Чтение онлайн

– Спасите, спасите!

А другие грозили нам кулаками и ругались по-своему…»

В этом месяце, обеспечивая подготовку решительного удара, германская авиация приступает к активной разведдеятельности.

3 февраля – Гийнемер сбивает пятый самолет противника.

5 февраля – Гийнемер сбивает шестой самолет противника.

15 февраля – Меморандум французского генерального штаба, составленный для предстоящей весной общесоюзнической конференции, определяет сроки наступления – наступательные операции должны начаться до 1 июля, но не позже.

Кавказско-Турецкий фронт

16 февраля – Завершилась Эрзерумская операция, в которой русские войска прорвали позиционную оборону турецких войск на Кеприкейском направлении и с выходом к Эрзеруму взяли его штурмом.

Основой для прорыва явились данные аэрофотосъемки турецких позиций, проведенной русскими летчиками, а основой для взятия Эрзерума – данные русской воздушной разведки о беспорядочном отходе турецких войск в направлении Эрзерума.

Само взятие Эрзерума также обеспечивалось данными аэрофотосъемки мест расположения артиллерийских батарей и резервов турецких войск, а также укреплений сильнейшей турецкой крепости Деве-Бойну и форта Чобан-Деде. Вскрытый русской авиацией, слабо укрепленный турками десятикилометровый промежуток между фортами Тафта и Чобан-Деде был использован для нанесения главного удара.

Во время штурма Эрзерума русская авиация вела воздушную разведку и бомбардировку скоплений турецких войск, а также артиллерийских точек; русская авиационная разведка своевременно сообщила о начале отвода войск 3-й турецкой армии, преследовала и бомбардировала отступающих.

Эрзерумская операция явилась первым примером успешных боевых действий авиации в особых условиях высокогорного театра и суровой зимы (25–30° мороза), при нахождении аэродромов до 3000 м над уровнем моря. Начальник штаба Кавказской армии назвал деятельность летчиков «самоотверженной и высокодоблестной».

На Кавказском фронте у русских к этому моменту было размещено 2 авиаотряда по 6–8 самолетов в каждом. Командиром 2-го авиаотряда был назначен Мачавариани, который в 1916 г. собьет 2 турецких «Альбатроса».

Мачавариани: «…в декабре 1915 г. в Москве началось формирование нового авиационного отряда, предназначенного для экспедиционного корпуса генерала Баратова, который вел боевые операции в Персии. Отряд формировался из летно-технического состава авиационных отрядов, действовавших на разных фронтах… Командиром был назначен старейший военный летчик капитан лейб-гвардии Преображенского полка Сергей Иванович Виктор-Берченко. Неожиданно в последних числах января 1916 г. последовало распоряжение ускорить формирование отряда и отправить его на Кавказский фронт, именуя впредь 2-м Кавказским авиационным отрядом…

Самолетно-моторный парк кавказских авиационных отрядов до самого конца их существования был очень устаревшим. Скорость наиболее современного по тем временам самолета-истребителя „Ньюпор-21“ не превышала 150 км/час, а самолетов-разведчиков „Вуазен“, „Кодрон“, „Моран-Парасоль“ – 110–120 км/час. Летчики предпочитали летать на „Кодронах“, потолок которых достигал 4000 м, и, самое главное, позволявших производить посадки на ограниченных по размерам площадках».

19 февраля – В этот день русские гидросамолеты с авиатранспортов «Император Николай I» и «Император Александр I» нанесли бомбовый удар по турецкому порту Зангулдак.

Рихтгофен: «Перед Верденом я присоединился ко 2-й боевой эскадрилье и стал учиться воздушному бою уже как пилот».

Верденская наступательная операция

Верден представлял собой не самостоятельную крепость (вера в устойчивость долговременной фортификации к этому моменту уже была потеряна окончательно), а опорный пункт фронта полевой армии. Обнесенный широким поясом фортов, бронированных убежищ и батарей, он в общей системе армейской обороны намного увеличивал свою мощь.

По фронту укреплений Верденский район обороны тянулся на 112 км и делился рекой Маас на восточный и западный сектора. Глубину обороны составляли 4 позиции (линии обороны), опирающихся на ряд центров сопротивления, рассчитанных на батальон. Центры сопротивления представляли собой немногочисленные бетонные сооружения, прикрытые проволочными заграждениями в несколько рядов перед каждой линией обороны. В самом большом форте крепости, форте Дуомон, находилась команда в 58 человек для обслуживания двух броневых башен 75– и 155-мм орудий.

