Чтение онлайн

— Ну, а теперь скажи мне, чем ты отличаешься от злобных Шардов? — довольно заржал препод.

— Они дьявольски сильнее, — немного подумав, признал Файл.

— Вот! — торжественно подхватил Старик. — Шарды знают все помыслы узников. В свои скрижали они терпеливо заносят все преступления и подвиги. Но заглядывают в них только при «переходе». Вот тогда и воздастся всем по заслугам— кому подняться, кому упасть.

— Зоны отличаются уровнем комфортности, — наконец — то догадался Файл. — При «переходе», велик риск приблизиться к Аду. Наверное, есть настоящий Ад? — почему — то шёпотом, спросил Файл.

— Ещё как есть, — тоже шёпотом, обнадёжил учитель.

— И каков он— настоящий Ад?

— Ад многолик. — Старик широко простёр костлявые руки. — Бескрайние ледовые поля и колючие вьюги, море раскалённого песка и пыльные бури, голые скалы и клокочущие вулканы— всё это Ад. Но самое мерзкое там— это населяющие его живые твари. Ведь, помимо соседа садиста, тебя там радушно встретит сонм ядовито — зубастых гадов, тучи москитов, полчища термитов, мухи, пауки, кусающиеся тараканы. — Старик зябко передёрнул плечами, вспомнив адскую нечисть. — Одно успокаивает— дифференцированный срок заключения. Чем ниже опускаешься, тем меньше становится срок. В Аду он тает, как снег под жарким солнцем. Но для узника год на уровне Ада покажется вечностью. Боль— постоянный спутник грешника, скрыться от неё нельзя. С ума сойти невозможно. Постоянно умирая, только блуждаешь по кругам Ада— вырваться суждено лишь, испив до дна горькую чашу скорби.

— Жутковатая картина, — тоже зябко поёжился Файл. — Не хотелось бы «загреметь» на самое дно.

— Ты, малявка, при всем желании не сможешь этого сделать, — обнадёжил Старик— Грехов за тобой, что у пичужки дерьма. Максимум на два — три уровня вниз сползёшь.

— А подняться могу? — качнулся вперёд Файл.

— Легко, — махнул дланью Старик. — Не греши лет десять, умри, защищаясь— и досидишь остаток лет на океанском острове, с дивной флорой и фауной, в тепле и покое.

— Радикальнее способ есть?

— Соблюдай заповеди божественных Шардов, геройствуй почаще, — предложил альтернативный вариант учитель.

— Второе мне ближе, но вот насчёт заповедей… как — то не очень, — засомневался в чуде набожности Файл. — Попроще можно?

— Но не легче. Мало кто идёт таким путём, — с сомнением глядя на зелёного, медленно процедил Старик.

— Трудности меня не страшат, — вздёрнул подбородок юноша.

— Здесь чёткая градация зон по срокам заключения, — начал издалека Старик. — Всего тысяча уровней. Каждый отделён дикой местностью. Можно играть по стандартным правилам, а можно на них плевать— ход за тобой.

— Значит, у нас есть выбор: идти вместе с толпой по ручью в центр уровня, или повернуть против течения и ломиться сквозь дикую чащу к лучшей жизни? Но ведь это почти побег?

— С планеты пешком не сбежишь, — тяжело вздохнул Старик. — Однако мудрые Шарды ничем не ограничивают свободу узника в пределах темницы. Но за всё надо платить: слезами, потом и кровью— другой валюты нет. Мерило жизни— срок узника. Беспристрастные Шарды лишь скрупулёзно отсчитывают песчинки времени и бросают их на разные чаши весов.

— И сколько совков они мне накидают за «рывок» с уровня? — сразу решил прицениться Файл.

— Досыпят год за каждый переход.

— В абсолюте, если самому «рвануть» из глубины Ада на райские острова, то добавят тысячу?

— Ты забыл про вторую чашу весов, — хитро подмигнул учитель. — Твои муки и подвиги во время перехода тоже будут оценены по достоинству.

— Тогда в чём подвох? Почему люди не рвутся к лучшей жизни.

— Нет гарантий, — развёл руками Старик. — У кормушки Шардов спокойнее и сытнее. Каждая зона в меру комфортна. Между зонами— враждебный хаос, чем ближе к Аду, тем дикий мир ужаснее и злее.

— Значит, за чертой уровня тепличные условия кончаются, — Файл покрутил носом. — На Лежбище даже комаров нет, а там …

— Вот такенные кровососы, — показал палец Старик и добавил жути — Тебе, сынок, там пищи не найти, а вот ты будешь для всех лакомым блюдом.

— А я из Зоны пока и не лезу. На этом уровне слегка обтереться надо.

— Геройствуй в меру способностей, — кивнул Старик.

— Ну, всё — таки, многие делают «рывок» из Зоны? — Чувствовалось, что романтика дерзкого побега глубоко запала в душу Файла.

— Массово лишь на самых нижних уровнях. — Старик подбросил хворосту в костёр. — Терять там узникам нечего: мир кругом— полное дерьмо, зоны рядом, не будешь страдать, трудиться и драться— гнить тебе в Аду век.

— Это как же надо нашкодить? — помня о законе дифференциации срока, засомневался Файл.

— Ограничений срока нет, — развёл руками Старик, — Шарды могут и миллион лет выписать.

— Но ведь тысяча— крайний срок?! — запротестовал Файл.

— Не путай срок пребывания со сроком наказания. Отсидишь в Зоне, сколько заработаешь, но не больше тысячи. Держать тебя дольше— смысла нет. Большинство в цивилизацию из Зоны такими махровыми дебилами выползают, что самое место в психушке. Да и пожить суждено самую малость.

— Но Шарды клон регулярно обновляют, — разочарованно напомнил Файл. — Они гарантируют полную сохранность человеческого материала.

— Выйдешь из Зоны, точь — точь каким сел, — обнадёжил Старик и, выдержав паузу, жестоко добил — быстро состаришься и «сандалии отбросишь».

— Почему? — жалобно простонал ученик.

— Для человеческого мозга века жизнедеятельности в искусственной среде даром не проходят. Избаловавшись в мире Шардов, мозг утрачивает способность управлять регенерацией клеток. Вытолкнутое из мира Шардов тело живёт лишь по инерции. Клетки отомрут— труп разложится.

— И сколько мне отмерено на воле? — мрачно что — то подсчитывал в уме Файл.

— Не хорони себя раньше времени, — похлопал по плечу пригорюнившегося ученика Старик. — Поживёшь ещё и на воле. Срок у тебя небольшой, парень ты славный— Шарды таких долго не мытарят. Скажи лучше, что философского ты уяснил из лекции, главное скажи?

— Смерть— ось вокруг которой вращается жизнь Зоны. Вернее сказать, её отсутствие и порождает все парадоксы, — поддавшись мрачному настроению, угрюмо сформулировал Файл.

— Мудрёно закручено, — Старик посмаковал формулировочку — но смысла не лишено.

— Последний вопрос, учитель, — Файл почувствовал, что Старик сворачивает лекцию — Если вы знаете, на какой уровень мы попали, то назовите количество его жителей.

— Точно сказать, где мы, я смогу лишь узнав название Зоны, но … — Старик запрокинул голову и, прищурившись, оценил расположение известных созвездий, — думаю, где — то в Срединных землях. Кстати, могу сказать и точно, — стукнув ладонью по лбу, спохватился Старик. — У тебя же первичный срок. Сколько, говоришь, тебе судья отмерил?