Чтение онлайн

— Ты… — его голос был скрипучим, как ржавая дверь, но в нем слышались сила и осознание. — Это была ты. Я чувствовал.

Я не стала отрицать. Просто протянула ему кусок вяленого мяса — наш последний приличный запас. Он принял его дрожащей рукой и с трудом, но разжевал и проглотил. Потом выпил еще воды. Цвет медленно возвращался к его щекам, а красные узоры на руках пульсровали ровным, хоть и неярким светом.

— Спасибо, — сказал он просто, и в этом слове был целый мир смыслов.

Мы дали ему отдохнуть еще несколько часов. Ночью я снова поделилась с ним энергией, и на этот раз процесс был менее изматывающим. Связь между нами окрепла, став почти осязаемой. Утром он сам поднялся на локте. Лицо исказила гримаса боли, но он смог удержаться.

— Нужно… двигаться, — выдохнул он, глядя на меня.

— Пешком мы не дойдем, — Калан мрачно посмотрел на бескрайнюю пустыню. — Ты с трудом сидишь.

— Я не о пешем пути, — Юрган медленно поднял руку, разглядывая свои пальцы. — Я помню координаты ближайшего стабильного портала. В паре часов отсюда. Но… — он покачал головой, — моих сил не хватит, чтобы добраться туда, не говоря уже о его открытии.

Он снова поел — на этот раз уже более уверенно — и снова заснул на пару часов. После этого встал, шатаясь, но смог пройти несколько шагов, опираясь на скалу.

— Я попробую открыть портал отсюда, — объявил он, когда солнце снова начало клониться к закату. — Прямо в город.

Лораэль и Калан обменялись скептическими взглядами, но возражать не стали. Альтернативы у нас не было.

Юрган отошел на открытое место, закрыл глаза. Его пальцы начали выписывать в воздухе сложные узоры. Красные личины на его руках и лице вспыхивали, воздух перед ним дрожал, но портал не открывался. Не хватало мощи. Его лицо покрылось испариной, дыхание сбилось.

— Не выходит, — с отчаянием прошептал он, опуская руки. — Я слишком слаб.

Я подошла к нему.

— Ты не один, — сказала я. — Давай попробуем вместе.

Он посмотрел на меня с сомнением, но кивнул. Я снова положила ладонь на его руку. И в этот раз произошло нечто, чего я не ожидала. Наши силы не просто смешались. Они спелись, создав мощный, гармоничный резонанс. Серебристый свет, исходящий от моей метки, и алое сияние его узоров переплелись, создавая единый, невероятно плотный поток энергии. Воздух перед нами не просто дрогнул — он содрогнулся, затем с громким хлопком, похожим на удар грома, разорвался, открывая врата в шумный, заполненный суетой городской квартал.

Видение было дрожащим, нестабильным, но совершенно отчетливым. Мы видели людей, телеги, глинобитные дома.

— Быстрее! — крикнул Юрган, его голос был напряжен до предела. Лица его не было видно, но все его тело изображало нечеловеческое усилие. — Я не смогу долго удерживать!

Лораэль и Калан действовали молниеносно. Они схватили наши скудные пожитки и, подхватив под руки все еще слабого Юргана, почти понесли его к дрожащему проходу. Рорк, фыркнув, шагнул вперед первым, его мощная фигура на мгновение перекрыла вид на город. Я бросила последний взгляд на пустыню, на скалу, под которой мы провели эти три вечных дня, и прыгнула в портал следом.

Ощущение было знакомым и все равно ошеломляющим — кратковременное падение в никуда, давление на барабанные перепонки. И вот я уже стояла на твердой, утоптанной земле, а позади с громким щелчком, словно лопнувшая струна, захлопнулся портал. От него не осталось и следа.

Воздух был наполнен запахами жареной лепешки, пота и пыли. Где-то кричал торговец, плакал ребенок, ржала лошадь. Мы стояли в грязном переулке на окраине города, и это был самый прекрасный вид, который я видела за последнее время.

Юрган, бледный как полотно, тяжело дышал, опираясь на Калана, но на его губах играла слабая, но победоносная улыбка.

— Получилось, — выдохнул он.

— Получилось, — согласилась я, чувствуя, как адреналин медленно отступает, сменяясь леденящей усталостью.

Мы были в безопасности. Но я прекрасно понимала — это была лишь передышка. Краткий миг покоя перед новой бурей. Война не была закончена. Она только начиналась.

Таверна «Последний причал», несмотря на громкое название, оказалась вполне заурядным заведением у городских ворот — шумным, пропахшим дешевым пивом и жареным мясом, но чистым. После трех дней в пустыне ее стены казались нам верхом роскоши.

Юрган, едва переступив порог, сделал знак стражнику у входа — не старому, закаленному ветерану, а молодому пареньку, смотрящему на легатов с благоговейным страхом.

— Передай главе города Амадею Миравину, что Юрган Терман ждет его в таверне «Последний причал», — сказал он, и в его голосе впервые зазвучали отзвуки былой уверенности, хоть и подкрепленной смертельной усталостью. — Он знает.

Стражник вытянулся в струнку и бросился исполнять поручение.

Компания устроилась за большим столом в углу.

— С вас никто ничего не спросит, — просто сказал Юрган. — Ешьте, пейте, отдыхайте. За все заплачу я.

Вот и отлично. У меня хоть и были с собой сбережения, но экономия еще никому не принесла вреда. Раз Юрган может себе позволить вызывать самого главу города, пусть и такого мелкого, значит проблем с финансами не имеет.

Этого было достаточно. Калан тут же заказал жареную курицу и кувшин вина, Лораэль — похлебку и хлеб, а Рорк, брезгливо поморщившись, потребовал просто воды и мяса, много мяса. Я же, чувствуя, как с меня буквально течет песок и пот, лишь кивнула хозяину.

— Ванна. И комната.

Мне отвели небольшую комнату на втором этаже. Деревянная кадка, принесенная слугами, показалась мне величайшим благом цивилизации. Я скинула с себя пропыленную, пропотевшую одежду и погрузилась в горячую воду с почти животным наслаждением. Грязь и напряжение последних дней медленно отступали. Я откинула голову на край кадки, закрыла глаза, чувствуя, как тепло разливается по изможденным мышцам. Вода смывала не только песок. Она смывала ощущение постоянной погони, запах страха и вкус пыли пустыни.

После ванны я завернулась в чистое, хоть и грубое полотенце и растянулась на кровати. Просто лежать. Не двигаться. Не быть настороже. Не чувствовать на себе тяжесть взглядов, ожидающих решений. Это была роскошь, которую я почти забыла. Я лежала, глядя в потолок, и слушала доносящийся снизу гул голосов, звон посуды, смех. Обычная жизнь. Чужая жизнь.

И тут в таверне внизу наступила тишина.

Не постепенная, а мгновенная, гробовая. Даже Рорк перестал ворчать. Потом послышались тяжелые, мерные шаги — не один человек, а несколько. Они поднимались по лестнице. Я инстинктивно приподнялась на локте, рука сама потянулась к «Тихому Шепоту», лежавшему на стуле рядом.