Чтение онлайн

Он продолжал:

The aims of these three groups are entirely irreconcilable.

Цели этих трех групп совершенно несовместимы.

The aim of the High is to remain where they are.

Цель высших -- остаться там, где они есть.

The aim of the Middle is to change places with the High. The aim of the Low, when they have an aim--for it is an abiding characteristic of the Low that they are too much crushed by drudgery to be more than intermittently conscious of anything outside their daily lives--is to abolish all distinctions and create a society in which all men shall be equal.

Цель средних -- поменяться местами с высшими; цель низших -- когда у них есть цель, ибо для низших то и характерно, что они задавлены тяжким трудом и лишь от случая к случаю направляют взгляд за пределы повседневной жизни, -- отменить все различия и создать общество, где все люди должны быть равны.

Thus throughout history a struggle which is the same in its main outlines recurs over and over again.

Таким образом, на протяжении всей истории вновь и вновь. вспыхивает борьба, в общих чертах всегда одинаковая.

For long periods the High seem to be securely in power, but sooner or later there always comes a moment when they lose either their belief in themselves or their capacity to govern efficiently, or both.

Долгое время высшие как будто бы прочно удерживают власть, но рано или поздно наступает момент, когда они теряют либо веру в себя, либо способность управлять эффективно, либо и то и другое.

They are then overthrown by the Middle, who enlist the Low on their side by pretending to them that they are fighting for liberty and justice.

Тогда их свергают средние, которые привлекли низших на свою сторону тем, что разыгрывали роль борцов за свободу и справедливость.

As soon as they have reached their objective, the Middle thrust the Low back into their old position of servitude, and themselves become the High.

Достигнув своей цели, они сталкивают низших в прежнее рабское положение и сами становятся высшими.

Presently a new Middle group splits off from one of the other groups, or from both of them, and the struggle begins over again.

Тем временем новые средние отслаиваются от одной из двух других групп или от обеих, и борьба начинается сызнова.

Of the three groups, only the Low are never even temporarily successful in achieving their aims.

Из трех групп только низшим никогда не удается достичь своих целей, даже на время.

It would be an exaggeration to say that throughout history there has been no progress of a material kind.

Было бы преувеличением сказать, что история не сопровождалась материальным прогрессом.

Even today, in a period of decline, the average human being is physically better off than he was a few centuries ago.

Даже сегодня, в период упадка, обыкновенный человек материально живет лучше, чем несколько веков назад.

But no advance in wealth, no softening of manners, no reform or revolution has ever brought human equality a millimetre nearer.

Но никакой рост благосостояния, никакое смягчение нравов, никакие революции и реформы не приблизили человеческое равенство ни на миллиметр.

From the point of view of the Low, no historic change has ever meant much more than a change in the name of their masters.

С точки зрения низших, все исторические перемены значили немногим больше, чем смена хозяев.

By the late nineteenth century the recurrence of this pattern had become obvious to many observers.

К концу XIX века для многих наблюдателей стала очевидной повторяемость этой схемы.

There then rose schools of thinkers who interpreted history as a cyclical process and claimed to show that inequality was the unalterable law of human life.

Тогда возникли учения, толкующие историю как циклический процесс и доказывающие, что неравенство есть неизменный закон человеческой жизни.

This doctrine, of course, had always had its adherents, but in the manner in which it was now put forward there was a significant change.

У этой доктрины, конечно, и раньше были приверженцы, но теперь она преподносилась существенно иначе.

In the past the need for a hierarchical form of society had been the doctrine specifically of the High.

Необходимость иерархического строя прежде была доктриной высших.

It had been preached by kings and aristocrats and by the priests, lawyers, and the like who were parasitical upon them, and it had generally been softened by promises of compensation in an imaginary world beyond the grave.

Ее проповедовали, короли и аристократы, а также паразитировавшие на них священники, юристы и прочие, и смягчали обещаниями награды в воображаемом загробном мире.

The Middle, so long as it was struggling for power, had always made use of such terms as freedom, justice, and fraternity.

Средние, пока боролись за власть, всегда прибегали к помощи таких слов, как свобода, справедливость и братство.

Now, however, the concept of human brotherhood began to be assailed by people who were not yet in positions of command, but merely hoped to be so before long.

Теперь же на идею человеческого братства ополчились люди, которые еще не располагали властью, а только надеялись вскоре ее захватить.

In the past the Middle had made revolutions under the banner of equality, and then had established a fresh tyranny as soon as the old one was overthrown.

Прежде средние устраивали революции под знаменем равенства и, свергнув старую тиранию, немедленно устанавливали новую.

The new Middle groups in effect proclaimed their tyranny beforehand.

Теперь средние фактически провозгласили свою тиранию заранее.

Socialism, a theory which appeared in the early nineteenth century and was the last link in a chain of thought stretching back to the slave rebellions of antiquity, was still deeply infected by the Utopianism of past ages.