Чтение онлайн

– ДА! – отозвались остальные. Брогулио снова улыбнулся.

– Вы не будете разочарованы, – пообещал он. Затем выждал, пока в зале станет тихо и уже мягче добавил: – А нам тем временем необходимо отдать должное ганимейским властителям. – На последнем слове рот Брогулио изогнулся в саркастичной гримасе, что вызвало ухмылки на лицах некоторых из его подчиненных. Он приподнял голову. – ЙЕВЕКС, свяжись через ВИЗАРа с Калазаром и передай, что Эсторду, Вилотт и я просим встретиться с ним по безотлагательному делу.

– Да, ваше превосходительство, – отозвался ЙЕВЕКС. Последовала короткая пауза. Затем ЙЕВЕКС доложил: – ВИЗАР отвечает, что Калазар в данный момент находится на совещании и спрашивает, можно ли повременить с этим вопросом.

– Я только что получил новости первостепенной важности, – возразил Брогулио. – Это дело не может ждать. Передай Калазару мои извинения и сообщи ВИЗАРу, что я настаиваю на немедленной связи с Туриеном. Скажи ВИЗАРу, у нас есть основания полагать, что «Шапирон» стал жертвой катастрофы.

Минута или две прошли в ожидании. Затем ЙЕВЕКС объявил: – Калазар немедленно вас примет.

В Хьюстоне Колдуэлл рассказал Ханту о сети правящей элиты, которая, вероятно, уже несколько столетий незримо действовала по всей планете, ограничивая и контролируя научный прогресс ради сохранения привилегий и продвижения эгоистичных интересов. Попытки сначала расстроить, а затем и вовсе разорвать связь между Землей и Туриеном вполне соответствовали целям и политике подобной организации.

Затем с базы «Маккласки» позвонил взбудораженный Данчеккер и рассказал, что благодаря идеям Карен Хеллер ситуация приобрела совершенно новую глубину. Несколько часов спустя, по прибытии на Аляску, Хант и Колдуэлл узнали о фактах, которые навели Хеллер на мысль, что йевленцы с незапамятных времен вмешивались в технологический прогресс Земли, пока сами наращивали численность, занимались реорганизацией и извлекали пользу из доступа к ганимейским знаниям. Идея оказалась настолько поразительной, что никто и не подумал о возможной связи между двумя наборами фактов, пока из Вашингтона не прибыла Лин, ошарашившая всех новостью о том, что Сверенссен не только поддерживал связь с йевленцами – причем на протяжении многих лет, но и сами йевленцы, судя по обнаруженной ей скульптуре, продолжали как минимум изредка наведываться на Землю. Другими словами, их вмешательство в земную историю отнюдь не ограничивалось далекой древностью; то, что совсем недавно удалось раскрыть Пейси и Соброскину, на деле было лишь частью масштабной операции под контролем йевленцев.

Новости тут же вызвали массу новых вопросов. Был ли Сверенссен всего лишь землянином, вставшим на сторону Йевлена, или настоящим йевленским агентом, внедренным в земное общество под видом шведа, убитого в Африке много лет тому назад? И кем бы он ни был, сколько на Земле других, подобных ему и кто они такие? Почему йевленцы искажали отчеты, изображая Землю более воинственной, чем есть на самом деле? Могли ли они использовать это как предлог, чтобы оправдать перед ганимейцами необходимость в собственной армии – якобы как «меру предосторожности» на случай, если будущая агрессия землян выйдет за пределы Солнечной системы?

И если так, то против кого йевленцы собирались использовать эту силу на самом деле? Против Туриена, чтобы положить конец эре ганимейского владычества – во всяком случае, в их понимании? Или против Земли, чтобы поставить точку в войне, случившейся пятьдесят тысяч лет назад? Если против Земли, то была ли деятельность, которую сеть Сверенссена последние десятилетия вела в направлении стратегического разоружения и мирного сосуществования землян, намеренной уловкой с целью лишить Землю средств обороны, а после захватить, превратив в промышленно-экономический ресурс, а не дымящиеся обломки, которые бы остались на месте планеты, реши земляне оказать сопротивление? И если все это правда, то как йевленцы планировали нейтрализовать Туриен, ведь ганимейцы вряд ли бы стали сидеть сложа руки и просто наблюдать?

У землян накопилось более чем достаточно причин для прямого разговора с ганимейцами, поэтому Калазар решил собрать всех в Туриосе – включая Гарута, Шилохин и Мончара из экипажа «Шапирона». Спустя два с лишним часа монотонной дискуссии их прервал ВИЗАР, объявивший, что объект, подменивший собой «Шапирон», только что был уничтожен. Еще через несколько минут Имарес Брогулио, премьер-министр Федерации Йевленских Планет, обратился к Калазару с просьбой о немедленной встрече.

