Чтение онлайн

– Лизка, ты что о себе возомнила?! – прорвало наконец Глафиру. – Мы тебя растили, поили…

– … на убой кормили, – перехватила я инициативу. – А я взяла и не пошла на скотобойню. Прикиньте? Свободный человек хочет остаться свободным человеком – какой ужас!

Я притворно схватилась за щеки.

– Ты забываешься! – зашипела Глафира.

– А вы нарушаете права человека, – отрезала я. – И вообще: где мой паспорт? Что-то мне разонравилось доверять судьбу таким странным людям.

– Какой тебе паспорт?! – возмутилась Глафира. – Да я тебя…

Она явно планировала устроить мне экзекуцию, но ее остановила Феофания:

– Хватит! – сказала всем настоятельница. – Чего вы тут устроили? Ну, не хочет девочка и не хочет. Если заставим, жизнь ей сломаем. Давайте думать, что делать будем?

– Что тут думать? – пожала плечами я. – Зарабатывать надо. Долг покрывать скорее. Рефинансирование кредита делать.

– Чего-чего? – не поняла Агафья.

– У других в долг взять, – пояснила я. – Это отсрочит выплату. Глядишь, за время отсрочки что-нибудь изменится в лучшую сторону. А детей продавать – это уголовщина.

На это даже Глафира ничего не сказала – видно, дошло наконец, что правда на моей стороне.

– Ладно, Лизонька, можешь идти, – вздохнула Феофания. – Мы тебя поняли. Будем с сестрами думать.

Я кивнула и вышла. Их ситуация была понятна, да и мне детей было жалко. Но нельзя решать проблемы одних людей, создавая их другим. Не справился – попроси помощи, а не катайся на шее конформной девочки, которой, похоже, я раньше была, раз они думали уговорить меня на подобный ход.

"Выйти замуж за старикана ради денег? Бред", – покачала я головой, все еще офигевая от этого предложения.

И добро бы эти деньги достались мне. Но нет, их хотели пустить на пользу другим! Да-да, я эгоистка и меркантильная тварь: если уж буду продаваться, то только ради собственной выгоды. Что поделать, иначе в этой жизни никак. Если ты слишком хорошая девочка, тебя даже родные люди за баблишко заложат.

Кирилл

Лиза пропала как-то незаметно. Точнее, я просто был слишком занят желанием быстро обогреться, а потом еще и началась обычная суета приютского завтрака: нужно было поторопиться поесть со всеми, иначе можно было остаться без еды, ведь Агафья кормила отдельно только малышей.

Спохватился я, когда ребятня, наевшись, шмыгнула врассыпную, чтобы не мыть котел, точнее, как тут говорили, “чугунок”, и я остался в кухне один – ну, не считая малышни, игравшей в углу с деревянными резными фигурками. Рядом не было даже Агафьи, которая в это время обычно их кормила.

Я прошелся по комнатам, но не нашел там подруги. К счастью, куда она подевалась, мне сообщил Трофим.

Все еще кутаясь в одеяло, ведь мои вещи сейчас сушились на печи, я вышел во двор – как раз в момент, когда из дверей монастыря выскользнула Лиза.

– Чего они хотели? – спросил я. Форрест тоже заинтересованно поглядел в ее сторону, будто и его снедало любопытство.

– Не поверишь: замуж выдать! – развела руками Лиза. – За старикана какого-то с толстым кошельком.

– Что, правда? – действительно не поверил я.

– Ага, – кивнула девушка, подходя к нам. – Но я им отказала. Я ведь уже от тебя ребенка жду.

В первый момент я словил шок. У меня натурально отвисла челюсть, и все внутри как-то ухнуло и захолодело. Но потом до меня дошло, и накрыло уже возмущением. Наверное, с минуту я хватал ртом воздух, прежде чем ответить:

– Ну и шуточки у тебя! Не пугай меня так. Я, вообще-то, еще не все вспомнил, так что едва не поверил.

– О, да, – хмыкнула эта зараза, расплываясь в улыбке. – Каким бы сильным и бесстрашным ни был мужик, в жизни всегда есть вещь, которая хоть на минуту, да сделает его сыклом.

– Сыклом? Да я просто растерялся! – возмутился я.

– Ну-ну, – с веселой улыбкой протянула она. – Видел бы ты свое лицо. Картину можно было написать – “Великий Кирилл бледнеет со страху”.

– Так, ну все, забыли! – буркнул я, поняв, что крыть мне нечем.

– Чего это забыли? – весело поиграла бровями Лиза. – Вообще-то я планирую подкалывать тебя этим до конца твоей жизни.

Но я уже не повелся на провокацию и стоял с каменным выражением лица, ожидая, когда ей надоест прикалываться. И ей действительно надоело.

– А если серьезно, – Лиза перешла на совсем другой тон, – похоже, у приюта финансовые проблемы. Настолько большие, что монашки готовы девчонок замуж за деньги пристраивать. Говорят, потратили нехилую сумму на “чудо-артефакты” для хозяйства. А они возьми и не сработай. Кто бы мог предположить?

Она притворно схватилась за щеки, качая головой.

– Да, видел, – кивнул я. – У нас часть участка засеяна совсем недавно – видимо, в расчете на зимний урожай. Пока заморозки компенсируются остаточным теплом с соседних полей, но если в ближайшие пару недель сюда не воткнуть нормальный рабочий артефакт, то посадки попросту вымерзнут.

– Артефакт? Господи, ты и правда веришь в эту дичь? – Лиза с жалостью глянула на меня.

– Тепловые артефакты – давнее изобретение, – пожал я плечами. – Ими давно пользуются, правда, обычно в связке со световыми. Но световые реже встречаются, и потому они стоят дороже: технология совсем другая и энергия тоже.

Теперь уже Лиза непроизвольно открыла рот и нахмурилась.

– Так, кажись, я чего-то не понимаю, – сказала она. – Так “артефакт” – это просто маркетинговое название продукта? То есть, прибор какой-то, техника?

– Ну, да, – пожал я плечами. – Техника, использующая энергетические заряды высших порядков.

– Тогда упс. Простите, святые женщины, часть обвинений на ваш счет я отзываю, – сказала Лиза, обращаясь к окнам монастыря. – Бракованный товар может попасться кому угодно.

– Я думаю, тут имел место намеренный обман, – пришлось пояснить мне. – Сегодня во время утренней пробежки я еще раз оглядел наши поля. На них установлены в разных местах предметы, внешне похожие на артефакты: на них разметка, буквы какие-то. Но теплом от них не веет, как и в принципе энергией.

– То есть, они разряженные? – уточнила девушка.

– Нет, это просто подделка, – сказал я. – Они никогда и не работали.

– Понятно, – протянула Лиза. – Впрочем, брак это или обман потребителей, не важно. А важно, что монашки взяли кредит и не могут его вернуть. Так что настраивайся пахать, как лошадь – будем вытягивать ребятню из долговой ямы.

– Да уж куда больше-то пахать, – вздохнул я, поведя плечами. – И так подвязался всю картошку выкопать. Но я тебя понял, да. Будем думать.