Чтение онлайн

В течение XIX столетия Соединенные Штаты провели несколько десятков более или менее масштабных войн с индейским населением. Большинство экспедиций американской армии в рамках этих конфликтов представляло собой многомесячный изнурительный поиск противника, сопровождавшийся бесконечными мелкими стычками и засадами. Приемлемым результатом похода являлся захват брошенного лагеря или деревни племени, который сопровождался сожжением и уничтожением всего найденного имущества. Более благоприятным исходом, сулившим награды и почести руководителям экспедиции, было истребление самого индейского населения. Врываясь в индейское поселение, солдаты обычно беспощадно убивали женщин и детей, часто пользуясь тем, что мужчины ушли на охоту.

Иногда американские власти стремились «соблюсти закон», принуждая вождей побежденных племен подписывать с ними формальные договоры, по которым те соглашались уступить свои земли бесплатно или за номинальное вознаграждение и переместиться в резервации. Эти договоры, безусловно, ничтожны с правовой точки зрения, поскольку подписаны под дулом винтовок. Их юридическая абсурдность также обусловлена тем, что они подписывались формально с коренными американцами, не имевшими гражданства США. Отметим, что современные американские корпорации, заинтересовавшись теми или иными землями индейцев, не стесняются идти по тому же пути, устраивая подписание фиктивных договоров. В послевоенное время американские компании, к примеру, устроили массовое переселение индейцев из резерваций в Нью-Мексико и Аризоне, где были открыты месторождения урана. Те, кто избежал насильственной депортации, вынуждены были за скромную плату работать на урановых рудниках.

Тем не менее решающим фактором, который стал причиной поражения индейцев и успеха организованного американцами геноцида, были не действия армии, а подрыв экономической базы коренных жителей континента. Самый страшный удар был нанесен уничтожением бизонов, вдохновителем которого стал генерал Ф. Шеридан. Во время Гражданской войны Шеридан был командующим федеральной кавалерией и прославил себя многочисленными победами. Однако в последующем бравый кавалерист запятнал свое имя, став одним из палачей индейского народа. Один из захваченных вождей команчей заявил ему на ломанном английском: «Мой есть хороший индеец». Генерал же мгновенно парировал: «Все хорошие индейцы, которых я видел, были мертвыми» [157] . Впоследствии это фраза стала печально знаменитым изречением «Хороший индеец — мертвый индеец».

Истребление бизонов было любимой идеей Шеридана. Он выступил с речью перед Конгрессом, убеждая его не только ассигновать бюджетные деньги в качестве субсидий охотникам, но даже отчеканить медаль, аверс которой изображал бы убитого бизона, а реверс — мертвого индейца. Менее трети уничтоженных животных было хоть как-то использовано в хозяйственных целях, остальные были застрелены в качестве «спорта». Воспоминания «спортсменов» поражают воображение: один из них хвастался тем, что смог за двадцать минут убить сорок животных, а за лето — более пяти тысяч. Вносили свою лепту и железнодорожные компании. Именно строительство трансконтинентальной линии стало одним из мощнейших аргументов в пользу «решения индейского вопроса». Пассажирам поездов, замедлявших движение на равнинах, предлагалось позабавиться отстрелом бизонов прямо из окон вагонов. Выдающийся канадский натуралист Ф. Моуэт подытожил: «Неприглядная истина, похоже, такова: великолепное, сильное животное стало жертвой необузданного стремления к убийству, безнаказанного истребления всех и вся на бескрайних просторах Северной Америки». Немногочисленные общественные деятели пытались вынести на рассмотрение Конгресса законопроект о запрещении подобного варварства, однако эти инициативы неизменно блокировались главой государства, которым в те годы был не кто иной, как Улисс Грант — бывший командир Шеридана.

Большими «достижениями» Шеридана были две бойни мирного населения — в Уошите в 1868 г. и на реке Мариас в 1870 г. В первом случае солдаты другого героя-кавалериста времен Гражданской войны Джорджа Кастера вырезали большую деревню шайенов, скальпировав их вождя по имени Черный Котел, который уже давно раздражал Шеридана. После этой «героической победы» довольный генерал даже принял парад, в ходе которого мимо него прошествовали солдаты, размахивавшие скальпами женщин и детей. Стоит отметить, что в разгар бойни индейские воины из соседних селений поспешили на помощь погибавшей деревне. Когда об этом доложили полковнику Кастеру, руководившему операцией, тот приказал отступить, причем сделал это настолько поспешно, что «забыл» небольшое подразделение майора Дж. Эллиота, которое вскоре было вырезано подошедшими индейцами.

На реке Мариас произошло еще более трагическое событие. Отряд майора Ю. Бейкера вышел якобы на поиски конокрадов, досаждавших местным властям. В реальности Бейкер лишь воспользовался пропажей нескольких мулов, чтобы устроить резню племени пигеанов (черноногих), чья деревня стояла у реки. Воинов в деревне не было: пигеаны уже давно не воевали и угрозы не представляли, к тому же в деревне бушевала оспа. Почти все жители были истреблены с особой жестокостью, некоторые из них сожжены заживо.

