Чтение онлайн

Центр поляны занимал плоский камень, метра в три диаметром. Лошади фыркали и отступали от него, беспокоясь. Магия, какая-то особая, природная, древняя, ощущалась в воздухе почти физически.

Мы спешились.

Гладкая поверхность камня сразу приковала взгляд. Пробежали по глянцу голубоватые искры…

Или мне показалось?

— Вам нужно лечь туда, — сказал Лунгрэ. — Возможно, вы испытаете боль, но такая вероятность не слишком высока. Скорее, будет дискомфорт иного рода.

Я не стала выяснять, какого именно. Отступать некуда, все равно придется пройти через ритуал, каким бы он ни был.

Камень буквально обжег через одежду, и непонятно было, адски холоден он или адски горяч. Я вскрикнула и тут же застыла, оцепенев. В воздухе распростерлись ладони некроманта, потек с кончиков пальцев черный пар или дым. В глубине этой живой, движущейся тьмы отчаянно запульсировали искры. Они ослепили меня.

Как будто бездна разверзлась под моей спиной, и меня поволокло куда-то вниз…

Я хотела позвать на помощь Лунгрэ и Энгрию, но звук прилип к гортани. Я, как рыба, шевелила губами, а вокруг нарастал яркий свет. В нем проступали контрастные силуэты людей. Они двигались странно, замедленно, неестественно. Я все еще ощущала лопатками жжение камня, но стояла теперь вертикально.

Бах!

И грянула музыка. Я оказалась в центре бушующего бала. Вокруг смеялись и беседовали люди, кружились пары, шелестели подолы длинных платьев, и пощелкивали каблуки…

Жжение со спины перетекает на запястье. Я опускаю взгляд и вижу чью-то ухоженную цепкую руку. Меня тянут прочь из зала в какие-то темные коридоры. И голос, до боли знакомый, выкрикивает гневно:

— Как ты могла так поступить?

Что?

Я пытаюсь… Пытаюсь ей ответить, но губы словно приклеены одна к другой. Но ответ все же рождается. Из воздуха? Нет. Это говорит прежняя Эмма — чудовищная греза окунула меня в события прошлого, где прежняя хозяйка тела еще жива.

И настоящая Эмма отвечает:

— Как надо было, так и поступила.

Сперва мне в ее ответе видится наглость, но вскоре я улавливаю нотки отчаяния. Эмма врет! И боится.

Лицо Мари-Клэр искажает боль.

— Я… Я привезла тебя сюда, вопреки правилам о допуске простолюдинов на королевские балы. Я за тебя поручилась, а ты… Ты предала меня! Подло заперла одну в гостевых покоях, а сама…

— Так было нужно, — прерывает ее Эмма довольно грубо, а сама еле сдерживает дрожь в голосе.

— Что было нужно? Уйти неизвестно куда ночью с моим женихом? Растоптать мое будущее? Плюнуть мне в лицо?

— Ты не понимаешь…

Эмма тяжело дышит. Страх, а это именно он, душит ее, и я, не понимая, что происходит, тоже начинаю задыхаться.

Мари-Клэр плачет.

— Я думала, мы подруги…

— Мы и есть подруги, — шипит Эмма сквозь зубы. — Просто поверь мне, что так было нужно.

— Да пошла ты! — кричит Мари-Клэр, и голос ее, будто предсмертный вопль раненого животного, режет павшую тишину. — Ненавижу тебя! Ты за все ответишь! Я всем расскажу, какая ты подлая гадина! Всем… Завтра весь свет узнает, какая ты дрянь! Как ты с чужими женихами ночами шляешься и…

Я чувствую, как сердце Эммы замирает в груди. Ее ужас достигает пика, готовый вылиться через край, но она берет себя в руки и шипит с наигранной угрозой:

— Ничего ты никому не скажешь. Помнишь, как ты напилась на той тайной вечеринке в академической общаге? И обжималась там с Клайдом Ревисом? — Она поднимает в воздух неведомо откуда появившуюся разговорную книгу. Трясет ею. — Я все записала. У меня на тебя компромат. Так что лучше молчи, если хочешь, чтобы и я молчала.

В глазах Мари-Клэр блестят слезы.

— Я доберусь до твоей проклятой книжонки, вот увидишь! Я все равно не прощу тебя! Не прощу…

Ее отчаянный крик пронзает мой измученный мозг, и перед тем, как снова нырнуть в бездонные глубины тьмы, я четко осознаю одно — Эмма соврала!

Соврала…

Я путаюсь в реальности, во времени, во всем. Ужас Эммы разрывает меня на куски, психика не выдерживает, и я, кажется, начинаю рыдать.

— Она соврала! Там другое! Другое… Дело в другом… — кричу беззвучно призрачной Мари-Клэр, но конкретно меня она не слышит.

Она лишь тень из прошлого. Все это уже свершилось.

А Эмма соврала…

Потом мною будто из пушки выстрелили. И перегрузка, как в самолете при смене высот, вдавила барабанные перепонки, собрала в горле ком тошноты.

Лунгрэ вытянул меня из небытия за руку в прямом смысле. Ведь первым, что я ощутила, открыв глаза и разглядев над собой купол ночного неба с узорами леса понизу, стала рука некроманта, сжимающая мое запястье.

— Марко… — Я резко села и вцепилась в пальцы Лунгрэ своими, трясущимися и слабыми. По имени его с перепугу назвала. — Что случилось?

— Ритуал, — донесся спокойный ответ. — Все прошло хорошо. Вы живы, Эмма.

— Даже не верится… — выдохнула я.

Голова снова пошла кругом, я пошатнулась. Некромант, подхватив меня под спину, помог плавно лечь обратно на камень.

— Не нужно таких резких движений, — посоветовал тихо. — Придите в себя. Вы ожили пару минут назад. Это стресс для организма. Вам нужно полежать. — Он скинул с себя плащ и заботливо укрыл меня им. — Встать и поскакать домой сразу не получится. Еще пару часов тут придется провести, хорошо?

— Хорошо.

Я густо выдохнула. В ушах бился пульс, отчетливо и даже немного болезненно. Легкие гудели, как кузнечные меха. Меня колотил озноб, как при переохлаждении, и одновременно жар подступал к щекам.

— И еще кое-что, — объявил Лунгрэ со всей серьезностью. — Эти два часа вам нужно продержаться в сознании. Не спать и не отрубаться ни в коем случае. От этого зависит окончательный исход сегодняшнего мероприятия.

— Хорошо. — Я напрягла глаза, боясь лишний раз моргнуть и вновь провалиться в небытие. — Поговорите со мной?

— Конечно, — донеслось в ответ. — Энгрия, кстати, нас уже покинула, предварительно подобрав и введя вам противоядие. Оказалось, что яд известный, хоть и крайне редкий. Она сообщит во внешнюю службу безопасности о наших подозрениях насчет Валерианы.

— Вдруг мы ошиблись насчет целительницы? — поделилась сомнениями я. — Она всегда казалась мне хорошей женщиной…

— Все выяснится, не волнуйтесь. Ее могли заставить, шантажировать, запугать. Много вариантов, — произнес Лунгрэ довольно мрачным тоном.