Чтение онлайн

Но ничего не получалось. Истомин всё равно смотрел мимо, сквозь меня…

– Ты ж бросил! – из больницы вышел сутулый дежурный врач с приёмного покоя и достал зажигалку с сигаретами.

– Бросил. – Ответил Валентин Васильевич и невнятно добавил: – Это так…

Из оборвавшейся фразы было не совсем ясно, о чём он, и потому сутулый коллега уточнил:

– Из-за Иришки?

– Да нет. – Щурясь от сигаретного дыма, что лез в глаза, пожал плечами Истомин и привалился плечом к стене.
– Чертовщина какая-то…

Сутулый понимающе кивнул, а потом дал дельный совет:

– В отпуск тебе надо…

Истомин многозначительно покивал, соглашаясь с коллегой, а потом внезапно, когда я совсем этого не ожидала, посмотрел мне прямо в глаза…

Мне не спалось.

Как ни пыталась – не получалось. Словно до этого дня я была не таким осознанным духом, каким стала теперь. Отныне мне не требовался сон, но я отчаянно что-то искала. Не знаю, что именно, но мне и правда казалось, что не просто так мы не покидаем мир живых, но и не возвращаемся в него. Нужно было что-то сделать, что-то важное, но вот что именно…

Гонимая желанием найти ответы и невозможностью это сделать, я отправилась бесцельно бродить по сумеречному городу. Тёплая ночь располагала к прогулкам, и потому прохожих стало ещё больше, чем когда мы с Лёней добирались до больницы.

У меня всё стоял перед глазами Истомин. Как бы хотелось знать, видел ли он нас или лишь чувствовал присутствие...

За раздумьями и созерцанием неспящего города я сама не заметила, как оказалась в районе нашей съёмной квартиры. Было уже совсем не темно на улице, но так поздно (или, наоборот, рано), что народу совсем не попадалось мне на пути. Так ушла в свои мысли, что не сразу заметила, как стало малолюдно. Это порадовало меня. Раньше я бы ощущала себя неуютно на пустынных улицах, но сейчас… Никто не видит, не слышит – можно бродить, где угодно и заходить в любые квартиры, вот только тянуло лишь в одну – к Саше. Иногда становилось даже жаль, что он способен меня ощущать. Нет ни единого шанса понаблюдать за ним, полюбоваться со стороны…

Остановилась у канала, в котором тёмная вода шла рябью, и это вселяло какую-то тревогу. Ещё и кроны некрасиво обкромсанных лип шумели как-то неспокойно, усиливая тревожные ощущения.

– Привет, Дарин! – раздался позади меня голос Майского, и я обернулась, подскочив от неожиданности. – Прости. Напугал? – улыбнувшись, поинтересовался он.

Я не сразу ответила, поскольку поймала себя на том, что все неприятные ощущения мигом отступили, стоило увидеть этого парня и его улыбку.

– Да, немного, - в ответ улыбнулась и вздохнула в попытке выровнять дыхание, ведь я знала, что оно должно было сбиться, и потому оно сбилось: - Ещё как напугал, если честно. Уже привыкла, что никто меня не видит… И тут ты...

Мы смотрели друг на друга, не веря, что такая встреча возможна.

– Ты одна? – удивился он так, словно Сыроежкин был моим постоянным приложением, и его отсутствие казалось удивительным и непостижимым.

– Да. – Ответила я и добавила не совсем уместно: - Ночь же, мы не вместе спим…

– Ясно, - усмехнувшись, ответил Саша. – Что ж… пойдём ко мне?

Такое предложение меня озадачило. Да, мне очень хотелось пойти с ним, но… он – единственный, кто может ко мне прикоснуться, и потому единственный, с кем мне небезопасно оставаться наедине, но в то же время так хочется ощутить снова его руки...

– Пойдём, - немного подумав, ответила я.
– Только я не сказала Лёньке, где буду...

– Думаю, он догадается, - пожал плечами Саша.
– Или много мест, куда ты могла отправиться?

