Чтение онлайн

– Послушаем, что они сами скажут в свое оправдание, - ответил Президент.
– Это не настоящий судебный процесс. Я только хочу понять, что, черт возьми, случилось - и выяснить, не виной ли тому именно черт.

– Или всего лишь бес глупости, - вставил я.

Президент посмотрел в мою сторону. Но я привык так вести себя с его предшественником, который готов был выслушать и младенца, если тому хватало ума говорить. Этот новый товарищ приехал из другого штата, но он был наставником старого Президента, мир праху его.

– Вы позволили себе грубость, - отчеканил Президент, - но, возможно, вы правы. Скажите, капрал Таггарт, что заставило вас, облеченного ответственностью командира, вещать на весь мир из нашей радиорубки?

– Да как сказать...
– Флай покраснел словно рак.
– Я думал, что должен это сделать.

– А с чего это вы так удивляетесь?
– возмутилась девушка.
– Почему мы не должны были связываться с нашим командиром? Мы только что вернулись с задания. Чего еще вы могли от нас Ожидать?

На миг я испугался, что с Президентом случится удар. Все присутствующие в раздражении повернулись к Флаю: неужели он не может держать в рамках женщину? Свою подчиненную?

Таггарт был не дурак и быстро нашелся.

– Арлин устала и расстроена - вы знаете, как это бывает с особами дамского пола.

Теперь пришел черед Арлин залиться краской. Она в ярости хватала ртом воздух, словно хотела сказать что-то убийственное, но не могла найти слов. В конце концов она сжала губы, мудро решив промолчать.

"Покорное слово гнев укрощает", - гласит пословица, и еще: "Когда дурак умен бывает? Когда молчит".

Президент.

– Мисс Сандерс...

– Рядовой Сандерс, если вам угодно, - сказала девушка дрожащим голосом, выдавая бушующие чувства.

Ее рыжие волосы полыхали, как горящий дом, составляя яркий контраст с зелеными глазами.

– Могу ответить на ваше "почему", рядовой Сандерс. Потому что вооруженные силы бывших Соединенных Штатов, сверху донизу, примкнули к армии демонов. Наше правительство капитулировало... сдалось, если говорить прямо, две недели назад.

– Не может быть! Все, кто угодно, но не морская пехота.

– И пехота в том числе, - мягко возразил Президент.

Резкий переход от громогласного гнева к тишине и спокойствию добавил ему значительности, приличествующей званию. Должен признать, что все-таки этот человек отмечен Божественной благодатью, сам Господь говорит его устами, когда считает нужным.

– Вы понимаете, что вы натворили?
– спросил епископ. То, что вы вышли в эфир, само по себе взято на заметку. Но прямо так выложить силам тьмы, где мы находимся! Это превосходит всякое понимание!

– Не спорю, возможно, мы допустили ошибку. Но ведь враги наверняка и так знают, что здесь очаг сопротивления.

"Не рой себе еще глубже могилу, Флай", - приговаривал про себя я. Однако на лице моем не дрогнул ни один мускул: нет нужды привлекать внимание судей к попытке обвиняемого увильнуть от ответственности.

– Но капрал, - тишайшим, не предвещавшим ничего хорошего голосом произнес Президент, - они не знали, что вы здесь. Если вы по-прежнему продолжаете утверждать, что вы и ваша... напарница расправились с дивизией, пытавшейся захватить Деймос, то не думаете ли вы, что навлекли на себя особый гнев, гнев, направленный теперь на нас? Возможно, они считают вас противником номер один? Это не приходило вам в голову?

Флай молчал. И правильно делал. Молчала и Арлин.

Я пригляделся к ней. Она вовсе не уродка, хотя чего ожидать от женщины-пехотинца? За три года действительной службы мне еще ни одна стоящая не попалась. А эта - крепкая девушка, но никак не гладиатор.

И женские прелести - грудь и бедра - весьма привлекательные. Из нее получится хорошая, здоровая жена, способная выносить многих детей и бороться с тяготами осадной жизни. Я почти видел Арлин в дверях дома с ребенком на руках и еще обнаженной на кровати - в ожидании меня...

Ух! Меня как молотком долбануло по голове. О чем ты думаешь, безбожный грешник! И где - в присутствии представителя самого Иисуса Христа!

Я стал быстро-быстро повторять про себя строки из Библии и Книги Мормона и так увлекся, что полностью отключился и от процесса, и от мисс Сандерс.

Когда я очухался, Флай с Арлин уже с просветленными, смиренными лицами горько раскаивались в содеянном, вновь нащупывая пути к Господу. Гордыня и высокомерие были наказаны - во всяком случае, на данный момент.

Президент тяжело вздохнул.

– Идите и не совершайте больше глупостей, - напутствовал он их.
– И готовьтесь к нападению, ибо оно непременно последует через час или два.

Он кивнул епископу, который как Генерал воинства Божия нес главную ответственность за подготовку обороны. Про себя я все знал: мы с Джерри распределены на позиции у дамбы к западу от города вместе с двумя тысячами других богатырей.

Внезапно у меня возникла идея.

– Господин Президент, - позвал я, и Президент обернулся, задержавшись в дверях.
– Сэр, хочу предложить направить Таггарта и Сандерс в мой отряд.

Он хмуро уставился на меня, и мне стало не по себе.

– Какие для этого основания? Мы дали им шанс, но они прошляпили его.

– Вот именно поэтому, сэр. Позвольте им искупить вину. Они поставили под угрозу жизни праведных людей, так разрешите им по крайней мере встать бок о бок с этими людьми и точно так же рисковать собственными жизнями. Пусть они обретут покой.

Посмотрев на Флая и мисс Сандерс, я с облегчением увидел на их лицах благодарность. Я не ошибся насчет них: они сглупили, да, но у них была совесть, и они, наверное, чувствовали себя, как дети, заигравшиеся в жестокую игру и случайно убившие любимую собачку.

Президент отличался суровым нравом, но был справедлив - иначе Господь не позволил бы ему стать Президентом Совета двенадцати: у Отца нашего есть способы сообщать о Своем волеизъявлении.

– Боюсь, вы слишком снисходительны, Альберт, - покачал головой Президент, - однако вы знаете их лучше, чем ктолибо еще. Я согласен при условии, что позволит командир.

– Он позволит, - злорадно улыбаясь, заверил епископ.

Меньше чем через полчаса мы уже находились на оборонительных позициях. Я проследил за тем, чтобы Флаю и мисс Сандерс выдали оружие - пусть знают, что мы все еще верим им. Это входило в воспитательную работу.