Германский штаб рассчитывал быстро овладеть Верденским укрепрайоном, разбив укрепления тяжелой и сверхтяжелой артиллерией. Овладение Верденом возлагалось на 5-ю армию, которой были приданы девять совершенно отдохнувших и специально обученных новых дивизий, а также артиллерия исключительной мощности, как по числу, так и по калибрам; запас снарядов был практически неограниченным.

Большую работу провело германское командование и в деле организации воздушных сил. При подготовке к Верденской операции германское командование изъяло из разведывательных авиационных отрядов часть истребителей и временно свело их в две истребительные авиационные группы, по 10–12 самолетов в каждой. Именно в подготовке нападения на Верден впервые в истории воздушной войны стали планомерно собираться и готовиться к применению относительно мощные воздушные силы. К началу операции германцы сосредоточили 12 разведывательных авиаотрядов, 4 бомбардировочных эскадры и 2 истребительные авиагруппы – общим количеством 189 самолетов (из них 40 истребителей]. (Французы к этому времени имели под Верденом всего лишь несколько десятков самолетов различных назначений.]

В руках главного германского командования армии остались лишь одна бомбардировочная эскадра и истребители. Каждая генеральская команда держала один авиаотряд и один отряд корректировщиков, каждая военная дивизия – один авиаотряд. Собранные в процессе подготовки операции воздушные силы были равномерно распределены по всему воздушному пространству района нападения. Чтобы скрыть приготовления к нападению, германское руководство решило устроить настоящую воздушную блокаду, с целью не дать противнику возможности вести ни дальнюю, ни ближнюю разведку. Для этой цели воздушное пространство было разделено на две зоны, в которых расположились две военных эскадры, из которых одна по четным, другая по нечетным дням в составе шести машин осуществляли этот воздушный заслон. На аэродромах дежурили истребители, готовые подняться в любой момент и нейтрализовать прорыв самолетов противника. Более того, дополнительно к патрулю время от времени поднимались в воздух еще по два самолета.

Также включилась авиация и в ударную подготовку предстоящего наступления.

19–20 февраля – Две ночи подряд соединенные авиаотряды 6-й германской армии для отвлечения внимания французов от готовящегося места прорыва фронта предпринимают ночные бомбардировки в количестве сначала 18, затем 21 самолета на линии Газебрук – Дуллен – Амьен. Сброшено в общей сложности 879 кг бомб; все самолеты благополучно вернулись на свои аэродромы.

21 февраля – В 7 час. 15 мин. началась артподготовка способом последовательной концентрации и по площадям, длившаяся 9 часов.

Гаскуин: «Никогда еще германцы не применяли таких больших калибров, столь большого количества крупных мортир pi гаубиц».

Затем в 16 час. 15 мин. началась мощная атака пехоты. Пехота атаковала волнами цепей.

С самого начала нападения были задействованы в помощь продвигающимся вперед наземным войскам воздушные силы. Они исполняли в уже ставшим традиционным способе ближнюю и артиллерийскую разведку под защитой истребителей. Одиночные самолеты военной эскадры бомбардировали тяжелые французские батареи и прилегающие к фронту территории и склады, а также аэродромы французов. Французские летчики сразу же ощутили колоссальное давление германской авиации.

Наварр: «Против такого количества самолетов противника надо создать еще более мощные воздушные силы».

У Наварра на этот момент на счету 4 сбитых самолета противника.

Однако, воспользовавшись тотальным вниманием германских летчиков в первый день наступления к непосредственным объектам атаки их 5-й армии, французские летчики успевают нанести несколько бомбовых ударов по германским объектам, расположенным немного в стороне от основного эпицентра развития событий. Бомбардировочная эскадра в составе 28 самолетов сбросила 106 бомб на военный завод в Меце. Другая группа французских бомбардировщиков в составе 17 самолетов бомбила товарную станцию в Меце и аэродром Хабсхайм.

22 февраля – В ночь французская бомбардировочная авиация подвергла бомбардировке штабы и центры снабжения германских войск.

Однако это были всего лишь единичные успехи; германское наступление успешно развивается, и французам уже не до сторонних целей.

Германская пехота получает непосредственную артиллерийскую поддержку путем переподчинения части артиллерии дивизиям. Приданные германским пехотным частям минометы и огнеметы намного усиливают ее боевые возможности.

