Чтение онлайн

Фенрис дошел до стола, опираясь на стену. Горькая настойка немного привела в чувство и боль на какое-то время отступила. Куда ему идти? В верхнем городе имелась клиника, с лекарем и костоправом, которые обслуживали знатных господ. Только в его нынешнем виде едва ли на порог пустят... Разве что прихватить с собой побольше денег и понадеяться на чудо?

Спуск по лестнице был сравним с кошмаром. Каждый шаг болью отдавал в висок, тело сводила судорога, усиливающаяся, если Фенрис не останавливался и не делал передышку.

Дойдя до последней ступени, он едва удержал равновесие. А ведь путь предстоит не близкий!

Когда он толкнул дверь, чтобы выйти на улицу, тело не выдержало и сдалось. Он почувствовал легкий ветерок, падая, и вдруг повисая в чьих-то объятиях. Взволнованный голос глухо звучал вдали, взывая к сознанию, но Фенрис медленно погружался во тьму.

Ему снился странный сон.

Словно он лежит в кровати, и ест суп с ложечки, как маленький ребенок. Послушно проглатывая его и давая вытереть себе рот салфеткой. Кто-то гладит его по щеке, нежно, приговаривая при этом какие-то слова. Вроде ничего особенного: но они успокаивают и убаюкивают.

Голос такой родной, прямо как у матери, когда она выхаживала во время простуды, после очередного купания в море.

— Жар прошел, я остановил заражение, а тебе давно пора домой, ты торчишь тут ночами!

— Я не уйду, пока своими глазами не увижу, что он в состоянии ходить и соображать!

— К чему это упрямство, разве ты виновата в том, что он месяцами заливался здесь вином, как последний алкаш!?

— Мы уже это обсуждали, не начинай, пожалуйста...

— Что не начинать? Я в который раз говорю тебе, прекрати с ним носиться, он не сделал для тебя ничего! Только втягивал в неприятности!

Фенрис открыл глаза. Голоса были ясно слышны за закрытой дверью. Он пошарил рукой, осознавая, что лежит в кровати и накрыт одеялом. Белье чистое и приятно пахнет. В камине потрескивают дрова, отчего в комнате тепло и сухо. Он осторожно повернул голову, оглядывая помещение. Кругом прибрано, осколки и пустые бутылки исчезли, на столе стояли фрукты и буханка хлеба.

Он не успел разглядеть больше, дверь резко открылась.

— Мариан, прошу тебя...

— Иди к демонам, Андерс, не желаю сейчас с тобой разговаривать... — прошипела Хоук.

Древесина покрылась зыбким сиянием на мгновение, запечатлевая на себе заклинание. Заперла?

Это была она, все это время? Выхаживала его и кормила супом? Фенрис закрыл глаза, притворяясь, что все еще не пришел в себя. Он слышал, как Хоук тихо подошла к кровати, постояла рядом какое-то время, затем вздохнула и села на стул.

— Когда ты очнешься, я вкачу тебе по первое число, Фенрис... — устало пробормотала она и опустила голову на сложенные руки.

Эльф почувствовал ее запах, так близко… Все о чем он мечтал сейчас здесь, рядом. Он жив, опять, благодаря ей…

У каждого есть место, куда он может прийти, чтобы почувствовать себя в безопасности и покое.

Кто-то зовет такое место родным домом. Кто-то – определенной компанией друзей или обществом определенного человека.

Люди хотят принадлежать чему-то, связать с кем-то свою жизнь.

Находясь в бесконечном одиночестве, можно тронуться рассудком, в попытках доказать миру, что ты готов прожить эту жизнь без кого-либо рядом.

Да и кому говорить об этом, если ты решился быть наедине с собой?

Зачем тогда доказывать?

Мариан ушла под утро, оставив рядом с кроватью стакан воды.

Через пару недель громкий хлопок входной двери вывел его из зыбкой вечерней дремы. Он засыпал несколько раз, читая книгу, сказывалась усталость от тренировок, которым эльф снова стал посвящать большую часть свободного времени. Он даже заходил в Висельник, и Варрик встречал его, как ни в чем не бывало. Почему-то Фенрис не сомневался, что Хоук приложила к этому руку. Эльф приходил в форму быстро, сказывались целительские таланты Андерса. Чудом было, что Мариан удалось уговорить мага помочь… Фенрис только не знал, кого ему благодарить. Разговаривать с одержимым не было никакого желания, а встречаться с Хоук он боялся.

— Ай! — вскрикнули в холле.

Раздался треск, что-то упало с глухим стуком.

Фенрис подскочил, хватая меч, медленно приближаясь к двери спальни.

Кто-то поднимался по лестнице, стараясь ступать как можно тише. Глупо, учитывая, что этот незадачливый посетитель уже объявил о своем приходе, уронив что-то тяжелое в коридоре.

Лезвие меча обдало холодом, металл начал быстро покрываться толстой коркой льда, когда Фенрис замахнулся. Он едва успел перенести вес, что вложил в удар, на ноги, чтобы не разбить к демонам весь дверной проем, как вдруг разглядел пришедшего к нему гостя.

— Прямо как в старые добрые времена, — Мариан опустила руку, и с меча быстро стаял весь лед, образовав под ногами лужицу.

Фенрис отшатнулся назад, его рука дрогнула, и оружие нелепо выпало на пол.

— Ты что, уже хватку теряешь? — хмыкнула Хоук, но даже не улыбнулась.

Вместо этого ее лицо исказила жуткая гримаса боли, вперемешку с… сожалением?

— Прости, что опять без стука, я думала, ты привык…

— Ты не заходила достаточно долгое время, я успел забыть, кто, кроме тебя может вваливаться ко мне вот так… — он поднял меч, прислонив его к стене, и быстрыми шагами удалился вглубь спальни.

Что на него нашло? Где радушный прием, неужели он не рад ее видеть? Каффар, конечно рад, но в голову почему-то лезут мысли, о том, что в спальне он так и не убрался.

Мариан оглядела помещение, вздохнула и прислонилась плечом к стене, так и не войдя в комнату.

Соблюдала дистанцию? «Еще несколько секунд и это превратится уже в неловкую паузу, Фенрис!» Эльф ругал сам себя, но язык онемел, а в голове шумел ветер из обрывков мыслей и недосказанностей.

Хоук, как всегда начала первой.

— Мне, как это ни странно нужно твое общество… И я не хочу, чтобы мы вот так совсем прекратили общаться… — выдохнула она, вперив в него внимательный взгляд.

— Я тоже не хочу, — грустно протянул Фенрис.

Фаста васс, я хочу наброситься на тебя, упасть на колени, извиниться и сделать все, чтобы тебе больше никогда не было больно, Хоук.

Нет, естественно, вслух он этого не скажет…

— Я тут принесла кое-что, надеюсь, ты не против? Короче, мне надо выпить, — пробормотала она, порывшись в наплечной сумке, и помахала перед ним небольшой бутылкой из мутного стекла.