Чтение онлайн

Winston loathed this exercise, which sent shooting pains all the way from his heels to his buttocks and often ended by bringing on another coughing fit.

Уинстон ненавидел это упражнение: ноги от ягодиц до пяток пронзало болью, и от него нередко начинался припадок кашля.

The half-pleasant quality went out of his meditations.

Приятная грусть из его размышлений исчезла.

The past, he reflected, had not merely been altered, it had been actually destroyed.

Прошлое, подумал он, не просто было изменено, оно уничтожено.

For how could you establish even the most obvious fact when there existed no record outside your own memory?

Ибо как ты можешь установить даже самый очевидный факт, если он не запечатлен нигде, кроме как в твоей памяти?

He tried to remember in what year he had first heard mention of Big Brother.

Он попробовал вспомнить, когда услышал впервые о Старшем Брате.

He thought it must have been at some time in the sixties, but it was impossible to be certain.

Кажется, в 60-х... Но разве теперь вспомнишь?

In the Party histories, of course, Big Brother figured as the leader and guardian of the Revolution since its very earliest days.

В истории партии Старший Брат, конечно, фигурировал как вождь революции с самых первых ее дней.

His exploits had been gradually pushed backwards in time until already they extended into the fabulous world of the forties and the thirties, when the capitalists in their strange cylindrical hats still rode through the streets of London in great gleaming motor-cars or horse carriages with glass sides.

Подвиги его постепенно отодвигались все дальше в глубь времен и простерлись уже в легендарный мир 40-х и 30-х, когда капиталисты в диковинных шляпах-цилиндрах еще разъезжали по улицам Лондона в больших лакированных автомобилях и конных экипажах со стеклянными боками.

There was no knowing how much of this legend was true and how much invented.

Неизвестно, сколько правды в этих сказаниях и сколько вымысла.

Winston could not even remember at what date the Party itself had come into existence.

Уинстон не мог вспомнить даже, когда появилась сама партия.

He did not believe he had ever heard the word Ingsoc before 1960, but it was possible that in its Oldspeak form--'English Socialism', that is to say--it had been current earlier.

Кажется, слова "ангсоц" он тоже не слышал до 1960 года, хотя возможно, что в староязычной форме -- "английский социализм" -- оно имело хождение и раньше.

Everything melted into mist.

Все растворяется в тумане.

Sometimes, indeed, you could put your finger on a definite lie.

Впрочем, иногда можно поймать и явную ложь.

It was not true, for example, as was claimed in the Party history books, that the Party had invented aeroplanes.

Неправда, например, что партия изобрела самолет, как утверждают книги по партийной истории.

He remembered aeroplanes since his earliest childhood.

Самолеты он помнил с самого раннего детства.

But you could prove nothing.

Но доказать ничего нельзя.

There was never any evidence.

Никаких свидетельств не бывает.

Just once in his whole life he had held in his hands unmistakable documentary proof of the falsification of an historical fact.

Лишь один раз в жизни держал он в руках неопровержимое документальное доказательство подделки исторического факта.

And on that occasion—

Да и то...

'Smith!' screamed the shrewish voice from the telescreen. '6079 Smith W.!

– - Смит!
– - раздался сварливый окрик.
– Шестьдесят -- семьдесят девять, Смит У.!

Yes, YOU!

Да, вы!

Bend lower, please!

Глубже наклон!

You can do better than that.

Вы ведь можете.

You're not trying.

Вы не стараетесь.

Lower, please! THAT'S better, comrade.

Ниже! Так уже лучше, товарищ.

Now stand at ease, the whole squad, and watch me.'

А теперь, вся группа вольно -- и следите за мной.

A sudden hot sweat had broken out all over Winston's body.

Уинстона прошиб горячий пот.

His face remained completely inscrutable.

Лицо его оставалось совершенно невозмутимым.

Never show dismay!

Не показать тревоги!

Never show resentment!

Не показать возмущения!

A single flicker of the eyes could give you away.

Только моргни глазом -- и ты себя выдал.

He stood watching while the instructress raised her arms above her head and--one could not say gracefully, but with remarkable neatness and efficiency--bent over and tucked the first joint of her fingers under her toes.

Он наблюдал, как преподавательница вскинула руки над головой и -- не сказать, что грациозно, но с завидной четкостью и сноровкой, нагнувшись, зацепилась пальцами за носки туфель.

' THERE, comrades! THAT'S how I want to see you doing it.

– - Вот так, товарищи! Покажите мне, что вы можете так же.

Watch me again.

Посмотрите еще раз.

I'm thirty-nine and I've had four children.

Мне тридцать девять лет, и у меня четверо детей.

Now look.' She bent over again. 'You see MY knees aren't bent.

Прошу смотреть.
– - Она снова нагнулась.
– Видите, у меня колени прямые.

You can all do it if you want to,' she added as she straightened herself up. 'Anyone under forty-five is perfectly capable of touching his toes.