Чтение онлайн

– Что здесь будет лет через сто?
– задумчиво произнесла Эльсинора.

– И я о том же самом подумал, - признался он.

– Глянем одним глазком?

– Придется перенастраивать времятрон.

– Ну и что?

– Ничего. Будь по-твоему.
– Симмонс достал из экипажа чемодан.
– Посвети мне, пожалуйста. Хотя, погоди.

Он подошел к кучеру и похлопал по плечу.

– Возвращайся домой. Утром разыщи Дюммеля. Скажи, что я оставил ему письмо на столе в кабинете. Пусть прочтет. Поезжай.

Кучер молча кивнул и тронул лошадей с места.

– А вот и мы, - раздался рядом голос Строганова.
– Не очень замешкались?

– Как раз вовремя.
– Симмонс бросил взгляд на невысокую тоненькую фигурку рядом с машинистом.
– Идите сюда поближе. И ничему не удивляйтесь.

...Они стояли посредине пустынной, озаренной светильниками площади. Вправо и влево уходил очерченный цепочками огней широкий проспект. Прямо перед ними над облицованной камнем трибуной высился монумент.

– В. И. Ленин, - прочитал Строганов.
– Чудно как-то написано: по-русски и не по-русски. Где мы?

– Там же, где и были, - ответил Симмонс, продолжая колдовать над пультом.
– Ровно через сто лет.

Он кончил настройку и выпрямился.

– Смотрите внимательно, Михаил Степанович. Это то самое будущее, за которое вы ратуете. А насчет надписи вы правы: орфография изменилась.

Над многоэтажным зданием, подсвеченное прожекторами, медленно колыхалось в ночном небе алое полотнище знамени. Мелодично пробили полночь куранты. И тотчас зазвучала торжественная мелодия.

– Гимн, - сказала Эльсинора.

– Да, пожалуй, - согласился Симмонс.

Строганов жадно оглядывался по сторонам. В нескольких десятках метров от них прошел ярко освещен. ный изнутри автобус. Их заметили: кто-то высунул руку из окошка и помахал им. Высоко в небе проплыли мигающие огоньки - красный, зеленый и опять красный. Протяжно прогрохотал гром.

– Что это?
– вздрогнула Сона.

– Реактивный самолет, - Эльсинора взяла ее за руку.
– Не надо бояться.

– А что, Михаил Степанович, - озорно блеснул глазами Симмонс.
– Хотите, мы вас навсегда здесь оставим? Ни царя, ни жандармов. Живи на здоровье. Согласны?

– На готовенькое?
– жестко усмехнулся Строганов.
– Нет, господин Симмонс, не согласен.

– Понятно, - Симмонс кивнул. Он и не ожидал другого ответа.
– Тогда в путь-дорогу.

И он щелкнул тумблером.

Начинало припекать не на шутку. Симмонс опять перевернулся на живот и посмотрел в сторону надувного домика. В окнах огнисто поблескивало солнце.

"Разоспалась Эльсинора Прекрасная", - подумал он с нежностью.

– А вот и нет!
– донеслось из палатки.
– Уже встаю!

Пора было уже привыкнуть к этим фокусам, но Симмонс невольно поежился.

– Шеф!
– зарокотали укоризненные раскаты дюммелевского сипловатого баса.
– Мы тут уже давно ждем вас к чаю!

"Это еще что за чертовщина? Откуда он взялся?" - забеспокоился Симмонс.

– Просим к столу, барин!
– на этот раз голос принадлежал Рее.

"Понятно, - усмехнулся Симмонс.
– Вся компания в сборе. Пикник на Арале".

– Опять не угадал!
– Эльсинора выскользнула из домика грация в красном бикини с алой косынкой на волосах. Красная Шапочка почти в чем мать родила, - Просто утренняя разминка.

– И заодно явление Христа народу!
– Он поднялся и пошел навстречу.

– Тогда уж не Христа, а пресвятой девы Марии.

– Дай-ка я тебя поцелую, Мария Магдалина.

От нее веяло свежестью, энергией.

– Можно подумать, что ты и не спала вовсе.

– Я и не спала. Кто бы иначе выключил силовое поле, когда тебе взбрело на ум уйти и оставить меня одну?

– А, ч-черт! Мог бы и сам догадаться.
– Он подхватил ее на руки и зашагал к морю.
– Страшное дело иметь жену-колдунью.

– Не колдунью, а ясновидицу!
– возразила она, смеясь. Это не одно и тоже.

– Что в лоб, что по лбу.
– Под ногами заплескалась теплая, нагретая солнцем вода.
– Не успею подумать, как ты уже все знаешь.

– Подумай, прежде чем подумать!
– скаламбурила она.
– Как тебе спалось?

– Превосходно.

– Мне тоже. И что нам мешало выбраться сюда пораньше?

– Многое.
– Он поставил ее на ноги.
– Пожалуй, я просто не был готов к этому.

– К чему - "этому"?
– насторожилась она.

– К этой форме общения с тобой.

– Знаешь, я тебя боюсь. Иногда ты бываешь дремуче наивен, а иногда невозможно угадать, что ты подумаешь в следующую минуту.

– Должен же и у меня быть хоть какой-то козырь!
– рассмеялся он.
– Скажи, там у вас, в тридцатом веке, все такие, как ты?

– Какие "такие"?

– Ну, экстрасенсы и все прочее.

– Нет, - она нагнулась и зачерпнула ладонью воду.
– Наблюдателей подбирают специально и потом долго готовят. А в принципе, чем ближе к истокам, тем больше людей, наделенных экстраординарными способностями. Вспомни, сколько было ведьм и колдунов в средние века.

– И при царице Савской.

– Не было такой царицы!

– А кто был?

– Никого не было!
– Она рывком наклонилась и плеснула в него водой.
– Всегда, во все времена были только ты и я! Ты и я! Ты и я! Понятно?

– Понятно, - расхохотался он, закрываясь руками и отчаянно жмурясь.

Час спустя, накупавшись всласть, слегка ошалевшие от воды, солнца и ветра, они позавтракали кофе с бутербродами и, натянув полосатый тент, блаженно разлеглись на горячем песке.

Ветер дул гораздо сильнее, чем утром, невысокие длинные волны бесшумно набегали на песок и откатывались, оставляя белую, стремительно тающую полоску пены.

– Я бы на твоем месте давно изошла вопросами, - призналась Эльсинора.

– Как ни странно, я как раз подумал о том же.

– О чем?

– О том, что неплохо бы поменяться с тобой местами.

– Ты хочешь, чтобы вопросы задавала я?

Он кивнул:

– И сама же на них отвечала.

– Однако!
– Она взглянула на него через плечо, улыбнулась.

– Так будет лучше, - сказал он.
– Говори, что считаешь нужным. Не говори, о чем не хочешь.

– Ну что ж...
– Она помолчала, думая, с чего начать. Наверное, тебя интересует, кто такие наблюдатели и что они должны делать?