Чтение онлайн

Боль смешивается с отчаянием. Пустой крик вырывается из горла. Губы немеют, пальцы не слушаются. Карлетт не чувствует биения сердца, размытым взором смотря на тело своего фамильяра. Сбоку раздаётся лающий смех. Наёмница что-то говорит, обходит ведьму, поднимая её лицо за подбородок. Ухмыляется. Надавливает большим пальцем на пульсирующую рану на шее и облизывается. Слёзы начинают течь по щекам, но у Карлетт не хватает сил, чтобы поднять руку и стереть их. Безысходность и чувство собственной беспомощности затапливают ведьму с головой, разрастаются в груди огненным шаром, обжигая органы. Она с трудом отталкивает наёмницу от себя. Встаёт медленно, пытаясь удержать равновесие на дрожащих ногах. Блондинка, с интересом наблюдающая за этим, удовлетворённо хмыкает:

— Хочешь поиграть? Я люблю играть. А то убить тебя сразу будет слишком скучно.

Магия этих земель холодная, колючая и неприветливая. Карлетт собирает её по крупицам. Притягивает к себе тонкой струёй, обжигая морозом руки. Пускает по венам жидкий раскалённый холод. Ногти и кончики пальцев покрываются инеем. Посиневшие губы трескаются. Тело начинает бить крупная дрожь. Метель лениво угасает, собираясь внутри Карлетт. Наёмница дёргает головой, смотря, как рассеивается буран. Улыбка медленно сползает с её лица. Она достаёт из-за пазухи клинок и нападает. Быстрая тень проносится рядом с Карлетт. Клинок входит в живот почти до рукояти. Ведьма слышит над ухом победный фырк, а затем истошный вопль, когда холодная снежная магия окутывает женское тело, поднимая его в воздух. Наёмница кричит, царапая ногтями кожу на лице, медленно покрывающуюся льдом. Медовые глаза стекленеют. Хлопья снега разлетаются в разные стороны, когда заледеневшая фигура падает на землю.

Руки безвольно повисают вдоль тела. Карлетт начинает судорожно кашлять. Из-за рта брызгает кровь, тонкой струйкой стекая по подбородку. Карлетт хочет подойти к Эмрис, узнать, как та, но сил хватает лишь сделать шаг и упасть, утонув в мягком снегу. Глаза медленно закрываются. Последнее, о чём думает Карлетт, — надежда, что она больше не проснётся.

*Я говорила тебе! Нужно избавиться от них как можно скорее!

**До порога леса осталось совсем немного

***Стой! Кто идёт?

****Известить короля о прибытии Карлетт Тиндаль

*****Встреча, ха

******Иди проверь

— Как продвигаются поиски Мадвеста? — спрашивает Эрбин у заменяющего пост начальника охраны ведьмага. — Прошло три дня, а его до сих пор не нашли.

— Пока ничего, — чеканит тот. — Все следы обрываются у заброшенного бара, где предателя в последний раз видел господин Арренти. Мы опрашиваем местных. Никто не заметил ничего необычного. Только небольшая группка детей видела кого-то похожего по описанию, но их показания разнятся.

— Магия поиска? — хмурится Эрбин.

— След кончается через несколько метров. Видимо, он наложил на себя заклинание против отслеживания.

Эрбин устало вздыхает, потирая переносицу. Ведьмаг уходит, а раздражение, головная боль и отвратительное чувство невозможности контролировать ситуацию остаются с Тиндалем-старшим. Мужчина выходит из сторожевой башни, вдыхая свежий воздух, пропитанный запахом садовых цветов. Солнце ласково греет кожу, изредка скрываясь за густыми облаками.

Во дворце, как и во всём Карандэ, было неспокойно. Стены шептались, тени прятались в углах, пугая и без того взвинченную прислугу. Новость о том, что именно начальник охраны, которого многие уважали и любили, был причастен к похищению молодого шерона и, возможно, убийству Мароны, подвергла всех в шок. Сплетни лились рекой. Волнения быстро распространились по всей столице, но не набирали сильных оборотов. Мадам Лави строго следила за любым неверно сказанным словом.

