Чтение онлайн

Пока Лашке не думал о деталях предстоящей операции - сейчас это было бесполезно. Решение придет, когда удастся изучить объект и его окружение.

Вскоре прибыл вызванный Медиком агент. Это был мужчина с сонными глазами на неподвижном толстом лице. Зато в непрестанном движении находились пальцы его правой руки - ощупывали скатерть, если ладонь лежала на крышке стола, теребили галстук или трогали угол воротничка...

– Джозеф Болл, - сказал Медик, представляя его.
– Дом напротив - его забота.

– Скоро будут вывозить, - голос у агента оказался высоким, как у женщины.
– Кажется, уже начинают. Глядите, кто-то приехал.

Из остановившегося возле дома такси вышла Джоан Гибсон.

– Вот неожиданность!.. Знаете, кто это? Подружка профессора Лаврова. Вчера сюда наведывался сам профессор. Теперь пожаловала она... Глядите, смело звонит у двери! Будто в доме ее ждут.

Дверь отворил привратник. Джоан сказала несколько слов, он посторонился и впустил посетительницу.

Такси осталось ждать у подъезда.

– Я бы сказал, что положение осложнилось, - пальцы руки Джозефа Болла пробежали по пухлой щеке, затеребили кончик носа.
– По моим данным, эта особа еще и агент одной хитрой фирмы, товар которой - интеллектуалы. Причем поставки всегда идут в одну сторону - на Запад, за океан... И вот теперь я ломаю голову: зачем эта особа появилась в доме, где содержат русскую ученую?..

Разговор был прерван появлением на крыльце Анны Брызгаловой. Поддерживаемая Джоан, она едва передвигала ноги. Шофер такси выскочил на тротуар, помог усадить больную в машину. Гибсон села рядом с Брызгаловой,

– Двинулись и мы, - сказал Медик, когда такси отъехало от крыльца.

– Стоп!
– Джозеф Болл показал рукой на конец квартала.
– Глядите, еще двое.

Это были Мерфи и Данлоп. Они вышли из-за угла. Тотчас возле них притормозил автомобиль. Оба сели в машину и устремились вслед за такси.

– Я был убежден, что увижу их здесь, - сказал Медик. Уже сидя в машине, он обернулся к Лотару Лашке: - Кажется, начинаю понимать, что может произойти. Больную везут к профессору. Преуспевающий ученый из эмигрантов должен повлиять на женщину, чтобы она осталась здесь. Офицеры секретной службы сопровождают такси, чтобы оно не проскочило мимо дома профессора Лаврова.

– Похоже на правду, - сказал Лашке.

– Если это и правда, то не вся, - Джозеф Болл наморщил лоб.
– Уверен: Данлоп и Мерфи не знают, кто такая на самом деле Джоан Гибсон. А она получит теперь отличную возможность обрабатывать сразу двоих - мужчину и женщину.

Восьмая глава

Анна Брызгалова провела беспокойную ночь в доме Лаврова - металась в постели, стонала, кого-то звала. Затихла только к рассвету. Однако заснуть не удавалось. Пришел Лавров, и она вновь стала рассказывать о своих злоключениях.

Лавров слушал не перебивая. Временами делал пометки в блокноте, покачивал головой.

– Алеша, ты не веришь мне?
– Анна стала плакать.
– Но это было!

– Хорошо, хорошо, - заторопился Лавров.
– Не надо нервничать. Я все выясню. Если ты подписала протокол, мы отыщем его.

– И сегодня же пойдешь в посольство?

– Я обещал, Анна!

Брызгалова откинулась на подушку, ладонями сдавила голову.

– Иногда мне и самой кажется, что я все придумала... Преследуют какие-то видения... Я здорова, Алеша?

– Вот еще!
– бодро сказал Лавров.
– У тебя железное сердце.
– Он переменил тон: - А как давно эти головокружения?.. Может, и дома тоже страдала ими?..
– Взял руку Брызгаловой, осторожно погладил: - Вспомни, Анна.

– Дома я была абсолютно здорова... А фальшивые деньги мне передал он, Петр!

– Ясно, Анна, - Лавров все еще держал руку Брызгаловой.
– Но я продолжаю рассуждать. Не могло быть так, что деньги ему подсунули при обыске? Недавно по телевидению показывали фильм, в котором была похожая ситуация: во время обыска человеку подменяют настоящую валюту на липовую.

– Нет, деньги мне передал Брызгалов. На этот счет никаких сомнений.

– И он вез их из Москвы? Знал, какому подвергнется риску при первом же досмотре, и все равно вез фальшивые деньги? Правдоподобно ли такое?

– Это он передал мне фальшивую валюту, Алеша!
– Брызгалова задумалась.
– С меня взяли слово, что я не выйду из твоего дома, не стану пользоваться телефоном. Но ведь я могу нарушить вынужденное обещание? Как случилось, что меня привезли к тебе? С тобой в этой стране считаются?

– Думаю, да... А мысль лечить тебя здесь подсказала моя экономка.

– Ты веришь ей?

– Анна!

– Прости, я стала такой подозрительной. Но ведь я тоже верила Петру.

– Не надо говорить о нем плохо...

– Но он - подлец!

– Анна...
– Лавров помолчал.
– Анна, он умер.

– Конечно, умер для меня...
– Брызгалова запнулась.
– Ты что сказал, Алексей?

– Он умер. Погиб. Ехал в автомобиле, а тут грузовик... Удар! Взорвался бензин в баке...

Брызгалова глядела на Лаврова остановившимися глазами. Но вдруг забилась, закричала.

Вбежала Джоан, стала помогать Лаврову, хлопотавшему возле больной.

– Кажется, спит, - сказала она, когда Анна затихла.
– Спустимся в кухню, Алекс, я сварю кофе. Ты должен беречь себя.

– Тебе тоже достается, - Лавров обнял Джоан.
– Но мы должны помочь ей, правда?

– Мне так жаль эту женщину!
– прошептала Гибсон.

Разговор продолжался в кухне.

– Боюсь, понадобится консультация психиатра, - озабоченно проговорил Лавров, обняв ладонями чашку с горячим кофе.
– Сейчас она наговорила такого!..

– Снова галлюцинации?
– Джоан поджала губы.
– Интересно, на какую же тему?

– У тебя странный тон. Будто в чем-то сомневаешься? Вспомни свидетельство Петра Брызгалова. А документ, который он мне показывал!..

Лавров запнулся, удивленный переменой, которая вдруг произошла с Джоан. Она стояла посреди кухни, уперев кулаки в бока, и насмешливо смотрела на собеседника:

– Документ?.. Что ж, кофе сварен, можно возвращаться в кабинет. Идем же, я другие документы покажу!.. Тебя не насторожило, что Брызгалов так нелепо погиб? Привез сюда жену - и погиб. Сделал свои ошеломляющие заявления прессе и телевидению - и тотчас отправился к праотцам!..