25 февраля – Германским войскам, несмотря на упорное сопротивление и контратаки французов, удается захватить первую и вторую линии обороны. Среди наиболее важных объектов французской обороны немцами был взят форт Дуомон. Французское командование решает во что бы то ни стало удержаться на правом берегу Мааса и формирует 2-ю армию специально для обороны Вердена.

В связи с численным превосходством и наличием специальных истребительных групп германская авиация в первые дни Верденской операции полностью подавила французскую. Французское командование приняло срочные меры к сосредоточению в район Вердена авиационных эскадрилий. При этом было решено создать истребительную авиационную группу в составе 4-х эскадрилий по 6 самолетов в каждой. Для этой цели из армейских разведывательных эскадрилий были изъяты одноместные «Ньюпоры» и подобран наиболее опытный летный состав. «Отыскивайте неприятельские самолеты и атакуйте их повсюду, где вы их встретите», – гласил первый приказ французским истребителям. Впервые в истории войн развернулась активная борьба обеих сторон за господство в воздухе.

Все активнее разворачиваются и наземные войска; обе стороны вводят в бой все новые и новые соединения.

27 февраля – Французское командование энергично разворачивает автомобильное движение по шоссе Бар-ле-Дюк – Верден («священный путь» или «дорога в рай»). 65-ти км трасса разделена на 6 участков, автомобильный транспорт на 200 отделений по 20 машин. По дороге проходит до 6 тыс. машин в сутки, и за ближайшие 9 дней перевезено почти 200 тыс. солдат и около 25 тыс. т боеприпасов и прочих грузов.

Положение французских воздушных сил в начале Верденской операции стало окончательно неблагоприятным. До верденских боев французская авиация предпочитала тактику одиночных воздушных столкновений, в которых уступала однако германским летчикам. Теперь для французского командования становится ясной необходимость массированного применения авиации. Для этой цели в конце февраля начальник французской истребительной группы «Аистов» подполковник де Роз был командирован в Бар-ле-Дюк (юго-западнее Вердена) с заданием «очистить небо от противника». Для осуществления этого задания ему были даны самые широкие полномочия.

Что касается названия «Аисты», то его история такова. В 1884 г. во Франции вышла в свет детская книга А. Доде «Аисты» с иллюстрациями Ж. Жюндта. В нескольких детских сказках живо и увлекательно повествовалось о том, как семья аистов вела борьбу с немецкими завоевателями… В этих сказках аисты выставлялись подлинными носителями идеи освобождения Эльзаса и Лотарингии от чужеземного ига.

Поначалу, в первый год войны, группа «Аистов» состояла из 4-х эскадрилий, по 6 аэропланов «Блерио», а в следующем 1915 г. – «Моранов» и затем в 1916 г. – «Ньюпоров». Именно в этой группе воевали Гийнемер и Фонк, и на их машинах были нарисованы аисты. (Только 62-я французская эскадрилья предпочла традиционную эмблему петуха.)

В конце же февраля де Роз собрал около 60-ти лучших летчиков-истребителей (эскадрилья Наварра, эскадрилья Брокара с Гийнемером, эскадрилья Моранкура, летчики Оже, Пеллетье, Дуази, Робер, де Шавре, Шаню и др.)

Чтобы создать перевес в воздухе, не имея существенного преимущества в общем количестве задействованных на этом участке фронта самолетов, французское командование нашло замечательный выход – оно впервые прибегло к централизованному управлению всеми авиасилами фронта. Объединив истребительные силы всех армий, французский штаб фронта направлял их в наиболее ответственные участки боевых действий, создавая значительный перевес на отдельных участках. Это позволило французам сначала довольно быстро восстановить равновесие, а затем и полностью взять инициативу в воздухе в свои руки. Германский штаб не оказался настолько мобильным и продолжал применять свои воздушные силы, равномерно распределив их по всем участкам фронта. На этот раз завидная германская педантичность сослужила немцам плохую службу.

К началу марта силы французов под Верденом уже превосходят германские. Верденская мясорубка затягивается, превращаясь в упорные и кровопролитные бои за отдельные укрепления и высоты.

1 марта – В ночь германская бомбардировочная авиация в составе 15 самолетов произвела бомбардировку железнодорожных станций и колонн французских войск в районе Вердена.