Бойня на реке Мариас имеет особое значение для истории уничтожения американских индейцев. И дело не только в том, что она показывает, какие события в реальности стояли за громким словом «война», которое использовало американское правительство. Очевидно, что большинство известных истории экспедиций против коренного населения было такой же «войной», как отстрел бизонов скучающими пассажирами поездов. После уничтожения деревни черноногих, которое местные власти пытались скрыть, слухи дошли до Вашингтона. На этот раз Бюро по делам индейцев, обычно закрывавшее глаза на проблемы своих подопечных, взялось за расследование, которое возглавил руководитель агентства Эли Паркер.

За английской фамилией Паркера скрывалось настоящее имя Донехогава (Хранитель западных дверей длинного дома) — индеец из племени ирокезов, прошедший длинный путь, полный унижений и разочарований, связанных с презрительным отношением к краснокожим. Сменив имя, он попробовал себя в юриспруденции, но подняться выше клерка не смог, так как к экзаменам на лицензию адвоката его не допустили. Однако Паркер получил высшее образование и диплом инженера. Именно в этот период он познакомился с У. Грантом, в то время разорившимся и спивающимся отставным капитаном-неудачником. С началом Гражданской войны Паркер сперва попытался сформировать полк из ирокезов, потом подал прошение о приеме его на службу в качестве военного инженера, но в обоих случаях военные власти заявили ему, что не нуждаются в услугах дикарей, какие бы дипломы те не имели. Однако вскоре старый знакомый, который к тому времени стал генералом, вспомнив о Паркере и его красивом почерке, сделал индейца своим адъютантом. Именно рукой Паркера были написаны условия капитуляции при Виксберге и итоговый документ в Апоматоксе. Некоторые историки даже полагают, что именно он и стал их автором. Грант, ценивший своего талантливого помощника, выбил ему звание бригадного генерала — неслыханное событие со времен Пушматахи. Став президентом, бывший главнокомандующий не забыл о своем соратнике, поручив ему управление Бюро по делам индейцев.

Э. Паркер прекрасно понимал, что вверенное ему Бюро организовано вовсе не в гуманитарных целях. Он с горечью писал: «Несмотря на то, что эта страна была когда-то целиком заселена индейцами, племена, многие из которых были могущественными и жили на землях, составляющих ныне штаты к востоку от Миссисипи, одно за другим были уничтожены при неудавшихся попытках противостоять наступлению западной цивилизации <…>. Если какое-либо племя протестовало против нарушения своих естественных и договорных прав, членов этого племени бесчеловечно убивали, и в целом с индейцами обращались попросту как с собаками.» [158] . Осознавая шаткость своего положения, Паркер сперва действовал осторожно. Бойня на Мариасе побудила его отбросить всякую предусмотрительность и перейти к решительным действиям.

Глава Бюро пригласил в Вашингтон для переговоров влиятельного лидера племени сиу Красное Облако. В 1866–1868 гг. этот знаменитый вождь возглавлял борьбу племен лакота, уроженцем которого он являлся, а также северных шайенов и северных арапахо против американских колонистов, стремившихся изгнать его соплеменников на необжитые территории. В конце 1861 г. Красное Облако уничтожил американский отряд капитана У. Феттермана. Хотя война Красного Облака не была масштабной, ее можно считать одной из немногочисленных побед индейского народа, поскольку по ее итогам американские власти пошли на беспрецедентные уступки и знаки внимания к представителям коренных американцев. Главным среди них стала поездка Красного Облака в Вашингтон.

Вождю организовали путешествие по железной дороге, поселив его и сопровождающих в роскошных апартаментах первоклассной гостиницы. Гостей любезно приняли, развлекали экскурсиями по столице и пригласили на прием в Белый дом, где их встретил сам Улисс Грант — Великий Отец, как индейцы называли президента. Отведав изысканного обеда, один из вождей многозначительно заметил: «Несомненно, у белых гораздо больше вкусной еды, чем они присылают индейцам».

Переговоры в министерстве внутренних дел проходили трудно. Красное Облако в своих выступлениях обрушился на эмиссаров американского правительства, которые навязывали кабальные сделки индейским племенам, оказавшимся в безвыходном положении. Вождь сетовал, что «у людей, которых Великий Отец присылает к нам, нет разума и вовсе нет сердца». Индейский лидер подчеркивал, что его народ имеет лишь мирные намерения и не желает воевать против американского правительства. Однако, как подчеркивал Красное Облако, его соплеменники силой загоняются в резервации, которые устраиваются в совершенно непригодных для жизни местах, ведь их организацией занимаются те, кто вообще не имеет представления об образе жизни индейцев.