Чтение онлайн

Ратник понял немой вопрос чародея, указавшего глазами на каменные статуи, и прошептал:

– Их еще в давние временами разбили люди из соседних вотчин, ибо верили, что своим взглядом эти идолы наводят порчу на окрестные земли. Только вот с тех пор уже и сами люди ушли из этих, да и других окружающих мест. Одно лишь Южное Порубежье - самое близкое людское поселение, если пограничную заставу можно считать таковой...

Чародей хмыкнул - но ничего не сказал. А каменные истуканы возвышались вокруг с отбитыми лицами, тщась хоть на миг посмотреть на непрошенных гостей.

И вдруг впереди что-то замерцало у подножия одной из статуй. Чародей присмотрелся - и радостно двинулся вперед. И через несколько шагов наткнулся на маленького земника, свернувшегося клубочком у подножия мраморного идола - в руках барздук сжимал заколку, подарок старого волхва, от которой и исходил теплый золотистый свет.

– Лиго! Хвала богам!
– воскликнул Мамай и бросился к земнику.

Тот спал крепким сном.

И в этот миг вдруг что-то злобно зашуршало сверху - и не успел чародей что-то сделать, как рядом с ним вдруг грохнулся огромный камень, чуть не придавивший его с вместе с барздуком.

– Осторожно!
– крикнул Долмат, и оттолкнул в сторону чародея.

Тот еле успел подхватить на руки земника - и на это самое место, где только что спал калачиком барздук, с треском упала белая глыба.

– Отходи от истуканов!
– кричал Долмат, уворачиваясь от валунов и булыжников, сыпавшихся сверху.

Путники в два прыжка очутились посередине площади, глядя во все глаза, как каменные истуканы в своей бессильной злобе шипят, исходят трещинами и раскалываются на части, грозя засыпать сверху непрошенных гостей. И, словно вторя древним идолам, стены вокруг тоже затряслись, будто в лютой ненависти, стали швыряться кусками замшелых камней, оседать и осыпаться

Земник мирно спал на руках у чародея, не видя и не слыша ничего, что происходит вокруг. А сам витязь и старый ратник вдруг посмотрели дуг на друга, замерли на какой-то миг - и в один голос закричали:

– Ворота!!!

И помчались огромными шагами к выходу, который грозился вот-вот рассыпаться в прах и навеки отрезать путь вторгнувшимся во владения древней крепости путникам.

Неслись, не разбирая дороги, уворачиваясь от падающих сверху камней - и в голове билась только одна мысль: успеть бы, не опоздать бы, не остаться бы здесь похороненным навсегда.

Свистели пролетающие мимо валуны, шипели стены, тряслись, грохотали, исходили злобой и ненавистью. Туман вокруг снова начал сгущаться, наваливаться всей своей ядовитой мощью, заползал в ноздри. Становилось тяжело дышать - то ли от гнилостных испарений промозглого марева, то ли от бега и прыжков среди взбесившихся падающих стен.

Подбежав к воротам, с ужасом увидели, как они также оседают, закрывая единственный выход из этой жуткой старой крепости.

– Холм!
– вдруг заорал что есть мочи старый ратник, и кинулся наобум вперед, прямо под грохочущую каменную лавину.

А чародей, не сбавляя бега, вдруг воздел свободную руку, отбросив уже ненужную горящую жердь, и что-то прокричал страшным голосом.

Взметнулось пламя, ударило в оседающие ворота со страшным треском - и на какой-то миг падающие каменные глыбы вдруг застыли вопреки всем законам природы. Замерли всего лишь на мгновенье, будто недоумевая, что же произошло - и снова с грохотом ринулись вниз, подняв огромный столб пыли и навеки закрывая вход в крепость.

Но этого мига как раз хватило ратнику и чародею, чтобы проскользнуть сквозь ворота наружу. А следом, буквально сразу же за их спинами обрушились стены Турухтановой Крепи - и над болотами разнесся ужасающий грохот и вой.

Лишь измазавшись по пояс в грязи и отойдя на достаточное расстояние, усталые путники сели на более-менее надежную кочку отдышаться. Под ногами противно булькала зловонная жижа, то тут, то там сотрясались болотные зыбуны, будто содрогаясь от произошедшего разрушения древней твердыни среди трясин.

Посмотрели друг на друга, на свои перепачканные лица - и рассмеялись.

– А ты знаешь, Долмат, - сказал чародей, - а мне даже нравятся эти болота. И могу даже сказать, чем именно.

Ратник, смеясь, поднял глаза в немом вопросе.

– А тем, что в этих топях нет вообще никакой мерзкой мошкары, - подмигивая, сказал Мамай.
– Пожалуй, это единственные такие болота без гнуса и комарья.

– Что верно, то верно, - кивнул головой ратник.
– В этих гиблых местах даже мошка не водится. А кого здесь кусать-то? Разве что утопленных в жиже мертвяков или этих вот истуканов в крепости?

И кивнул в сторону разрушенной Турухтановой Крепи.

– Единственно, что мне дает теперь покоя, так это две вещи, - сказал чародей.
– Во-первых, что или кто действительно заставило Лиго уйти из лагеря и блукать болотами, грозя оступиться и утонуть. И во-вторых, что теперь нам надо уматывать отсюда как можно быстрее - ибо наследили мы здесь предостаточно.

Старый ратник кивнул:

– Да, со вторым согласен полностью - мы здесь не просто наследили, а прямо-таки расписались в собственном присутствии. Считай, все предыдущие потуги оставить ваш поход втайне накрылись с головой - до конца дня здесь будет всё кишеть нечистью. А вот с первым вопросом я тоже могу помочь - хотя могу и ошибиться.

И пристально посмотрел на земника.

– И что же ты можешь сказать?
– поднял на него глаза чародей.

– Я не знаю, что это за штуковина такая у малыша в руках, - сказал ратник, - но сдается мне, что именно она и спасла его и в его странствиях по болоту ночью, и там, в крепости.

И Долмат указал на мерцавшую в руках безмятежно спящего барздука заколку.

– Только вот сдается мне, что из лагеря все же выманила не она его - а что-то другое. Точнее, кто-то другой.

Чародей быстро зыркнул на ратника.

– Ты думаешь, все-таки кто-то увязался за нами следом, да так, что мы его не обнаружили?

– Именно, - кивнул старый воин.

– Нечисть?

– Не думаю, скорее всего - мелкий болотный дух в услужении у нее, - сказал ратник.
– Эти твари могут насылать наваждение и заманивать в трясину путников, чтобы утопить. Но вот сами по себе они ничего не могут сделать. Кроме...

И замолчал.

Чародей резко глянул на Долмата.

– Кроме чего?
– с тревогой спросил Мамай.

– Я боюсь, как у твоего друга не началась после этих блуканий болотная лихорадка, - тихо ответил ратник.
– Поэтому чем быстрей мы выйдем из этих мест, тем будет лучше для всех.

Чародей внимательно посмотрел на Лиго, всё еще посапывающего во сне, насланном то ли болотным духом, то ли мерцающей заколкой, подхватил его на руки и, быстро поднявшись, сказал:

– Идем.