Чтение онлайн

— Она может ждать конца Севи, вернее, её кончины. Хотя это тоже не про сестёр Андриевских: слишком гордые. Скорее сами отойдут в сторону, чем будут биться в мясо…

Я киваю, поскольку понял это давно. При появлении Севи и Марка Наташка сразу отступила. Счастье любимых для них важнее, чем личное. Хотя иногда так хочется, чтобы она была более эгоистичной.

— И третий вариант, — финалит Димка, — своего конца, поскольку она точно помрет в условиях такой стрессовой нагрузки. Опять же, зная этих девочек, они странно реагируют на стресс: температура под сорок и скорая. Нежные цветочки.

Я киваю:

— Проходили, знаем.

— Вот-вот. Мне тоже доводилось Дашку с капельницами реанимировать, когда моя бывшая наведалась к нам с новостью о своей беременности, — вставляет Дима.

— Вы чё пугаете-то, блин! — отмирает Тима, слушая наш незамысловатый рассказ. — Соня мне такого не выдавала.

Мы ржем.

— Погоди, всё будет! — хлопает его по плечу Матвеев.

— Нифига. Я берегу свой цветочек аленький.

— Ты-то, может, и бережешь свой « а лень-и-кий», но действия психа Стасяна мы не в силах предугадать. И какой стороной они ударят по Соньке — тоже. Так что держи набор реаниматолога и номер скорой наготове.

— Предупрежден — значит вооружен! — кивает Кармазин.

На этих словах к нам присоединяется Серега Кармацкий. Мы ручкаемся, и он тут же вклинивается в разговор:

— По чью душу готовим вооружение?

Тима продолжает:

— Вот эти, — показывает на меня и Матвеева, — меня пугают, что Сонька от стресса может заболеть. Температура там, все дела.

Кармацкий поддерживает нас кивком:

— Тим, они не пугают, а делятся ценным опытом. Как ни странно, но да. С Машкой тоже такое бывало. Девочкам этого семейства стресс противопоказан. Мотай на ус. Кстати, о стрессе: чё там «преподобный» Станислав?

— Всплыл, — говорит Тимофей. — Звонил тут Соне с каких-то левых номеров. Хрен отследишь.

— Чё говорит?

— Херню. Что она его вещь и делиться своим он не намерен. Мол, придет и заберет.

— Не, надо это «всплывшее» либо топить, либо… — Кармацкий задумывается. — Дай контакты, с каких звонил. Пошукаем по своим каналам.

Тима пересылает информацию Сереге. Кармацкий сразу пересылает кому-то и тоже спрашивает о Наташке:

— Как там твоя сильная девочка? Не растворилась в лондонском тумане?

— Больше упертая, чем сильная… Серег, вот честно: так и подмывало её просто силой увезти, постоянно приходилось бить себя по рукам.

Парни ржут, а Серега, подмигивая Матвееву, парирует:

— Вопрос просто решается. Поступи как Матвеев, — он явно стебется над другом. — Заделай ей ребенка, и всё. Тебе спокойнее, её мозг плавает в эндорфинах, Марку — брат или сестра. Кругом одни плюсы! А нам — племянники, семья растет!

Все хохочут, кроме Матвеева.

— Это что еще за наезды? Мы не планировали, но очень хотели, так что всё отлично.

Серега хлопает Димку по плечу:

— Да не парься. Схема рабочая, правильная. Вот, знаешь, тоже думаю перенять твой опыт.

Вопрос Стаса всё так же открыт. Опасность его вмешательства есть, но есть и решения. После пробивки спецами Кармацкого ясно одно: Стас не в России. Звонки идут из Турции — греет пузо этот псих? Но вопрос: как он туда долетел, если официальной информации о пересечении границы нет? Серега просит записи звонков и голосовых сообщений.

— Мои проведут анализ. Может, в Турции вообще не он. ИИ-шечка сегодня творит чудесатые чудеса. Надо всё проверить. А пока — следим за девочками.

Димка оживает:

— За имением и квартирой мамы тоже наблюдаю. Всё под контролем.

Беседа плавно перетекает на более спокойные темы, и мы перемещаемся в ресторан на ужин.

Долго не засиживаемся — у всех дела. У Димки — беременная жена, у Сереги — куча задач по Стасяну и Машка… Тима летит к Соньке: он и так нечасто бывает в Москве из-за стройки, так что лишний час с ней для него — кайф…

А я должен разобраться с Севи, позвонить моей малышке и провести время с Марком… Но сначала Севи…

Илья

Приезжаю домой ближе к девяти. Марк ждёт меня с няней, еще не ложился. Отпускаю Валерию Сергеевну; договариваемся, что завтра она так же отведет и заберет Марка из сада.

За неделю моего отсутствия накопилось слишком много рабочих вопросов, требующих личного участия, так что помощь с отцовством мне совсем не помешает. Хорошо, что наш пёс Арчи всё еще гостит в «имении» Андриевских, а то вписать еще и его в свой режим загнанного скакуна было бы тяжеловато.

Марк уже поужинал, поэтому идёт в душ, а потом мы заваливаемся на мою огромную кровать, и он читает мне про пситтокозавров. Отличительная особенность которых, судя по тому, как выдает Марк:

— Они заботились о своём потомстве. Папа, ты как пситтокозавр…

То, что я в этой классификации — средних размеров ящер-попугай, я опускаю… Что ж, «заботливый отец» — это охренительный комплимент, с моим-то раздолбайским подходом. Хотя, может, такой и лучше: без чрезмерного контроля и реализации личных неуспехов через своего ребенка. Решаю расспросить Марка подробнее:

— Почему тебе кажется, что я пситтокозавр?

— Ты заботишься обо мне, а я — твоё потомство… — выдаёт Марк.

— Да, моё… — Хороший парень. Вот и причинно-следственные связи, и логическое мышление формируются. Красота! — Пошли, Марк, в постель, я тебя уложу и почитаю… Про кого сегодня будем?

— Про пирата Джони.

— Хорошо.

Марк засыпает минут через двадцать под мой голос. Прикрываю дверь в его спальню и иду к себе. Нужно принять душ, освежить голову и звонить Севи.

Раскладываю в кабинете на стол все подготовленные юристом документы. Морально готовлюсь. Надо звонить.

Севи берет трубку буквально после второго гудка. Настолько припекло?

Ее голос звучит ядовито-ласково.

Вот как я когда-то мог на него вестись и не слышать, не чувствовать фальши?

— Привет, дорогой.

— Привет, Севи. Сразу к делу.

Она специально, нараспев, изображая ласковую кошечку, мурлычет своим низким голосом:

— Может, ну их, дела? Не спросишь, как прошел мой день? И как ты сам?