ЖАНРЫ

Академия волшебной лингвистики
Шрифт:

Если нет, то все? Опять тупик? Тайный маг, зачаровавший Эммины переписки, так и останется нераскрытым?

Я устало вздохнула и все же еще раз попыталась проанализировать события. Эмму убили. Ее книгу зачаровали и спрятали. Выходит, в ней есть нечто крайне важное. Книгу не то чтобы очень хорошо и надежно спрятали, скорее впопыхах. Торопясь. Значит, это точно не убийца. Он бы забрал с собой. Выходит, «Галаксию» припрятал скорее друг, чем враг. Вот только где он? Почему не проявляет себя? И он ли? Может, она зачаровала?

Вот только кто эта «она»?

И кто заказчик моего похищения? Чем-то оно меня смущало, и я наконец поняла чем. Неприятная постановка вопроса, но почему меня снова не попытались убить? Первый раз же хотели? А сегодня что поменялось?

Взгляд сам собой переполз на книгу, мрачно покоящуюся на столе. В ней все дело? В первый раз убийца рассчитывал разобраться с Эммой Лир и тихо забрать «Галаксию», но ее в сумке жертвы не оказалось. Книжку спрятали! Сама Эмма или кто-то еще… Во второй раз меня решили украсть. Уж не для того ли, чтобы выпытать, где «Галаксия»? Потом бы убили, возможно. Но не сразу. Сперва бы был разговор…

С кем-то.

Между лопаток зазмеилась ниточка ледяного пота. Интересно, мой враг уже в курсе, что книга снова у меня? Или думает, что я все еще прячу ее где-то? Если знает, не попытается ли пробраться прямо в особняк?

Я подошла к окну, проверила все запоры. В двери тоже. Дом защищен магией, и все же лишняя осторожность не помешает.

ГЛАВА 7. Эпидемия

Новая учебная неделя началась просто феерично.

В академию я прибыла под конвоем в виде пары суровых отставных вояк из охранного агентства, предусмотрительно нанятых отцом. Уж не знаю, насколько эти бравые пенсионеры эффективны против вампиров-похитителей, но выглядели они довольно грозно. И один, представившийся Блейком, точно обладал магией. Они довезли меня до места и пообещали встретить после занятий.

Кстати, для связи папенька, большой противник новомодных разговорных книг, выдал мне кристалл-переговорник. Волшебный камень был заключен в золоченую оправу и выглядел как нарядный кулон. Работал он по тому же принципу, что и разговорная книга: чтобы связаться с собеседником, нужно было сначала обменяться прикосновениями пальцев к кристаллам друг друга. Главный минус этой штуки заключался в том, что общаться тихо с ее помощью не получалось. Так что «огрызок» остался моим секретом и основным средством связи с девочками. Лунгрэ я тоже на всякий случай в список добавила.

Едва шагнув в холл академии, я попала в пестрый водоворот взволнованных преподавателей и учащихся. Воздух буквально дрожал от шума и гвалта. Судя по оживленному и одновременно перепуганному виду присутствующих, произошло нечто из ряда вон выходящее.

Ко мне подскочила одна из ассистенток целительницы Валерианы, бледная как смерть. Потребовала не терпящим возражений тоном:

— Покажите руки до локтей и шею. Расстегните, пожалуйста, ворот платья. Вот так, ага. Спасибо. Вижу. Хорошо.

Я не успела ничего понять, а меня уже оглядели, будто лошадь на рынке, и после осмотра удовлетворенно отправили в левую часть холла. Там уже переминались с ноги на ногу Эмбер и Рози. Эмбер зачем-то замотала нос и рот шейным платком, а Рози натянула на лицо ворот платья.

— Что тут происходит? — спросила я у них, забыв от волнения о том, что мы вроде как «не дружим».

— Эпидемия волшебной цветнянки, — донеслось в ответ. — Говорят, из-за магической пыли. У многих непереносимость…

И тут я увидала Ортанс. Она стояла по другую сторону холла, чуть ли не плача, и…

…была совершенно синей.

Я даже вздрогнула. Боже мой! Что это за недуг такой ужасный? Бедная Ортанс! Кожа ее лица и рук приобрела нечеловеческий ультрамариновый оттенок, и выглядело это весьма пугающе.

— Это опасно? — выдохнула я, схватившись за сердце.

— Заразно. Для тех, кто предрасположен, кто еще не болел ни разу, или у кого иммунитет слабый, — хмуро буркнул в ответ стоящий рядом адепт курсом старше.

Я не знала его имени. Кажется, фамилия — Филдс. Староста группы…

— Богатенькие, вроде тебя, с этой напастью редко сталкиваются, да? — ехидно бросил мне его сосед, круглолицый рыжий старшекурсник. Его голос сочился презрением. — Вас-то это обычно не касается. Не знает она, что такое цветнянка. Пф-ф-ф…

Этого товарища я тоже не знала, но тон его мне не понравился. Я посмотрела на него с прохладной серьезностью, и он тут же благоразумно скрылся за спинами других адептов.

— Не смертельно, — уныло вздохнула присоединившаяся к здоровым счастливчикам Кори. — Чего панику на пустом месте развели?

— Но вид-то ужасный? — не согласился с ней Филдс. — Никто не хочет полмесяца ходить с синей рожей.

— Нормальный вид, — не согласилась Кори. — Мне нравится. Хтоничненько так выглядит.

— А еще ты покрываешься волдырями и теряешь голос на неделю, — вступила в разговор Эмбер. — Если ты синяя. Я переболела в том году и знаю, каково это.

Я с болью оглядела несчастных, среди которых оказалась наша староста. Большая часть из них выглядела подобным образом. Некоторым правда повезло — их кожа не посинела столь радикально, оставшись лишь голубоватой.

А если ты красная, то насморком измучаешься, — вздохнула Рози. — Но красной версией цветнянки обычно еще в детстве переболевают.

Красных я тоже разглядела, хоть их и было в разы меньше.

— Я и красная была, и синяя, — отмахнулась Кори разочарованно. — Не боюсь. А вот дома бы с удовольствием посидела. Устала я что-то от учебы…

Она взмахнула рукой, приветствуя кого-то на другой стороне холла. Рукав форменного платья задрался, под ним обнажилось зеленое пятно на коже. Оно росло на глазах.

— Зеленая! — вскрикнула Рози. — Иди скорее на обработку! Ты опять заразилась…

— Да? — Кори с надеждой оглядела позеленевшее запястье. Выдала радостное: — Ну вот и мне повезло.

— Вот же сумасшедшая… — прошипел из-за спины Филдса неприятный рыжий адепт.

— Зеленая версия такая редкая… — удивился кто-то за его спиной. — Повезло так повезло…

К Кори подскочила сама целительница Валериана, схватила ее за руку и поволокла к остальным «прокаженным».

— Ох… — покачала головой Эмбер. — У зеленых чесотка такая случается, что хоть кожу с себя сдирай. Мне говорили…

Поделиться с друзьями: