Авиация и время 2000 01
Шрифт:
Но в то же время по прямым поручениям правительства СССР на Ан-124 было выполнено несколько уникальных перевозок гражданских грузов, о которых много писала пресса. Первой из них стала доставка в декабре 1985 г. на опытном экземпляре «Руслана» 152-тонного карьерного самосвала «Юклид» из Владивостока в Полярный (Якутия). Из-за больших габаритов (только колеса имели диаметр 3,5 м) машину пришлось разобрать и перевезти за два рейса, которые выполнил экипаж А. В. Галуненко. 31 мая следующего года на «Руслане» из Харькова в Ташкент было отправлено рабочее колесо гидротурбины диаметром 6 м и массой 80 т для Таш-Кумырской ГЭС. Через 20 дней по тому же маршруту ушло и второе аналогичное колесо. После землетрясения в Армении среди прочих грузов экипаж А. В. Галуненко перевез на Ан-124 в зону бедствия 120-тонный кран «Либхерр». Все это еще более подогрело интерес к самолету.
В сентябре 1998 г самолет демонстрировался на авиационном салоне Фарнборо близ Лондона, и тогда впервые состоялись переговоры между английским бизнесменом К. Фойлом и министром авиапромышленности СССР А. Сысцовым о возможности использования «Руслана» для коммерческих перевозок грузов. После завершения салона переговоры продолжились в Москве под крышей «Авиаэкспорта». От АНТК их вели заместители главного конструктора Я. Д. Голобородько и А. Г Буланенко. Очень важно было сочинить первые документы, т. к. они закладывали основу будущих отношений, но практически дело продвигалось медленно, масса бюрократической волокиты сдерживала начало работ.
«И вот наступил февраль 1989 года, – продолжает Бабенко. – В Киеве ждали визита М. С. Горбачева. Первый секретарь ЦК КПУ В. В. Щербицкий приказал перегнать «Мрию» в Борисполь, чтобы показать Горбачеву как одно из достижений Украины. На АНТК решили воспользоваться ситуацией и подготовили полудетективный сценарий, который был блестяще исполнен П. В. Балабуевым. После того, как Михаил Сергеевич и Раиса Максимовна в сопровождении Щербицкого поднялись в самолет, Балабуев сделал условный знак, и трап за ними пошел вверх. Вся свита осталась снаружи. Здесь, в грузовой кабине, без помех произошел разговор между Генеральным конструктором АНТК и Генеральным секретарем ЦК КПСС. В итоге Щербицкий получил приказ подготовить предложение о передаче АНТК самолетов и положить его на стол Горбачеву через две недели». В то время такие команды выполнялись бегом, и 23 марта 1989 г, ровно через месяц после визита.состоялось заседание Совмина СССР, где рассматривался вопрос о разрешении КМЗ выполнять коммерческие перевозки на самолете Ан-124. На заседание был приглашен П. В. Балабуев, который доложил правительству страны о целях предприятия в связи с коммерческим использованием самолета. Дело в том, что к тому времени на фирме назрела острая необходимость технического перевооружения. Без широкого внедрения вычислительной техники создавать новые конкурентоспособные самолеты становилось немыслимо. Но для приобретения необходимого количества «персоналок» и более сложных компьютерных систем выделяемых из госбюджета валютных средств было недостаточно.
‹
Носовой обтекатель АН- 124-100
№ 01-05 после столкновения с шаровой молнией. Декабрь 1999 г.
Ан-124 № 01-05 nose dome after collision with fireballs discharge
«Русланы» на авиационно-технической базе авиакомпании «Волга-Днепр». Аэропорт Шеннон (Ирландия), 1999 г.
Ruslans at the aviation-technical base of Volga-Dnieper airline. Shannon airport (Ireland), 1999
Выход виделся в том, чтобы попытаться зарабатывать валюту самим, используя свои профессиональные знания и возможности в организации летной работы. Однако присутствовавшие на том заседании встретили это стремление отрицательно – и министр обороны, и министр гражданской авиации считали, что в стране есть структуры (ВТА, Аэрофлот), призванные выполнять перевозки в государственных интересах, а конструкторы должны конструировать. В создавшейся напряженной обстановке большой такт и мудрость проявил Председатель Совмина Н. И. Рыжков, который убедил оппонентов дать возможность АНТК «приобрести 4 самолета Ан-124 и летать на них по всему миру с коммерческими целями как под флагом Аэрофлота, так и по прямым договорам с иностранными авиакомпаниями». Начало было положено!
О дальнейших событиях рассказывает исполнительный директор авиатранспортного подразделения АНТК, называемого сейчас авиакомпанией «Авиалинии Антонова», Константин Федорович Лушаков: «Мы арендовали два АН-124 (бортовые обозначения СССР-82007 и -82008) у ВВС. Одновременно, взяв государственный кредит, начали строить и впоследствии выкупили еще два «Руслана» (СССР-82027 и -82029) на киевском авиазаводе. После развала Союза АН-124 из числа военных, находившиеся на испытаниях в АНТК, стали собственностью Украины, и в 1992 г. по Указу Президента страны также были переданы нам. АНТК развернул интенсивную коммерческую эксплуатацию «Русланов», а валютные поступления от нее были использованы для реализации «Программы развития авиационной промышленности Украины». Эти деньги позволили сохранить научно-технический потенциал нашего предприятия в сложный переходный период 90-х годов, продолжить работы по созданию самолетов нового поколения Ан-70 и АН- 140 и практически сохранить авиационную науку Украины от полной разрухи».
Ровно через неделю после подписания процитированного Постановления СМ СССР № 520-R 1 апреля 1989 г. в Москве состоялась очередная встреча с английским бизнесменом Кристофером Фойлом, который уже твердо намеревался стать торговым агентом АНТК на рынке чартерных перевозок. Через несколько недель Фойл приехал прямо в Киев, в Гостомель, и переговоры пошли полным ходом. А тем временем можно было начинать летать.
Для начала Аэрофлот позволил анто-новцам перевезти багаж немцев-репатриантов из Москвы в Ганновер. Багаж паковался в 6-метровые морские контейнеры, грузить которые было очень легко. Поскольку на АН-124 было написано «Аэрофлот», никаких трудностей с подачей заявок на полет и получением разрешений тогда не возникло. Несколько позже, когда киевляне стали проявлять самостоятельность в поисках партнеров, Аэрофлот начал ставить им палки в колеса. Однако Постановление № 520-Р давало АНТК такое право, и на фирме было твердое намерение им воспользоваться.
Вскоре после рейсов в Ганновер стало известно, что в Москве должно состояться выступление известной рок-группы «Пинк Флойд», в связи с чем из Афин необходимо привезти 120 т сценического оборудования, причем концерт в Москве запланирован через два дня после выступления в Афинах. В «Росконцерте» уже думали, что выступление будет сорвано: Аэрофлот наотрез отказался выполнить перевозку в такие сроки. Поэтому предложение АНТК было воспринято чуть ли не как Божья благодать, и договор был подписан уже на следующий день… Загруженный «Руслан» был готов вылететь в Москву, афинские диспетчеры разрешили запуск и руление, но когда узнали, что двигателям Д-18Т необходим прогрев на исполнительном старте 4 минуты, буквально впали в шок – на 4 минуты «заткнуть» загруженный столичный аэропорт!? В итоге «Руслан» стоял с работающими двигателями около часа, ожидая «окна»… Как говорится, лиха беда начало – в 1993 г. Майкл Джексон привез в Москву 310т своих грузов на трех «Русланах», самолетом пользовалась Мадонна, Хулио Иглесиас и другие поп-звезды. Сегодня фирма «Rock-It-Cargo» специализируется на перевозке по всему миру подобных клиентов, используя при этом преимущественно АН-124. В том же 1989 г. «Руслан» доставил яхту «Фазиси» из Сухуми в Лондон для участия в кругосветной гонке.