Эрбин быстро поднимается на второй этаж, перескакивая ступени. Широким шагом преодолевает коридор и без стука заходит в покои Верховной Жрицы. В комнате непривычно темно. Высокие окна занавешены, на стенах играют блики от множества свечей. Диона сидит среди них, держа в зажатом кулаке платок. Глаза её закрыты, рот шепчет заклинание. Второй рукой она удерживает тонкую цепочку с массивным фиолетовым камнем, раскачивающимся над платком. У её колен расположилась карта Акрата.

Эрбин тихо проходит к креслу, садится аккуратно, стараясь не потревожить ритуал поиска. Он знал, насколько неустойчивым и капризным может быть это заклинание. Эта попытка Дионы была седьмой по счёту за последние трое суток.

Проходит несколько бесконечно долгих минут, наполненных тихим чтением заклинания и танцами теней на стенах. Диона коротко дёргается всем телом, хмурит тонкие брови, а затем начинает медленно водить рукой с цепочкой над картой. Эрбин, наблюдающий за этим, в предвкушении приподнимается в кресле.

Кристалл обводит над пергаментом замысловатый узор, а затем останавливается на самом краю карты, в районе Мэки. Эрбин хмыкает:

— Решил полюбоваться экзотическими зверушками? Интересно, почему на этот раз получилось? Мне только что доложили, что магия поиска его не берёт. Неужели он снял с себя защиту?

Диона не отвечает. Она смотрит на точку под кристаллом грустным взглядом, вздыхает и одним быстрым движением сворачивает карту, убирая её в ящик письменного стола. Внезапно перед ней появляются голубоватые искры и на ладонь падает письмо. Диона быстро прочитывает его, тут же убирая в стопку таких же, скопившихся на краю стола. Она достаёт чистый пергамент, макает перо в чернильницу и пишет пару строк. Письмо пропадает в красном свечении так же, как то, что появилось минуту назад. Затем Диона берёт в руки колокольчик и звонит трижды. В дверях появляется та же служанка, что провожала Эрбина и Алкея в день пропажи последнего.

— Прикажи подать карету, — говорит Верховная Жрица. — И как можно скорее.

***

В столицу заповеднического центра Акрата Диона и Эрбин въезжают, когда стрелки часов начинают переваливать за час ночи. Вся Мэка, светлая от свечей и самодельных фонарей, пестрит красками, как в яркий солнечный день. На широких улицах города полно народу. Люди смеются, веселятся и поют песни. Над их головами летают необычные птицы разных размеров и расцветок, а под ногами бегают редкие животные, многие из которых были спасены от рук браконьеров.

— Хорошее же он выбрал место, — произносит Эрбин, разглядывая пестроту красок за окном кареты. — Такая крыса, как он, тут точно затеряется.

Диона напряжённо молчит, не обращая внимания на высказывание мага. Появившаяся после ритуала морщинка между бровей не разглаживается на протяжении всего пути.

Экипаж проезжает через весь город и выезжает за пределы шумной столицы, держа путь в самый дальний заповедник Акрата. Усыпанное звёздами небо хорошо освещает неровную дорогу. Большая луна следит за раскачивающейся из стороны в сторону каретой.

— Напомни мне, почему мы не отправили на его задержание отряд солдат? — спрашивает Эрбин, выгибая бровь.

— Мне нужно поговорить с ним, — отвечает Диона, задумчивым взглядом следя за мелькающей рябью деревьев за окном.

Мужчина недовольно кривит лицо, но больше ничего не спрашивает. Тишину между магом и ведьмой разбивает лишь хруст гравия под колёсами. Через несколько минут под привычный клич кучера лошади тормозят. Диона выходит из кареты, не дожидаясь помощи Эрбина. Тот смотрит на неё хмурым взглядом и вылезает следом.