Восточный фронт

Пытается приводить свои авиационные силы в соответствие с европейскими и Россия. В этом месяце в русской армии сформировано 12 (по одному на каждую армию) истребительных авиаотрядов.

С начала войны до марта 1916 г. авиационные отряды получили 100 пулеметов, тогда как к этому времени в отрядах имелось около 200 самолетов, пригодных для истребительных целей.

Брусилов: «В течение этой зимы мы усердно обучали войска и из неучей делали хороших боевых солдат, подготовляя их к наступательным операциям… Постепенно и техническая часть поправлялась – в том смысле, что стали к нам прибывать винтовки, правда, различных систем, но с достаточным количеством патронов; артиллерийские снаряды, по преимуществу легкой артиллерии, стали также отпускаться в большом количестве; прибавили число пулеметов и сформировали в каждой части так называемых гренадер, которых вооружили ручными гранатами и бомбами. Войска повеселели и стали говорить, что при таких условиях воевать можно и есть полная надежда победить врага. Лишь воздушный флот, по сравнению с неприятельским, был чрезвычайно слаб. Между тем, помимо воздушной разведки и снятия фотографий неприятельских укреплений, самолеты имели еще незаменимое значение при корректировании стрельбы тяжелой артиллерии. Много раз обещали увеличить число самолетов, но так это одним обещанием и осталось».

3 марта – Телеграмма Начальника контрразведки штаба Северо-Западного фронта в Ставку:

«Германском официальном сообщении от 18 февраля помещено кавычки К Северо/Западу Митавы после воздушной схватки спустился русский аэроплан захвачен нами вместе с летчиками кавычки точка Очевидно сообщение относится летчику 20 авиаотряда прапорщику Качару наблюдателю штабс-капитану Губкину точка Считаю долгом ходатайствовать снабжения отрядов армии пулеметами для воздушной борьбы так как нападения немецких аэропланов на наши особенно Митавском районе участились… Генерал Беляев».

5 марта

«Штаб 4-й армии Начальнику канцелярии заведывающему авиацией и воздухоплаванием в действующей армии. Секретно . Ходатайство.

В гренадерском авиационном отряде был произведен удачный опыт установки пулемета системы „Кольт“ на аппарате типа „Альбатрос“, причем начальник отряда находит вполне возможным установить пулеметы „Кольт“ и на аппаратах других систем.

Не будет ли признано возможным исходатайствовать выдачу пулеметов системы „Кольт“ на вооружение наших самолетов до наступления весенней кампании; это несомненно принесло бы большую пользу авиационному делу, тем более, что аэропланы противника также вооружены пулеметами.

Эверт».

6 марта – Телеграмма Начальника штаба Северо-Западного фронта в Ставку:

«Подано: 21/2 1916 7 ч. 3 м. по полудни

Получено: 22/2 1916 1 ч. 19 м. по полуночь

Всепреданнейше доношу, что в феврале месяце германские самолеты два раза не пропускали летчиков 12-й армии на шоссе Митава – Шавли отгоняя их с дистанции 300/400 шагов пулеметным огнем точка Для успешной борьбы наших летчиков с неприятельскими ходатайствую о снабжении авиационных отрядов фронта пулеметами в количестве достаточном для вооружения всех аппаратов точка… Боич-Бруевич».

Под давлением фронта ГВТУ (3) марта запросило у Главного артиллерийского управления еще 100 пулеметов.

После длительной переписки между двумя управлениями, наконец, последовало решение отпустить с Тульского оружейного завода 104 пулемета «Максим». 60 пулеметов были оставлены в Петрограде (у Веденера], 22 направлены в Киевский авиапарк, остальные розданы по авиаотрядам.

Западный фронт

Истощив имеющиеся силы на правом берегу Мааса, германское командование решает наступать на левом берегу.

6 марта – Германские войска стремятся овладеть важнейшими высотами Морт-Омм и 304 при поддержке огня 100 тяжелых батарей. Однако в этом районе уже сконцентрированы превосходящие французские силы и немецкие атаки не приносят никакого результата. С обеих сторон начинаются затяжные бои на истощение.

9 марта – Группа «Аистов» справилась со своей задачей. За 16 дней боев под Верденом один русский летчик Федоров сбил 8 германских самолетов. Из приказа генералиссимуса Жоффра о награждении Федорова: «…Вы удвоили славу, покрывшую знамена Верденской армии. От имени этой армии благодарю Вас за услугу, оказанную Франции».

Французский военный летчик майор Брокар в газете «Matin», вышедшей 20 мая 1916 г., назвал русских летчиков, воевавших во Франции «рыцарями воздуха без страха и упрека».

12 марта – В воздушном бою у Компьена Гийнемер сбивает седьмой самолет противника.

13 марта – Гийнемер, Брокар и Деллен в течение дня сбивают 6 германских самолетов (4 – утром и 2 после полудня); в последнем бою у Бар-ле-Дюка Гийнемер ранен двумя пулями в левую руку. Общий счет Гийнемера достигает уже 10 машин.

17 марта – Над Верденским театром боевых действий было зафиксировано 32 воздушных поединка между германскими и французскими летчиками; до сих пор воздушная война еще не достигала такого разгара.

В результате массированного применения авиации с обеих сторон произошло качественное изменение воздушных столкновений. До Верденских боев имели место только одиночные воздушные поединки, носившие преимущественно случайный характер, в которых германские летчики превосходили летчиков Антанты. Особенно легко немцы сбивали многочисленные «Фарманы». В пылу же Верденских боев произошло настоящее рождение истребительной авиации. Начались групповые бои. Количество и качество самолетов обеих сторон сближалось, вырабатывались особые приемы ведения воздушной борьбы.

С тех пор, с легкой руки американцев, воздушные схватки Первой мировой войны получили прозвище «Собачьи бои».

Способы боевых действий истребительных групп сторон были различны. Германские истребители придерживались оборонительной тактики. Они применяли так называемую воздушную завесу, сущность которой заключалась в барражировании над расположением своих войск мелкими группами (по 2–3 самолета). Французские истребители широко применяли наступательную тактику, так называемое косвенное обеспечение боевой деятельности своей авиации. Полуэскадрильи и эскадрильи истребителей в боевых порядках направлялись в расположение германских войск, отыскивали барражирующие германские самолеты и атаковывали их.

Таким образом, причина потери германскими авиаторами господства в воздухе находилась не столько в численном превосходстве французских воздушных сил, сколько прежде всего в новых принципах их организации. Верховный главнокомандующий французских военно-воздушных сил дю Пети дал указание большую часть истребителей направить на обеспечение деятельности самолетов разведчиков, и лишь небольшую часть оставить в резерве командования. Этот резерв, в любой момент готовый усилить действие авиации на особенно горячем участке, также сыграл немаловажное значение в перевесе, завоеванном воздушными силами Франции.

И это произошло несмотря на то, что основу германских истребительных групп составляли «Фоккеры Е 1», превосходившие большей частью действовавшие с французской стороны «Ньюпоры 16 С 1» как по скорости, так и по маневренности.

Таким образом, немцам так и не удалось удержать запланированную ими воздушную блокаду под Верденом. Для действительного установления подобной блокады им нужно было, согласно их же собственным расчетам, подготовить не менее 800 самолетов. В распоряжении же всего западного фронта было только в общей сложности около 1000 самолетов и собственно у Вердена лишь около 170. Поэтому французские воздушные силы регулярно проламывали воздушную блокаду германских воздушных сил, которые тщетно старались ввести некий вид позиционной войны в воздухе. Вдобавок ко всему эта воздушная блокада свела на нет действенность собственно германской воздушной разведки. Германские самолеты-разведчики хотя и были самолетами типа С, вооруженными пулеметами с носа и с хвоста, из-за малой скорости и маневренности не могли тягаться с французскими истребителями. Они подвергались массированным атакам истребителей и либо погибали, либо вынуждены были отказываться от выполнения своих задач и возвращаться на аэродромы.

Стремясь выровнять противостояние в воздухе, на германской стороне начали усиленно строить сеть наблюдательных мест, связанных с групповым руководством истребителей, и оповещать через телефон или радио о количестве, высоте и поведении воздушных сил противника, чтобы таким способом уведомлять специально для этого созданные отделения о приближении врага. Таким образом, на основании логики развития событий воздушной войны в Верденской операции можно утверждать, что подлинное начало германских истребительных сил последовало из обороны.

Прежде всего благодаря преобладанию именно наступательной тактики французской авиации воздушные бои в эти дни разгораются не только в районе Вердена, они охватывают пространство от острова Эльбы до самого центра Германии.

18 марта – Первая воздушная победа Удета.

Удет: «Мы над Дарнбахом, совсем близко от Мюльхаузена. Внизу люди, цветные пятнышки в коричнево-зеленом ландшафте. Они бегают взад и вперед, жестикулируют и указывают вверх. Затем я преодолеваю барьер. С этого мгновения я вижу только одно: этот большой „Фарман“ в центре строя. Я опускаю нос вниз, набираю скорость и пикирую на полном газу. Вражеский самолет вырастает в размерах. Наблюдатель встает. Я вижу его круглый кожаный шлем. Он хватается за пулемет и направляет его на меня. Когда до противника остается восемьдесят метров я хочу открыть огонь, но я должен быть абсолютно уверен. Ближе, ближе, сорок метров, тридцать, огонь! Вот он закачался из стороны в сторону. Голубое пламя вырывается из выхлопной трубы, он кренится, пошел белый дым, попадание в топливный бак! Клак… клак… клак… – с металлическим звуком пули ударяются в мою машину как раз перед кабиной. Я оборачиваюсь и смотрю назад. Два „Кодрона“ поливают меня пулеметными очередями. Я остаюсь спокойным. Все должно быть сделано так, как будто это тренировка на аэродроме. Ручка вперед, и я пикирую. В трехстах метрах ниже сбитого мной аппарата я выравниваю машину. Фюзеляж „Фармана“ проносится мимо меня как гигантский факел, волоча за собой темное облако, из него бьют яркие языки пламени. Вниз падает наблюдатель, его руки и ноги растопырены, как у лягушки. В этот момент я не думаю о нем, как о человеке. Я чувствую только одно – победа, победа, победа!

Железные тиски в моей груди лопнули и кровь течет в моем теле мощным, свободным потоком; Воздух надо мной наполнен сейчас оглушающим органом моторов. Время от времени слышится торопливый лай пулеметов. Все машины поднялись в воздух с Хабсхаймского аэродрома и бросились на врага. Не выдержав этого напора, французская эскадрилья распадается на части и начинаются индивидуальные схватки. Куда ни посмотри, машины кружатся в воздушном бою. Одиночный „Кодрон“ поспешно пытается скрыться на запад. Никто его не преследует. Я иду за ним, дав полный газ. Опьянение от первого боя уже прошло. Уничтожение врага стало тактической проблемой и ничем больше.

Я открываю огонь с расстояния 150 метров и вновь останавливаюсь. Слишком далеко, еще слишком далеко. С расстояния восемьдесят метров я выпускаю еще одну очередь. На этот раз я ясно вижу результат. „Кодрон“ дрожит, правый двигатель выпускает маленькое облако дыма, пропеллер замедляет свой ход и останавливается. Пилот оборачивается и смотрит на меня. Через секунду самолет входит в крутое пикирование. Я следую за ним. Он летит только на одном моторе, никак не может оторваться от меня. Я сейчас так близко к нему, что ощущаю поток воздуха от его пропеллера. Новая очередь – пилот пригибается к штурвалу. Затем заедает пулемет: во время почти отвесного пикирования перекосило патроны в пулеметной ленте. Я бью по пулемету обоими руками. Никакого толка, пулемет молчит. Я не могу стрелять, у меня нет другого выбора кроме как оставить в покое своего оппонента и вернуться домой. В пять двадцать пять я приземляюсь на аэродроме в Хабсхайме. Я взлетел в четыре шестнадцать. Все заняло у меня чуть больше часа. В середине поля стоит капитан Макентхун, командир Хабсхаймской базы. Он стоит, расставив ноги, и наблюдает за боем в бинокль. Я подхожу к нему:

– Сержант Удет вернулся с боевого задания. Сбит двухместный Фарман.

Он опускает бинокль и смотрит на меня, его лицо не отражает никаких эмоций, как будто заморожено.

– Только что на острове Наполеона разбился наш большой самолет, – говорит он.

Я знаю, что пилотом на нем был лейтенант Курт, близкий друг Макентхуна. Я отдаю честь и иду к ангарам. Только вечером мы смогли разобраться в том, что произошло. Французская атака, первая крупномасштабная воздушная атака на Германию, отбита. Пять вражеских машин сбито на нашей стороне фронта. Из девяти офицеров французского подразделения, взлетевшего в полдень, вернулось только трое. Из наших летчиков не вернулось на базу три человека: Курт, Хопфгартен, и Валлат, экипаж AEG из 48-й эскадрильи. Они атаковали „Фарман“, были протаранены во время боя другим самолетом, обломки упали прямо на остров Наполеона. Это произошло 18 марта 1916 года. В нашей вилле в Хабсхайме окна были освещены всю ночь. Сегодня погибли наши, но и мы не просто так покатались по воздуху. Пфальцер, Вайнгартен, Глинкерман и я, каждый из нас сбил по самолету. Мы молоды, и мы празднуем победу».