Хант, который вместе с остальными землянами с «Маккласки» занимал боковую часть комнаты в Правительственном центре Туриоса, напряженно ждал стычки с первыми йевленцами, которых им предстояло увидеть лицом к лицу и которые должны были вот-вот появиться в этой же комнате. Еще одна небольшая группа поодаль состояла из Гарута и двух его спутников с «Шапирона»; наконец, у края комнаты сгрудились Калазар, Исиан, Шаум и еще несколько туриенцев. Казалось, что ганимейцы до сих пор потрясены йевленскими махинациями, которые они не могли представить и в самых смелых фантазиях. Даже Френуа Шаум была вынуждена признать, что без людей с их уникальным умением раскрывать подобные хитрости ганимейцы вряд ли смогли бы докопаться до сути проблемы. Судя по всему, подозрение к чужим мотивам составляет неотъемлемую часть хищнического склада ума, а ганимейцы хищниками никогда не были.

– На Земле есть поговорка: чтобы поймать вора, нужен вор, – заметил Гарут. – Похоже, то же самое верно и здесь: чтобы поймать человека, нужен человек.

– Может, ученые они и первоклассные, но вот юристы из них так себе, – шепнула на ухо Данчеккеру Карен Хеллер. Тот фыркнул и ничего не сказал.

Калазару было любопытно узнать, как далеко йевленцы могли бы зайти в своей лжи, будь у них такая возможность; к тому же он надеялся выудить из них больше информации, прежде чем раскрыть йевленцам то, что знал сам. По этой причине Калазар не хотел сразу же встречаться с йевленцами в присутствии землян и ганимейцев с «Шапирона». Он велел ВИЗАРу вырезать информацию об этих группах из потока данных, который тот передавал ЙЕВЕКСу, а следовательно, и представителям со стороны Йевлена. Это означало, что Хант, Гарут и их спутники будут в каком-то смысле присутствовать на встрече, но при этом останутся совершенно невидимыми для йевленцев. Подобная тактика была вопиющим нарушением этикета и туриенских законов и не имела прецедентов за всю многовековую эксплуатацию ВИЗАРа. Калазар тем не менее признал ее допустимым исключением в свете поведения самих йевленцев. Хант с нетерпением ждал результатов.

– Премьер-министр Брогулио, секретарь Вилотт и научный советник Эсторду, – объявил ВИЗАР.

Хант напрягся. В противоположном от Калазара и туриенцев конце комнаты появились три фигуры. Тот, что в центре, решил Хант, наверняка был Брогулио. Ростом под два метра, с темными, яростно пылающими глазами. Угрожающего вида его лицу добавляла шевелюра густых черных волос и сварливый рот, окруженный короткой, аккуратно подстриженной бородой. На нем был короткий пиджак с золотым отливом поверх мальвовой туники, под которой скрывалась бочкообразная грудь и внушительный торс.

– Что стало с «Шапироном»? – необычайно резким тоном спросил Калазар.

Хант ожидал, что для человека уровня Брогулио более уместным было бы начать встречу с обмена формальностями. Судя по всему, об этом же говорило то мимолетное удивление, которое Хант заметил на лицах двух других йевленцев. Один из них смотрел прямо туда, где сидел Хант, но самого Ханта не видел. Ощущение было довольно странным.

– Прошу прощения за беспокойство, – начал Брогулио. Голос премьер-министра был глубоким и резким, а говорил он довольно чопорным тоном, будто исполнял долг, который требовал от него излишне явной демонстрации чувств. – Только что до нас дошли крайне серьезные новости: корабль бесследно исчез и больше не фиксируется в наших навигационных данных. Остается лишь заключить, что «Шапирон» уничтожен. – Он помолчал и для большего эффекта обвел взглядом присутствующих. – Нельзя исключать, что за этим могла стоять спланированная атака.

Туриенцы долго смотрели на них в ответ, не говоря ни слова. Они не пытались изобразить беспокойство или огорчение… или хотя бы удивление. Пока Брогулио пытался разглядеть реакцию в лицах ганимейцев, в его сознание закрались первые намеки на неуверенность. Все явно шло не так, как он планировал.

Один из двух его спутников, тоже высокий, был облачен в мрачноватую одежду темно-синего и черного цветов. У него были льдисто-голубые глаза, серебристые волосы, которые он носил зализанными назад, и красноватое, немного пухлое лицо. Похоже, что реакция туриенцев не показалась ему чем-то необычным.