Адмирал моего сердца, или Жена по договору
Шрифт:
— Мы услышали твой зов, повелительница, — раздался его густой и глубокий голос, пронизывающий насквозь даже стены. — Мы — твой легион. Мы — твоя сила. Мы — твоя месть. Изъявляй свою волю. Мы ждём твой приказ.
Звучало более чем величественно и проникновенно. Я вот точно прониклась. Прониклись и все остальные. Застыли в благоговейном ужасе.
А я что?
У меня возникла новая проблема!
Одно дело — пригрозить силой Тёмного легиона какому-то полуголому хмырю, вторгшемуся в твою спальню, и совсем другое, когда хмырей стало неожиданно больше! Аж в семь раз! А может и все девять, я пока ещё точно не определила, какую роль во всём этом играли Изабель и Розали. Им тоже больше не было веры.
А пока я судорожно соображала, как же теперь быть…
— Лорд Грейстоун? — пришла в себя первой леди Райхштадт.
Бывшей фаворитке моего мужа хоть и заметно взбледнулось, но голос прозвучал предельно ровно, и даже с капелькой изумления. Как если бы она и правда совершенно случайно проходила мимо, не менее случайно встретив давнего друга.
В моих новых покоях. Практически спальне. Полураздетого.
Что сказать, идеальный план!
Был бы.
Но я, как представила всё то, что следовало по её разумению дальше, так и… толкнула во тьму лорда Грейстоуна — он же полуголый светловолосый бесстыжий извращенец. Нет, не со зла. Чтоб позвавшая его баронесса так сразу нас вдвоём не запалила.
— Ам… — только и успел раскрыть рот он.
Толчок вышел удачным. Светловолосый лорд ничего такого от меня не ожидал, поэтому очень удивился, когда с моей подачи его впечатало в ближайшую стену. Аккурат в ту, которая находилась за распахнутыми в покои дверьми. Не менее удачно пряча его от сторонних глаз. Ему такое применение силы с моей стороны, разумеется, не понравилось. Но стоило лорду Грейстоуну вернуть себе равновесие и рвануть обратно ко мне с самым свирепым и многообещающим видом, как Левый и Правый, ощутив агрессию, тут же ощетинились, бросившись на него.
Наконец-то!
Или нет…
Я ж не знала, что у них в наличии всего один-единственный метод разбирательств с проблемами. Сразу радикальный.
Гостиную наполнил душераздирающий вопль!
Вопил корчащийся в предсмертных муках лорд Грейстоун так звонко, что меня этими воплями практически оглушило.
Да что там меня…
Все девять свидетелей моего случившегося грехопадения (я про непреднамеренное убийство) дружно покинули коридор, перешагнув границу гостиной. То ли на помощь лорду Грейстоуну собирались броситься, то ли просто до кучи ещё и на это поглазеть… Разбираться не стала.
Не до того!
Драгоценные мгновения, пока вокруг царила полнейшая неразбериха, я использовала, кинувшись в ровно противоположном направлении ото всех. В отличие от своенравных тенебрисов, добивающих моего горе-обидчика, Тёмный легион гордо и молчаливо ждал мой приказ. Я и приказала:
— Двери. Закрыть.
— Твоя воля — наш долг.
Ещё один резкий порыв ветра, и те действительно захлопнулись. Да с такой силой, что чуть в стену намертво не впаялись. Зато теперь их точно было просто так не открыть. К тому же, чуть подумав, я добавила:
— Пусть никто оттуда не выйдет.
Призрачные воины тут же встали перед входом в покои безмолвной непроницаемой стеной.
Ну а что?
Зато хоть какое-то решение проблемы! Если не смогут оттуда выйти, то не смогут и на меня донести. Логично же, ну?
Осталось придумать, как раз и навсегда заставить их замолчать. Оставив при этом в живых, конечно.
Может, всё-таки попросить помощи у того же императора?..
Мучаясь этой дилеммой, я прислонилась плотнее к захлопнувшимся за мной дверям. Прислушалась. Ничего не услышала. То ли потому что звукоизоляция тут была отменная, то ли потому, что с той стороны и правда всё затихло.
— Левый, — позвала тихонько. — Левый, вернись, а?
Почему именно он, а не Правый? Он добрее выглядел.
— Левый, а давайте вы всё-таки не будете убивать лорда извращенца? Ну, пожалуйста? Он, конечно, извращенец и вообще мне не нравится, но как мы потом перед Аэданом оправдываться за это будем? Он же непременно спросит с нас, за что мы его так, — попросила следом жалостливо.
И чуть на месте не подпрыгнула, когда сквозь щель под дверью просочился тот, к кому я взывала. Нет, не от испуга. От неожиданности. Хотя сердце всё равно застучало громче и чаще. Приложив ладонь к груди, я развернулась лицом к своему парящему в воздухе бесплотному стражу и аккуратно уточнила:
— Это значит, он ещё жив?
Тенебрис вполне ожидаемо… промолчал. Я и не ожидала от него никакой речи. Но хоть бы знак какой подал. А он не только не подал, чуть погодя к Левому присоединился и Правый. Теперь они бессовестно игнорировали меня вдвоём.
Но что-то я отвлеклась от своей основной проблемы!
Хотя, мысль об этом, как вспыхнула в моей голове, так и застыла. Застыла и я сама, едва отвела взгляд от Левого и Правого.
Тёмный легион оказался немалым!
Настолько, что заполнил собой весь коридор. И не только его, кажется. По крайней мере, конца и края не было видно их строю.
— А сколько вас всего? — развернулась я к их командиру.
— Имя и счёт нам легион! — провозгласил он гордо и сурово.
Не сказать, что стало понятнее. Зато я вспомнила, что само понятие легион — это когда много, очень-очень много. На том же древнерусском, например, это равнялось значению в сто тысяч.
Сто, чтоб меня, тысяч!
Что сказать…
— Упс, — протянула я уныло, с содроганием представляя, насколько в “восторге” сейчас, должно быть, императрица.
А уж император, с его-то нравом!
С другой стороны, он же сам мне подарил этот артефакт.
Точно!
Если что, это Адриан виноват, что теперь во всём дворце плохо работало освещение, а день стал ночью. И, походу, не только во дворце. За высокими стрельчатыми окнами в коридоре тоже царила изредка разбавляемая магическими проблесками темень.
Зато вопрос с тем, стоило ли звать на помощь императора, быстренько отпал. Его вечно гневающееся величество, похоже, скоро сам меня найдёт, учитывая сложившиеся обстоятельства.
И что-то окончательно уже расхотелось мне с ним видеться…
Хорошо, и не пришлось.
— Пресвятые, Сиенна! — разнеслось громким и взволнованным от Зои.
Девушка, подобрав юбки, неслась по коридору на полном ходу, прямо сквозь строй моего легиона, который, к слову, это не особо одобрял, хотя и бездействовал. Больно уж зловеще каждый раз позвякивали их доспехи, щиты и оружие.
— Пресвятые, Сиенна, с тобой всё в порядке? — остановилась она, запыхавшись.
Судя по последнему, бежала она долго. Не менее торопливо и спешно она принялась шарить по мне оценивающим взглядом в поисках того, что выдавало бы моё истинное состояние.