20 марта – Командир 3-й французской эскадрильи Брокар был атакован тремя германскими самолетами. В результате отчаянной схватки француз был ранен в челюсть, и один германский самолет совершил вынужденную посадку.

24 марта – Германской подводной лодкой потоплен французский пассажирский пароход «Суссек».

28 марта – Русский военный летчик прапорщик Компанеец Н.И. с наблюдателем подпоручиком Куницей, выполняя боевой полет на «Вуазене», вступил в воздушный бой с германским «Альбатросом» и сбил его. Аппарат Компанейца вернулся на аэродром, имея 16 пробоин.

Командующим русского Юго-Западного фронта вместо генерала Иванова назначен генерал Брусилов, командующим Западного фронта – генерал Эверт. Россия вновь активно готовится к выполнению своих союзнических обязательств.

Германия продолжала свои воздушные нападения на Англию. За апрель Лондон подвергался бомбардировкам пять раз.

1 апреля – Немцы бомбили Сандерланд, Лейт и Эдинбург.

Германские авиаторы не оставляют идеи добыть «Муромца». Несмотря на известную неприступность летающих русских крепостей, «ИМ-2» атаковали два вражеских истребителя. Экипаж «ИМ-2» отбил атаку, сбив один истребитель. (Сбитым вражеским истребителем предположительно был «Бранденбург», на котором летал немецкий пилот капитан Макензен. Когда немецкий истребитель упал в лес, Макензен был тяжело ранен и позднее скончался. Другой летчик, находившийся в «Бранденбурге», лейтенант Богомил Марек отделался легкими ранениями].

На Русском фронте идет активная подготовка к наступлению.

14 апреля – В русском генеральном штабе состоялся военный совет, на котором новый командующий Юго-Западного фронта генерал Брусилов высказался за необходимость решительного наступления на всех участка фронта.

Брусилов: «Я заявил, что, несомненно, желательно иметь большее количество тяжелой артиллерии и тяжелых снарядов, необходимо также увеличить количество воздушных аппаратов, выключив устаревшие, износившиеся…»

В результате на узком участке фронта русским удалось собрать мощный кулак, насчитывавший свыше 100 самолетов [105] .

«Затем я изложил мой взгляд на порядок атаки противника. Он расходился довольно крупно с тем порядком, который, по примеру немцев, считался к этому моменту войны исключительно пригодным для прорыва фронта противника в позиционной войне. До начала этой войны считалось аксиомой, что атаковать противника с фронта (в полевой войне] почти невозможно ввиду силы огня; во всяком случае такие лобовые удары требовали больших жертв и должны были дать мало результатов. Решения боя следовало искать на флангах, сковав войска противника на фронте огнем; резервы же сосредоточивать на одном или на обоих флангах, в зависимости от обстановки, для производства атаки, а в случае полной удачи – и окружения. Однако, когда полевая война… перешла на позиционную и благодаря миллионным армиям вылилась в сплошной фронт от моря до моря, то только что описанный образ действий оказался невозможным. И вот немцы под названием „фаланги“ и разными другими наименованиями применили такой образ действий, при котором атака в лоб должна была иметь успех, так как флангов ни у одного из противников не было ввиду сплошного фронта. Собиралась огромная артиллерийская группа разных калибров до 12-дюймовых [106] включительно и сильные пехотные резервы, которые сосредоточивались на избранном для прорыва противника боевом участке…

Такой способ действий в 1915 году дал полную победу австро-германцам над русской армией, отбросив нас далеко на восток…

В тех же случаях, когда принимались соответствующие меры для противодействия, прорыв фронта вышеозначенным способом успеха не имел. Дело в том, что такая подготовка к прорыву фронта при наличии воздушной разведки секретной быть не может: подвоз артиллерии, громадное количество огнестрельных припасов, значительное сосредоточение войск, интендантских складов и т. д. требует много времени… Следовательно, противник, безошибочно определив выбранный пункт удара, имеет полную возможность собрать к назначенному месту и свою артиллерию, и свои резервы и принять все меры для того, чтобы отразить удар…