– Нет, не много, но... Мало ли, он подумает, что я... ну...
– начала, а потом подумала: он в больнице, так что легко сможет убедиться, что я жива, и всё в порядке.
– Забей.

Саша расстегнул и стянул с себя толстовку, а затем наивно попытался набросить её мне на плечи, проявляя заботу. Наверно, это было оправдано: будь я жива, сейчас прохладный ветер холодил бы мою кожу, и она покрывалась бы точно такими же мурашками, как сейчас покрывалась у оставшегося в футболке Саши.

Но его толстовка прошла сквозь меня, и парень, пытаясь удержать её, коснулся пальцами моих плеч и тут же смутился, быстро надевая толстовку обратно на себя:

– Прости, я совсем забыл...

– Это приятно, - улыбнулась я грустно.
– Приятно, что для тебя я живой человек.

– Ещё какой живой!
– подтвердил Саша и, засмеявшись, приобнял меня за плечи.
– И, по моим представлениям о жизни, ты мёрзнущий человек! Так что, если не против...

"Если не против" прозвучало довольно мило, поскольку его рука уже обхватила мои плечи и притянула к тёплому сильному телу. Надо было бы смутиться, но я обрадовалась, поскольку подобное внимание от Майского было желанным, и я с удовольствием принимала его заботу.

Жаль, до дома идти предстояло недалеко... Зато я острее и с трепетом ощущала каждый миг: прикосновения, дыхание, улыбку...

Каждый шаг приближал нас к дому и уменьшал то недолгое время, что мы можем вот так идти по ночному городу - в обнимку и совершенно одни, словно весь город и весь мир сейчас принадлежат только нам, и мы должны чувствовать максимально ярко, чтобы ничего не упустить.

Я так нервничала и одновременно была так счастлива... Наверно, мой первый поцелуй был менее эмоционален, чем эти триста метров до многоэтажки. То, что я чувствовала на плечах Сашину руку – это само по себе в нынешних условиях было удивительно прекрасным, но я была уверена, что происходи всё и в обычной жизни, я бы испытала такие же чувства, ничуть не менее яркие, чем сейчас.

Возможно, я сама себе всё придумывала, и в этом прикосновении не было и не могло быть никакого романтического подтекста, но когда парень нравится так сильно, как мне нравился Саша, то романтику видишь абсолютно во всём.

Неумолимо приближаясь к дому, я начинала волноваться, и радость ускользала. Я пыталась как-то задержать её, сосредоточиться на ней, но тщетно. Всё-таки, счастье – это сложное чувство, которое просто так не вызовешь и не заставишь себя искренне улыбаться без причины.

Мне в голову стали лезть ненужные мысли, я стала искать какой-то подвох.

Не верилось, что Саша так запросто прикасался ко мне. А ведь у него Маша есть! И ведь он говорил ей, что он "не такой".

– Не ожидала от тебя, - призналась я, когда мы заходили в парадную, но в ответ Саша посмотрел на меня так удивлённо и миролюбиво, что я не смогла на этот вопросительный взгляд упрекнуть его и просто сказала: - Спасибо.

Он пропустил меня, открыв дверь, но сделал это осознанно, а не как с толстовкой. Он помнил, что я дух, но не собирался акцентировать на этом внимание.

– Как Маша? – поинтересовалась я, пока мы поднимались по лестнице.

– Нормально, - пожал плечами парень. – Дома у себя она. Кажется, сегодня я здорово испортил ей вечер…

Он сказал об этом не печально, а ровно, просто констатируя факт, а потом достал телефон и сказал задорно:

– Сейчас покажу, как ещё ту фотку со мной и Мариной переделал народ.

– Давай! – обрадовалась я, и мы стали рассматривать творчество местных приколистов.

Сейчас всё это смотрелось забавно, и мы могли от души повеселиться, не опасаясь укоризненных взглядов Маши, которая не одобряла Сашино поведение. Так что теперь, ухохатываясь над фотографиями, мы поднимались вверх, комментируя и качество исполнения артов с Сашиным участием, и оригинальность идеи.