит до завтрашнего утра,- ещё раз поклонился.

– Не ходи туда, незнакомец,- в последний раз крикнул вожак.

– За предупреждение спасибо.

На том они распрощались и пошли каждый своей дорогой.

Дни шли за днями, каждое новое утро дышало холодом. С трудом теперь магу удавалось согреваться, хоть и разводил большой костёр каждую ночь. Не нужно было отгонять оголодалое зверьё, которое в других землях в это время только свирепствовало пуще прежнего. Тут не то что волка, белки никакой найти нельзя.

Однако маг продолжал прислушиваться. Однажды поутру в морозный тёмный день одинокая птица с моря показалась на небе. Раскрыв широко крылья, она летела против ветра и редко кричала. Птица говорила о море, что обнимало землю с каждой волной, о тумане, что окутывал море и всё сгущался, а из этого тумана, порою, выходило нечто и пыталось идти.

С тревогой и мукой всматривался маг в полёт одинокой птицы.

"Ты видишь, что я наделал, мой почивший друг. Я преисполнился великих замыслов, я хотел сделать мир лучше, избавить его от кровопролития и жестокости. А вместо того мир сейчас погибает и трудно будет его спасти".

Когда новый рассвет вспыхнул алым маревом на сером небе, тяжёлое предчувствие охватило сердце и разум. Не стал он больше идти вперёд, нечто неизведанное и смутное остановило мага. Он так и стоял на месте, и видел перед собою молочную дымку, клубившуюся впереди.

"Ты". Маг стоял далеко от тумана и понимал, что не сможет по доброй воле подойти к нему ближе.

"Почему не идёшь ты сюда?" - услышал он голос из тумана, и замерло сердце.

"Ты, человек, ушедший туда, отчего предпочёл жизни смерть?"- сурово вопрошал маг и увидел, как среди тумана вырисовывается человеческая фигура.

"Я жизнь выбрал существованию",- был ответ.- "Слепцы вы, глухи и немы, и молчат ваши сердца, не можете видеть и потому умираете, не можете принять, и потому лишаетесь рассудка".

"Как мог ты принять смерть, когда она убивает мир?!"

Отголосок горестного дыхания проник в сердце и маг с трудом удержался, чтобы не отогнать туман.

"Смерть? Теперь я понимаю".

"А они? Это они манят его к себе?.."

"Они".

Маг в последний раз посмотрел на туман и на призрачную фигуру в нём, и поспешил прочь. Теперь он знал всё, что должен был знать и не имел права медлить.

Сбылись самые худшие опасения.

Безмолвный призыв огласил землю и лишь только на закате серая кобыла подбежала к магу, давая ему взобраться на себя.

"Мчись что есть сил",- маг склонился к спине той и они понеслись прочь от этих умирающих земель, прочь от тумана и фигур в нём.

Тем временем в Ураване давно не было такого оживления, как сегодня. С великим почётом и радостью встречало одно северное королевство короля другого. Родер Брасьенский со своей свитой въехал в главные ворота на белом коне. Весь путь до дворца его сопровождала ликующая толпа, то и дело слышались радостные возгласы и то было не удивительно: надеждой и покоем наполнялись сердца видя, что нерушима по-прежнему объединенная сила двух королевств и крепка дружба их государей.