Маршевый двигатель Д-18Т на транспортировочной тележке и его установка на левый внутренний пилон
Д- 1ST engine. It is being mounted to the left inboard pylon
Таким образом, АНТК оказался втянутым в бизнес, где его люди не знали никого, у них не было никаких средств связи, кроме телеграфа, никто даже не представлял толком, как искать заказчиков. Теперь, анализируя пройденный путь, понятно, что почти все перевозки того времени были случайными. К их услугам прибегали, главным образом, в том случае, если сроки поставки чего-либо были под угрозой, и поставщику грозил большой штраф, или в случае стихийных бедствий или войн, когда требовались срочные переброски больших партий грузов. Тем не менее, видя растущую самостоятельность АНТК в вопросах организации коммерческих перевозок, МГА потребовало оформить Сертификат эксплуатанта, т. е фактически зарегистрировать собственную авиакомпанию. В конце-концов этот документ был получен, хотя Ан-124 не был еще сертифицирован как гражданское воздушное судно. По этой причине в 1992 г. эксплуатация всех «Русланов» была остановлена, и фирме пришлось много поработать, чтобы вариант Ан-124-100 получил Сертификат летной годности. Потом ИКАО выдало АНТК трехбуквенный позывной ADB (что означает Antonov Design Bureau), под которым его самолеты летают до сих пор.
Подготовка договора с Фойлом продолжалась, но он брался быть агентом АНТК только в Европе и на Ближнем Востоке. Дальний Восток с его «бананово-лимонным» Сингапуром и Австралия были желанными, но еще недосягаемыми. Было несколько попыток работать с этими регионами при посредничестве китайцев, но все они были не очень удачны, т. к. деньги шли через Аэрофлот, и потом было очень трудно их оттуда вытащить. А вскоре сотрудник АНТК Анатолий Науменко привез из Москвы Виктора Джамирзе, австралийского бизнесмена и филантропа, адыгейца по национальности, знаменитого на весь Союз тем, что он подарил русской православной церкви икону, усыпанную драгоценными камнями. Толя познакомился с ним во время авиасалона в Австралии, причем братьев Джамирзе (всего их семь плюс сестра) рекомендовал сам посол СССР. Виктор горячо взялся за организацию перевозок и получил разрешение на прилет самолета в Австралию, зарегистрировав там компанию «Антонов Эрлаинз Сервисиз» с уставным капиталом 1 USD (один доллар)».
Так началась первая длительная экспедиция АН- 124 за рубеж. В последующие годы подобная форма организации, когда самолет и экипаж летают по всему миру в автономном режиме и не возвращаются на базу месяц-полтора, стала основной в работе «Авиалиний Антонова». Такой режим обеспечивается высокой квалификацией экипажей и достаточным уровнем эксплуатационной технологичности АН-124, в конечном счете он дает возможность практически исключить рейсы порожняком и увеличить прибыль. Но в первой австралийской экспедиции не все получилось гладко. Вспоминает командир экипажа В. А. Тка-ченко: «Мы долго не могли вылететь из Союза – испытывали большое сопротивление со стороны властей. Преодолеть его удалось только под новый 1990 год, взяв попутный груз – оборудование для мавзолея Хо Ши Мина в Ханое, аналогичное мавзолею Ленина. Из Ханоя пошли в Сингапур, оттуда надо лететь в Австралию, а разрешения опять нет. Местный представитель Аэрофлота долго отговаривал нас, даже угрожал. А менеджера с нами не было, вся ответственность лежала на командире. Пришлось лететь на свой страх и риск.
За полтора месяца, проведенных в Австралии, мы выполнили всего 19 рейсов. Возили по континенту и в Новую Зеландию дорогих скакунов, свежую рыбу, элитных телят, другой скот. После первых же рейсов возникла неожиданная проблема – в самолет нельзя было зайти из-за ужасного запаха: животные в полете, оказывается, мочатся. Чтобы вымыть «Руслан», пришлось купить целую бочку шампуня, 250 литров, и пригласить пожарную машину. Мыли целый день, одной пены было полсамолета. Потом сделали спецподдоны, и все стало нормально. В этих полетах по незнакомому континенту особенно хорошо показала себя бортовая инерциапьная навигационная система.